Злобный рыцарь - Мария Александровна Барышева

не упадет он! Да и лужа не в том месте сделана! — Денисов схватил себя за волосы. — Ееелки, какая ж ты бестолковая!.. Вот что мне сейчас делать?! Ты понимаешь, что сейчас будет?! Твою налево!.. — Костя развернулся, услышав быстрые уверенные шаги, раздающиеся в коридоре, и взял наизготовку скалку и деревянный "нож". — Ну все, блин! Даже не во дворах. В какой-то подсобке! Отлично! Прекрасно поработали вместе! Огромное спасибо! Черт!

Костя Денисов — истеричка! Вот это новость!

Нет, ну как можно быть такой наивной?! Творческая натура, так ее и разэтак!

Аня, дернув головой и комически округлив глаза, потянула вверх край свитера, и тут дверь качнулась наружу, явив во всей красе ожидаемого обеими сторонами Эдика с выражением лица соответствующего ситуации. Позади маячил Руслан, который, видимо из предосторожности, не решился лезть в самую гущу действа и на сей раз предпочел партер, но по выражению физиономии щекастого было ясно, что Костю ждет невероятно пакостный сюрприз.

Вот вам и проблема выбора. Либо защищай себя от долбанутого хранителя, либо — и практически безуспешно — защищай своего флинта, а в это время долбанутый хранитель не преминет воткнуть тебе что-нибудь в затылок. А без флинта вам, господин Денисов, каюк! А с флинтом тоже каюк! Ну и диллема! Попытаться, как в прошлый раз?.. нет, сейчас все намного хуже, кулачок в нос ситуацию не спасет. Хоть бы заорать додумалась... но в зале музыка, народ галдит... А этот-то, средь бела дня и в шести метрах персонал и покупатели...

Все эти мысли пронеслись в денисовской голове в один невесомый миг, а потом Костя оглянулся на лицо своего флинта, смятое ужасом, на светлые глаза, в которых, почти взломав безжизненный лед, трепетала некая безумная надежда, и которые сейчас смотрели точно на него, будто спрашивая, действительно ли все получится и будто почти веря в это. И отчего-то вспомнились вдруг другие глаза из другого мира — темно-синие, томные, подернутые легким страданием — как всегда бывало, когда она сдерживала свои капризы и соглашалась с какими-то его решениями, рассчитывая получить что-то взамен. Глаза этой... как ее...

Офигеть, забыл имя жены!..

Костя развернулся и встал перед своим флинтом, у самого края масляной лужи, сжимая скалку и деревянный обломок и сделав зверское лицо. Он был готов принять последний бой.

Бой произошел очень быстро, заняв от силы секунд пять.

Участие Денисова в нем изначально выразилось в произнесении заковыристого матерного слова, смысла которого не понял даже он сам.

Участие Ани выразилось в двух испуганных вскриках.

Участие Руслана выразилось в безмолвном созерцании.

Собственно единственным участником боя стал Эдик, и не приложи Аня руку к подготовке поля боя, Костя мог бы подумать, что лысый попросту решил сэкономить им время и сделал все сам.

Аня повернула голову и, увидев явление в дверях, слабо вскрикнула, дернув свитерок вниз. В самом начале ее вскрика Эдик шагнул внутрь, одновременно протягивая руку к дверной ручке, чтобы захлопнуть за собой дверь, его ботинки вступили в масляную лужу, один сразу же приподнялся и в новом коротком шаге вновь опустился, спокойно приобретя прочное сцепление с полом, невзирая ни на какое масло. В принципе, этого Костя и ожидал. От Ани на него плеснуло испугом, но не таким уж сильным — больше похожим на растерянный возглас. Эдик опустил глаза, увидел лужу и ухмыльнулся, видимо, сообразив что к чему. В тот же момент его ладонь и пальцы с силой вошли в соприкосновение с круглой дверной ручкой.

Косте никогда еще не доводилось слышать, чтобы взрослый мужчина издавал такой тонкий и пронзительный звук. Эдик, едва сжав пальцы на ручке, завизжал, как школьница, увидевшая паука, отдернул руку и, взмахнув ею, нелепо дернулся из стороны в сторону. И вот тут его ботинки скользнули по масляной луже практически синхронно. Эдик болтнул в воздухе ногами и косо, спиной грянулся на составленные с узкого края лужи, рядом с масляным бутылем, тетрапаки с вином, которые немедленно лопнули, и во все стороны щедро брызнули каберне и белое полусладкое. Головой же Эдик треснулся о пол, после чего, на некоторое время потеряв способность и желание к передвижению, застыл с задранными на пак с двухлитровой "Колой" ногами и широко раскрытым ртом. Пальцы его правой руки были покрыты множеством мелких проколов, как будто Эдик схватился за ежа, и быстро глянув на дверь, Костя потрясенно покрутил головой. Круглая дверная ручка сейчас походила на солнышко из детских рисунков, только вместо лучей хищно сияли покосившиеся в разные стороны стальные острия игл, укрепленные по всей окружности ручки.

— Детка, — Костя покосился на поверженного Эдика и снова уткнулся взглядом в дверную ручку, превращенную в орудие пыток, — папа в шоке.

В этот момент он вспомнил про Руслана, который беззвучно открывал и закрывал рот, и в тот же момент у щекастого хранителя включился звук.

— Эт-та... — сказал Руслан и возмущенно указал на своего флинта, — эт-та... Эт-та как?!

Аня, перескочив через лужу, метнулась к двери, Костя прыгнул вперед, обгоняя ее, и тут Руслан высоко подпрыгнул и, уцепившись за ободок светильника, заверещал оттуда:

— Так нельзя! Когда флинт без сознания — нельзя! В одном же коллективе... это кодекс!

Костя, у которого слово "кодекс" не вызывало ничего, кроме раздражения, собрался было сигануть следом, но тут Аня, проворно содравшая с ручки толстый резиновый жгут, в котором были закреплены швейные булавки, стремглав кинулась в каморку, и Денисов, бросив Руслана на светильнике, помчался туда же. Аня уже стояла в дверном проеме, удивленно выглядывая в коридор, и Костя был вынужден признать, что на сей раз выражение лица Лемешевой удалось мастерски. Тут в предбанник выскочили Гриша, Влад, Галина и Таня, с трудом скрывавшая злорадство

елки, да они ж заговорщицы!

а следом неожиданно выплыл Тимур с восседавшим на его плече аккуратненьким Аркадием.

— Что это тут сейчас вот? — спросил товаровед. Аня пожала плечами.

— Наверное, паки упали. Мне показалось, кто-то кричал...

— Но мы ж все ж... — товаровед осекся, и тут Тимур издал низкий рыкающий звук и, отпихнув родственника, ринулся в коридор. Аркадий слетел с его плеча и смешно затрусил следом.

— Уже? — жадно спросил Гриша, но тут же узрел под потолком Руслана и разочарованно поджал губы. — У-у, я-то думал...

— Беспредельщики! — взвизгнул щекастый, пока не решаясь отпустить светильник — и только ткнул в Костю указательным пальцем свободной руки. — И ты, и твой флинт! Вы ж чуть не убили меня... его... меня!.. вы...

— Ах ты ж, твою мать, урод! Ты мне что обещал,