Игра в недоступность - Моника Мерфи

Дафна. – Она протягивает мне руку, и я невольно любуюсь ее маникюром. У нее длинные бледно-голубые ногти, по форме – почти когти. Я бы с такими ногтями напоминала ребенка, возомнившего себя книжным злодеем, а вот на Дафне они смотрятся невероятно стильно. – Я знакомая Нокса. А ты… встречаешься с Ноксом.

– Я знаю.

Она хмурится.

– Знаешь?

– Он сказал, что у вас с ним случался перепих раньше.

Покрытые бледно-розовым блеском губы приоткрываются, глаза распахиваются от изумления.

– Правда?

Я киваю.

– У нас с ним нет друг от друга секретов, так что, если ты собираешься доставить нам проблем, рассказав, как вы трахались по всему кампусу, мне до этого нет дела. Теперь он со мной.

Дафна резко захлопывает рот, медленно качает головой.

– Я не поэтому хотела с тобой поговорить.

Вот черт.

– Не поэтому?

– Нет. Но молодец, что попыталась поставить меня на место. Мне бы на такое ни за что не хватило смелости. – Она склоняется над прилавком, и во взгляде ее читается… восхищение? – Я просто хотела тебя поздравить.

– Поздравить меня? – слабым голосом переспрашиваю я. Понятия не имею, куда она ведет.

– Ага. Я годами гонялась за Ноксом, а он мне и внимания-то толком не уделял. И не воспринимал всерьез. Никто не воспринимает. – Она вздыхает, опирается локтем на прилавок, подпирает кулачком подбородок. – А ты его за несколько недель заполучила. Тебе только похлопать можно, девочка.

Я пялюсь на нее, совершенно ошеломленная ее словами. Ее похвалой.

– Э-э-э… спасибо?

– Да пожалуйста. – Она выпрямляется и опускает руки. – И без обид, ладно? Я за твоим мужиком гнаться не собираюсь. Мне такие игры не по душе.

– Рада слышать. – Ей и правда удалось меня шокировать. – И спасибо, что была откровенна со мной.

– Просто последовала твоему же примеру. – Она кивает в сторону отдела с одеждой. – Когда у вас поступление?

– Новые модели придут только после зимних каникул.

Мы вечно слышим одни и те же жалобы от покупателей. По крайней мере, в этот раз нам завезли всю размерную линейку.

– Я так и знала. – Она картинно дуется. – Придешь на матч в субботу?

– Приду. – Вопрос о матче напоминает, что на выходных мне предстоит познакомиться с родителями Нокса. Блэр уже уверила меня, что волноваться не о чем, но я все равно беспокоюсь. Вряд ли они меня возненавидят или еще что, но…

Знакомство с родителями – нервное мероприятие. Особенно учитывая, что я – первая девушка, которую Нокс решил явить семье.

– Там и увидимся. – Дафна машет мне на прощание и выходит из магазина. Ее подружки, державшиеся у дверей, следуют за ней.

– Пожалуйста, скажи, что она приходила не для того, чтобы поделиться смачными советами, как ублажить Нокса. – Леон волшебным образом снова возникает рядом со мной у прилавка.

– Она поздравила меня с тем, что я сошлась с Ноксом.

Брови Леона от изумления ползут вверх.

– Не прикалываешься?

– Не прикалываюсь, – эхом откликаюсь я. – Честно говоря, она… милая.

– Прямо глоток свежего воздуха.

Не то слово.

* * *

В квартиру Нокса я вхожу без стука – как к себе домой, и никто не жалуется. Говоря «никто», я имею в виду самого Нокса и, разумеется, его соседа Кэма.

Который обнаруживается в гостиной. Сидит, уставившись на экран телевизора, рука закинута на спинку дивана. На краешке пресловутого дивана примостилась Блэр – буквально в сантиметре от руки Кэма.

Я останавливаюсь как вкопанная, внимательно рассматриваю их – и их преувеличенно невинные выражения лиц.

– Эй вы двое. Привет. – Я машу им и закрываю за собой дверь.

– Привет. – Кэм испепеляет взглядом телевизор. Там идет какой-то боевик: вот погоня на машинах, а вот здания взрываются, и, господи боже, до чего все это громко.

Блэр, кажется, на грани слез.

– Привет, Джоанна.

– Ты как? – Я подхожу ближе. Меня охватывает беспокойство. Готова поклясться, губа у нее дрожит.

Ой-ой.

– Оставлю вас поболтать, дамы. Нокс в душе. Скоро выйдет. – С этими словами Кэм выключает телевизор, встает и оставляет нас наедине. Несколько секунд спустя дверь в его спальню с грохотом захлопывается.

Блэр вздыхает, качает головой.

– Он такой козел.

– Разве? – странно слышать от нее такое. Я думала, Кэм ей нравится.

Блэр кивает.

– Он хуже всех, но, пожалуйста, не говори об этом Ноксу, ладно? Он даже не знает, что я здесь.

Стоп, что?

– Не знает?

Она встает, хватает с журнального столика крошечную сумочку, перекидывает тонкий ремешок через плечо.

– Мне надо идти.

– Ты уверена, что не хочешь об этом поговорить? – Я провожаю ее до двери. У меня в голове не укладывается, что он собирается просто так уйти.

Честно говоря, я понятия не имею, что происходит.

– Не о чем тут говорить. И пожалуйста… – Блэр поворачивается ко мне, смотрит на меня своими глазищами и, кажется, даже не мигает. – Пожалуйста, не рассказывай ничего моему брату. Это его вообще не касается.

С этими словами она выходит из квартиры. Дверь за ней закрывается с тихим щелчком.

Что ж, у меня такое ощущение, что я вошла в квартиру в разгар какого-то драматичного события, но при этом понятия не имею, что случилось. И как мне скрыть это от Нокса? Если между его лучшим другом – и соседом по квартире – и его младшей сестренкой что-то происходит, он захочет знать, что.

Вот только я ненавижу разводить драму на пустом месте. Особенно тогда, когда может оказаться, что и причины особой нет. И поступать вразрез с желаниями Блэр мне тоже не хочется. Она – моя подруга.

Я прохожу в глубь квартиры мимо комнаты Кэма (и практически чувствую, как его злость просачивается сквозь закрытую дверь), захожу в спальню Нокса и закрываю за собой дверь – на замок.

Вот как стоило поступить Кэму и Блэр. Закрыть входную дверь на замок, чтобы никто не мог вломиться и помешать, как это сделала я.

Спальня Нокса больше, со своей ванной, так что он оставил дверь приоткрытой. Оттуда вырываются клубы горячего пара, отчего в комнате становится влажно. Я скидываю кардиган, вешаю его на спинку стула. Тут раздается скрип, дверь в ванную распахивается настежь, и, повернувшись, я вижу Нокса. Он стоит в дверях в одном только белом полотенце.

– О, привет. – В руках у него еще одно полотенце, и он вытирает им загривок, пытаясь подсушить волосы. К слову, то полотенце, что на бедрах, замотано опасно низко, и я почти уверена, что вижу под тканью очертания его члена.

Я стараюсь не пялиться, но с губ моих все равно срывается вздох. Мне очень, очень повезло. Я это знаю и напоминаю себе