Услуга за услугу - Нат Челони

телосложение, и его лицо с утонченными, патрицианскими чертами было красивым и мальчишеским, когда он улыбался, как и минуту назад, но теперь его взгляд был сосредоточенным и серьезным.

— Ты не изменился ни на йоту, — заметил Дом. Физически он молча поправился, так как не помнил агента, обладающего столь доминирующей и авторитетной личностью, какую он демонстрировал сейчас.

— Ты тоже, — ответил Динаталь. — Как бы мне ни хотелось наверстать упущенное в старых добрых временах, я должен перейти к сути, — небрежно продолжил он. — ФБР взялось за дело. Можешь считать, что я назначен на него.

Дом даже не моргнул. — Правда? У тебя должна быть какая-то зацепка, которая помещает это в вашу следственную юрисдикцию.

Агент бросил на него мрачный взгляд. — Да, заказное убийство, на котором написано “мафиози”. — Он наклонился, уперев локти в колени. — Надеюсь, ты будешь сотрудничать с нами.

— Конечно. Я уже поговорил с детективами.

Динаталь внимательно изучил его бесстрастное выражение лица. — Я знаю. Я читал отчет. Ты никого не видел и ничего не слышал. Ты понятия не имеешь, кто мог хотеть тебя убить. У тебя нет врагов. Нет конкурентов по бизнесу. Никто из твоего прошлого не таил на тебя обиду.

Завуалированный намек побудил Дома ответить отрывистым тоном: — Мое прошлое и я не оставили никаких незавершенных дел или счетов любого рода, которые нужно было бы свести. Мой разрыв с ним был чистым. — Он указал на него пальцем. — И ты это знаешь.

— Я ни на что не намекаю, Дом. — Агент откинулся на спинку сиденья, элегантно скрестив длинные ноги. — Я просто пытаюсь связать все точки. Имя Джона Каравеллы тебе ничего не говорит?

Дом нахмурился, словно перебирая в памяти свои воспоминания. — Нет. Кто он?

— Был, — поправил его Джерри. — Он был албанским киллером. Мы считаем, что он был на частичной зарплате у Славы Волкова. — Сердце Дома забилось быстрее, когда он услышал это имя. — Это крупнейший российский криминальный авторитет или вор в законе, как его называют. Но это не имеет значения. Мы подозреваем, что Каравелла также выполнял заказные убийства для мафии.

Они были на правильном пути.

— Кто-то хотел твоей смерти, очень сильно, — заявил Динаталь. — Что возвращает меня к изначальному вопросу: кто хотел это сделать?

Сделав глубокий вдох, Дом вытянул руки. — Понятия не имею, Джерри. Я напрягал голову, пытаясь придумать зацепку, но ничего не всплывает в моей памяти. Если ты знаешь, кто избавился от киллера, ты получишь зацепку. Ты знаешь, кто его убил?

— Мы ведем расследование. — Агент побарабанил пальцами по подлокотнику, что выдавало его раздражение либо зашедшим в тупик расследованием, либо им самим. — Тебе невероятно повезло, что ты выжил.

— Я знаю. — Дом согласился и сменил позу, чтобы найти более удобное положение, так как его спина начала болеть. — Мне сказали, что это чудо, что пуля не попала в сердце. Я даже не понял, что в меня попало. Сомневаюсь, что парень был неаккуратным. Что-то сбило его прицел, я думаю.

— У тебя есть посттравматическое стрессовое расстройство? — Динаталь с любопытством посмотрел на него.

— Только один раз, но давай не будем об этом говорить. Я бы предпочел забыть об этом на некоторое время. Лучше расскажи мне о себе. — Он улыбнулся. — Как долго ты работаешь в ФБР?

— Некоторое время.

— И как у тебя дела?

— У меня все хорошо. На самом деле, совсем неплохо, но, — агент оглядел просторную спальню с ее высокими широкими окнами, из которых открывался потрясающий вид на набережную и горизонт, и заметил, — судя по тому, что я видел до сих пор, у тебя дела идут намного лучше.

Дом от души рассмеялся, разрядив тон их разговора. — Ты всегда можешь сменить профессию, если она тебе не приносит достаточно денег, и пойти работать ко мне.

— Как кто, глава твоей системы безопасности? — съязвил Динаталь. — Кажется, у тебя довольно много охранников. Прежде чем я добрался до этой комнаты, я насчитал по меньшей мере восемь человек.

Это был явный подвох.

— Не все из них охранники, но при таких обстоятельствах разве можно меня винить? — Потянувшись за стаканом грейпфрутового сока на тумбочке, Дом сделал глоток. — Есть ли у тебя семья, Джерри?

Динаталь ухмыльнулся. — Ну-ну. Моя работа и брак не совсем совместимы. К тому же, я предпочитаю быть холостяком на данном этапе, в отличие от тебя, как я слышал.

Доменико напрягся и со щелчком поставил стакан на место.

— Какое совпадение, — продолжил агент. — Она — Леонарди, вы двое в отношениях, и вы, кажется, помирились с семьями.

Глаза Дома сверкнули на него, как кремни. — Что это должно значить?

Динаталь выдержал его взгляд. — Тебя видели на похоронах Кастеллано, где ты был в довольно хороших отношениях с мафиозной знатью.

Формулировка раздражала Дома, и его дружелюбный голос сменился сталью. — Определи хорошие отношения. Я был на похоронах и, естественно, столкнулся с несколькими людьми, с которыми был знаком много лет назад. Разве это означает быть в хороших отношениях с мафией?

— Эй, — Динаталь вскинул руки в защитном жесте. — Я не подозреваю тебя в том, что ты один из них.

Дом поднял бровь. — Приятно это знать. Тогда в чем именно меня подозревают?

Динаталь цокнул языком. — Мы считаем, что ты утаиваешь важную информацию, которая может быть полезна для расследования. Разница есть.

— Другими словами, я отказываюсь сотрудничать.

Агент издал глубокий смешок. — Ты не желаешь сотрудничать. Транскрипция твоего заявления читается как определение Омерты.

— Потому что его читают предвзятые и некомпетентные люди. Я скажу тебе две вещи, Джерри, и тогда мы оставим эту тему. Первая. — Дом поднял указательный палец: — Мне нечего скрывать, кроме моих отношений и я был бы признателен, если бы это не было опубликовано. Она не вникает в дела своей семьи. Это совпадение, и мне наплевать, кто думает иначе. И вторая, — сказал он, подняв еще один палец, — ты на неправильном пути, если пришел сюда, ожидая, что я расскажу тебе больше, чем я уже рассказал детективам.

— Возможно, — уклончиво прокомментировал агент, сгибая запястье. — На самом деле, весь этот разговор не для протокола, Дом. Тебе не нужно раздражаться на меня. Это был дружеский визит. Я хотел лично убедиться, что ты чувствуешь себя лучше, и я действительно рад, что ты чувствуешь себя лучше. — Он поднялся на ноги и поправил костюм. — Когда я снова к тебе приду, я надеюсь, ты вспомнишь что-то, что направит тебя в правильное русло.

— Я ценю твою заботу о моем благополучии, и ты всегда будешь желанным гостем. — Доменико протянул руку, и Динаталь легко пожал ее, глядя