Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

прижимайте к стеклу. Брант, распорку!

Старик уже был рядом.

За ним появился Орвен с верёвкой через плечо.

Ивена на секунду встретилась с ним взглядом.

Отец ничего не сказал.

Подхватил край щита, когда один из рабочих поскользнулся.

Лисель придерживала полотно с другой стороны.

В другое время вид обеих Ардалей, работающих по команде Ивены среди северной оранжереи, показался бы невероятным.

Сейчас она лишь крикнула:

— Выше! Ещё ладонь!

Орвен поднял.

— Так?

— Да. Держите.

Брант вставил распорку.

Щель закрыли.

Холодный поток исчез.

— Готово, — сказал старик.

Ивена коснулась ближайшего камня.

Холодный.

— Где дракон?

— Отдыхает, как вы приказали.

— Зовите.

Эйдар шагнул из прохода.

— Я здесь.

— Вы должны были идти в третью.

— Там второй стражник.

— Он слабее.

— Поэтому у нас есть несколько минут.

Ивена раздражённо посмотрела.

— Вы опять решили сами?

— Да.

— Поговорим утром.

— Надеюсь.

Эйдар опустился возле боковой камеры.

— Сколько?

Ивена приложила ладонь к камню.

— Очень мало. Здесь корни ближе.

Он дал тепло.

Камень начал прогреваться.

Ивена переходила от одного участка к другому, проверяя.

— Ещё.

Эйдар усилил.

— Стоп.

Он остановился сразу.

Орвен стоял возле стены.

Ивена чувствовала его взгляд.

Не тот, с которым он когда-то проверял её отчёты.

Другой.

Она не могла определить какой.

Некогда.

— Дальняя грядка? — спросила она.

Лисель уже проверяла.

— Теплеет.

— Хорошо.

Орвен неожиданно сказал:

— Ты управляешь его силой.

Ивена повернулась.

— Я управляю системой.

— Он делает то, что ты говоришь.

Эйдар поднял голову.

— Сегодня это самый разумный способ пережить ночь.

Орвен посмотрел на него.

Потом на дочь.

— Понятно.

Ивена снова коснулась камня.

— Не отвлекайте моего дракона.

В оранжерее стало тихо.

Она поняла, что сказала.

Эйдар медленно поднял бровь.

Лисель прикрыла рот рукой.

Даже Брант отвернулся.

Ивена почувствовала, как лицо обдаёт жаром.

— Я имела в виду дракона, который сейчас работает в этой секции.

— Конечно, — сказал Эйдар.

— Ни слова.

— Я молчу.

— У вас лицо говорит.

Брант не выдержал и заржал так громко, что следом засмеялись рабочие.

Напряжение на несколько секунд отпустило всех.

Даже Орвен улыбнулся.

Ивена решила, что разбираться с последствиями фразы будет после рассвета.

Если урожай доживёт.

Самый тяжёлый час пришёл перед утром.

Холод достиг такой силы, что внешняя сторона стекла побелела целиком.

Камень остывал быстрее.

Два северных дракона больше не могли держать постоянный поток. Ивена заставила обоих прекратить работу на время, несмотря на их протесты.

Оставался Эйдар.

И три оранжереи.

Он стоял посреди первой нижней камеры.

— Так не получится, — сказал Брант.

Ивена смотрела на схему, расстеленную на камне.

— Получится.

— Он не может быть сразу в трёх местах.

— Знаю.

— Тогда каким образом?

Ивена провела пальцем по линиям.

— Первая держит тепло дольше всех.

— Уже остывает.

— Но медленнее второй.

— Да.

— Третья после ремонта тоже держит лучше, чем раньше.

Брант нахмурился.

— К чему ведёте?

Ивена посмотрела на Эйдара.

— Будем заряжать их по очереди.

— Что значит «заряжать»?

— Давать короткий сильный поток в распределительную камеру, но не доводить до грядки напрямую. Камень примет жар. Потом перекрываем первый ход и переходим в следующую оранжерею.

Эйдар понял.

— Вы хотите заставить сеть работать без постоянного источника.

— На короткое время.

Брант покачал головой.

— Сильный жар расколет старый камень.

— Поэтому сильный не означает полный.

— А если ошибёмся?

Ивена посмотрела на него.

— Тогда потеряем часть каналов.

— А если ничего не делать?

— Потеряем урожай.

Брант выругался.

— Вот теперь мне окончательно не нравится ваша работа.

— Мне тоже.

Эйдар закатал рукава выше.

— Сколько дать?

Ивена почувствовала страх.

Настоящий.

Этого они не пробовали.

Она могла ошибиться.

Слишком много тепла — камень перегреется, корни пострадают.

Мало — мороз победит раньше следующего круга.

Эйдар ждал.

Не торопил.

Ивена вспомнила первый неудачный канал.

Горячая первая плита.

Холодная последняя.

Потом пустая камера, которая научила их распределять жар.

Вспомнила ночь саботажа.

Как камень сохранял тепло даже после прекращения потока.

— Начинайте слабее половины того, что давали сейчас.

Брант повернулся:

— Это всё равно много.

— Для постоянного потока — да.

— Ивена.

— У нас нет другого варианта.

Старик посмотрел ей в глаза.

Потом кивнул.

— Хорошо.

Эйдар положил ладони на камень.

Тепло пошло.

Сильнее, чем обычно.

Ивена проверяла поверхность через короткие промежутки.

— Держите.

Жар поднимался.

— Ещё.

Брант смотрел на неё с мрачным выражением.

— Ивена…

— Ещё немного.

Эйдар не отводил глаз.

Она коснулась дальнего камня.

Тёплый.

Середина — горячее.

Центр — ещё терпимо.

— Стоп.

Эйдар убрал руки.

— Теперь что?

— Закрываем.

Брант вместе с каменщиком поставил каменную заслонку на первый ход.

Ивена побежала наверх.

Грядки пока держались.

— Вторая!

Они перешли туда.

Потом в третью.

Три оранжереи.

Три коротких прогрева.

Потом снова первая.

Эйдар двигался вместе с ней.

Ко второму кругу он стал бледнее.

К третьему дыхание стало тяжёлым.

Ивена хотела остановить.

Посмотрела на крайние листья.

Они всё ещё жили.

— Ещё один, — сказала она.

Эйдар кивнул.

— Ещё один.

На четвёртом круге первая оранжерея начала удерживать тепло дольше.

Камень действительно работал так, как она надеялась.

Во второй всё ещё было хуже.

Третья неожиданно показала лучший результат после недавнего ремонта.

— Получается, — прошептал Харрен.

Ивена не позволила себе поверить.

— До рассвета далеко.

— Уже светлеет.

Она посмотрела на узкое окно нижней камеры.

Чёрный прямоугольник стал тёмно-синим.

Совсем немного.

Но Харрен был прав.

— Ещё круг, — сказала Ивена.

Эйдар выпрямился.

— Ивена.

Она повернулась.

— Что?

— Посмотрите наружу.

— Я вижу.

— Ещё немного.

Он повторил её собственные слова.

Ивена почувствовала, как защипало глаза.

— Ещё немного.

Когда над горами появилась первая серая полоса, никто не праздновал.

Слишком рано.

Ивена приказала прекратить сильные прогревы и вернуть слабое постоянное тепло в первую и вторую оранжереи. Эйдара заставила сесть.

На этот раз он даже не спорил.

Это напугало больше, чем если бы начал.

— Сидите.

— Сижу.

— Не вставайте.

— Это уже два приказа.

— Будет третий.

Он устало улыбнулся.

— Тогда боюсь.

Ивена присела рядом.

Несколько секунд просто смотрела на него.

На мужчину, который мог бы за одну ночь выжечь землю под теплицей.