Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму - Диана Дурман

– Я уже твой и никуда не уйду. Но ты достойна гораздо большего. Подожди ещё немного.

В этот раз крепкий сон не позволил Лоре ответить, однако я этого не ждал. Мой долг не давать пустые обещания, а воплощать их. Моя жена, действительно, достойна куда большего, чем убогое поместье на краю королевства.

Скорое банкротство её жениха станет лишь первым подарком. В то время как благовидный повод посещения столицы – вторым. Ну а перед этим нужно сделать всё, чтобы ко двору она вернулась так, чтобы все злопыхатели подавились своим ядом. Только тогда пробудившийся во мне стыд ослабит свою хватку. И только так мне удастся сделать мою жену по-настоящему счастливой.

38

– Вот список всех запросов на вино, – сказала Сара, подавая мне очередной пергамент. Уже почти месяц она вынужденно передала все обязанности горничной двум молоденьким девушкам, лично натаскав их перед этим. Сама же Сара теперь исполняла роль моего личного секретаря.

– Робен отметил лучшие варианты? – сразу уточнила я, чтобы не тратить время.

– Да, – последовал ответ, – он лично встретился со многими для того, чтобы “увидеть” их намеренья. Уже пошли слухи о перепродаже последней партии.

При упоминании поверенного голос Сары неожиданно приобрёл тёплые нотки, но я сделала вид, что не заметила. Они взрослые люди – сами разберутся. Пусть Робен на порядок старше Сары, но если взыграют чувства, то это совсем не станет помехой.

Мельком подумав о возможном союзе, я вернулась к списку одновременно с этим пригубив чаю. Это уже своего рода традиция. Если мне приходится завтракать в одиночестве, то каждая свободная минута уделяется делам долины.

Сегодня Дэмиан опять умчался куда-то ни свет ни заря. Он вообще в последнее время какой-то задумчивый и уставший. Можно было бы поверить в наличие любовницы, если б каждую ночь мой супруг не требовал супружеский долг. Хотя, «требовал» не совсем уместное слово. Выманивал? Выуживал? В общем, с помощью поцелуев и нежностей делал всё, чтобы я сама загорелась желанием исполнить неожиданно приятное обязательство.

Зато стало понятно, почему леди с юных лет пугают близостью с мужчиной. Знай они правду, то количество бастардов резко бы увеличилось.

Пробежав взглядом по строчкам и найдя несколько знакомых фамилий с некогда нейтральным отношением ко мне – пусть называют злопамятной, но по мне добром надо отвечать только на добро – дала согласие на продажу новой партии молодого вина именно им. По совпадению все выбранные мной покупатели ранее оказались одобрены Робеном. Так что с этим мы быстро разобрались.

– Как дела у Танира? – поинтересовалась я у Сары, как только та забрала пергамент.

Некогда спасенный мной брат Маришки оказался очень даже деятельным парнишкой со скромными зачатками таланта. Пусть из-под его руки далеко не сразу стали выходить шедевры, но он компенсировал это с помощью настойчивости.

На самом деле я выдала ему разрешение собирать осколки после вала обсидиановых кедров, чтобы не дать ему вновь опуститься до кражи. А, судя по горящим глазам, когда дело доходило до огранки камней, это был вопрос времени. Так что было решено позволить парню утолить свою страсть. Порой человеку надо дать такой шанс, чтобы он точно понял – его это стезя или нет.

Удивительно, но Танир оказался неожиданно упёртым. Поначалу у него получались довольно корявые запонки и фибулы. Однако спустя пару недель мне были присланы очень недурные ножи для писем. Чёткие линии, ровные грани и самая малость гравировки сделали их изящными и притягивающими взгляд. Это оказалась та самая вещь, на которую чем больше смотришь, тем привлекательнее она становится. О чем я и сообщила лично Таниру, когда заглянула в Тойн.

После этого парень так воодушевился, что его скрытый талант начал обретать форму. Так у нас в поместье появились утонченные подсвечники, дивные оправы для зеркал, роскошные подхваты для портьер, а в моей личной шкатулке прибавилось серёг, подвесок и шпилек удивительной красоты. Возникало ощущение, что с каждым разом навык нашего обсидианового ювелира рос с небывалой скоростью.

– Он снова попросил передать вам образец, – в итоге с улыбкой ответила Сара. После чего протянула мне мерцающий серебряными искрами тканевый футляр пурпурного цвета.

Кстати, это была одна из моих идей. Теперь всё, что мы продавали за пределы Туманной долины, носило на себе помимо особого знака, ещё и отпечаток местных рукодельниц и травников. А ещё, неожиданно, рыболовов.

Помимо краски, добытой из лишайников, мои умельцы стали делать особую пыльцу из перламутра. Точнее из кусочков, которые нельзя было применить в иных изделиях. Своего рода безотходное производство. И за такое дополнение к товарам стоило сказать спасибо именно рыболовам, потому как в Сером озере, которое теперь снова стали всё чаще называть Радужным, начали вылавливать такие же раковины, что мы нашли в подземном гроте.

Так, благодаря общим усилиям, мы создали особую ткань из шерстяного полотна.

Первым порывом было начать продавать как ткань, так и панцири моллюсков, но…. я почти сразу отказалась от этой идеи. Сейчас мы уже не настолько остро нуждались в деньгах. Больше иного нам требовалась узнаваемость. По крайней мере, если мы хотим прочно обосноваться на рынке, а не кануть в лету как многие до нас. Так и была придумана торговая марка, по которой нас начнут запоминать.

Вино из голубых роз, разлитое в эстетичные бутылки тёмного стекла и помещённое в узнаваемый футляр из ткани. В этом случае мы использовали плотную фактуру, чтобы она держала форму подобно аккуратной корзинке, где ручка была изготовлена из мелких бусин обсидиана. Сургучная золотистая печать завершала упаковку элитного алкоголя, делая его ещё более желанным для знати.

Вспоминать же о том, сколько дней мне пришлось биться над правильным дизайном, наиболее соответствующим вкусу аристократов, совсем не хочется. Главное нужного результата мы достигли.

То же самое касалось и первых изделий из вулканического стекла. Компактный чехол из узнаваемой пурпурной ткани, что таинственно мерцала на свету, делал любой товар идеальным презентом. А золотой оттиск графства Хавардис постепенно переставал отталкивать, вместо этого вызывая неподдельный интерес. И если к продуктам (вину или эликсирам) относились с подозрением и не спешили употреблять без проверки личного жреца, то посуду, украшения и предметы интерьера покупали охотнее.

Как раз поэтому Танир стал центром нового для долины ремесла. Ну а я вынуждено пока играла роль проводника – леди из дома Розак, часто бывавшая при дворе, видела куда больше украшений,