Избранные небесами - Анна Панкратова

В ресторан ворвались мертвые. Жутко недовольные и злые. А тут-то что стряслось?

— В реальности такого не было, — задумчиво сказал Деймонд. — Остров ведет нас куда-то?

— Или не хочет, чтобы мы нашли Дженсена.

— Или хочет нам донести какую-ту мысль.

Вокруг творилась паника, гости ресторана спешили к выходам, вылезали через окна, остерегаясь мертвых постояльцев отеля и даже отпечатков, что внезапно появились меж столов. Но Харпер и Деймонд спокойно оглядывались, пытаясь понять, что им пытаются сказать на этот раз.

Какой это этап? Принятие, да?

Чертов лабиринт.

— Мы не выбирали это! — закричал один из мертвых. — Мы не хотели ждать чего-то, кого-то в этом отеле!

— Мы хотим просто пойти дальше! — вторили остальные.

Деймонд взял Харпер за руку и потащил к выходу на кухню, подозревая, что вот-вот начнется битва персонала и мертвых. Наверняка, Аластор — владелец отеля — уже мчит сюда, чтобы приструнить буянивших. Да и посыл лабиринта оказался предельно ясным: мертвых надо отпускать, а не загонять их своей тоской на остров Смерти в отель.

— Банально, — говорила Харпер, пока они быстро двигались меж столов и паникующих людей. — Мы давно поняли, что мертвых надо отпускать. Сколько можно?

— Вот выберемся из лабиринта, объяснишь своей маме, что не обязательно одну мысль повторять много раз, — ответил Деймонд, толкая дверь в кухню. Вопреки ожиданиям они оказались в подвале. Он резко обернулся, но, разумеется, путь назад был отрезан. — Придется самим выкручиваться.

— Ожидаемо, — проворчала Харпер. — Ну, почему подвалы и подземелья⁈ Не хочу я под землю опять!

— Знаю, веснушка. Знаю.

Захламленный подвал заканчивался единственной дверью, за ней — множество ступенек, ведущих так низко, что не видно конца. На стенах загорелись факелы, что сияли вдалеке, словно мотыльки, манящие на свой свет.

Спускались долго. Тревога нарастала, но Харпер настолько устала боятся, что всю дорогу без умолку болтала о своей новой книге. Рассказывала, что лабиринт успел ее вдохновить на очередную историю, с горящими глазами поведала, что решила написать игру на выживание в мире снов, который в итоге окажется чистилищем.

— Книга закончится фразой «поздравляю, вы прошли игру», — заявила Харпер, стоило им ступить в тесный коридор. — А перед этим читатель поймет, что все герои были мертвы с самой первой строчки. Как тебе?

— Эпично, — ответил Деймонд и не кривил душой: читать книги жены он и правда любит. — По главам разрешишь читать?

— Ну, если согласен ждать… ты же знаешь, что я не всегда пишу в хронологическом порядке. Сегодня могу писать начало, завтра — буквально эпилог.

— Знаю, веснушка. Знаю. — Деймонд не выдержал, притянул Харпер к себе и поцеловал. — Готова?

— Быстрее зайдем, быстрее выйдем. Идем. — Харпер поцеловала его в ответ, отдалилась, улыбаясь вдруг. — Столько лет вместе, а каждый поцелуй все еще кружит голову. Кто придумал, что любовь живет три года?

— Любовь живет вечно, если она настоящая. Если они умирает спустя три года — это были гормоны, а не любовь.

Еще один поцелуй, и они отправилась к новым испытаниям. Деймонд внимательно оглядел деревянную массивную дверь. Недоверчиво повернул ручку и заглянул внутрь. Присвистнул: красиво. Словно попал в фильм про искателей древних реликвий.

Их встретил большой зал с грубо отесанными каменными стенами, потемневших и затертых от времени, с высоким потолком, который поддерживают несколько колонн. Изображения на них почти стерлись, но все равно угадываются черепа, люди в балахонах и с серпами.

Сам зал круглой формы, а в центре начерчен круг, пестрящий знаками и символами на мунийском языке. Освещается свечами и факелами, висящими на стенах, но их недостаточно, чтобы охватить все пространство. Тени клубятся вдали, шевелиться на стенах, а воздух неподвижен и прохладен, пахнет мхом, что покрыл стены, пылью и старостью. В горле тут же начало першить.

Впереди виднелась такая же деревянная дверь, что впустила их внутрь. Она открылась, являя им Голда.

Деймонд закрыл собой Харпер, вызвал меч, но Голд лишь деловито улыбнулся, пряча руки в карманы.

— Я здесь, как ведущий и ваш помощник, — холодно известил он. — В вашей реальности вам повезло — вы просто забрали свиток из катакомб. Здесь же… Увы, вам предстоит пройти игру. Даете верный ответ — открывается дверь, что пропускает вас в следующий зал. Неверный… заплутаете здесь навечно. Главный вопрос — кто это придумал? Кто хранитель этого места?

— Очевидно же! — воскликнула Харпер, но Голд вскинул руку, не позволяя дать ответ. Склонил голову, с любопытством ее разглядывая.

— Не торопись, дитя. Сначала пройди игру, получи все подсказки. И затем дашь свой ответ. Поторопишься — останешься здесь навеки.

— Это вряд ли, — тихо ответила Харпер, опуская руку Деймонда, ведь тот всерьез планировал отрубить голову Голду — ему идея с игрой не понравилась. — Мама хочет, чтобы мы обрушили небеса. Это сложно сделать, пока блуждаешь непонятно где.

— А так ли ты уверена, что хранитель этого места — твоя мать?

— Лабиринт создала она. И она явно хочет, чтобы мы прошли его до конца, — парировала Харпер.

Голд прошел до круга, обвел рукой круглый зал.

— Первый зал носит название «камень скорби». — Голд сжал кулак, и камни на рядом с Харпер и Деймондом пришли в движение. Перемешались, перевернулись, являя буквы и картинки. Долгую минуту ходили ходуном, пока не остановились. Затем зашевелились камни и над дверью, вот только они исчезли вовсе, оставляя пустые ниши. Поднялась пыль, что теперь кружила, едва заметно мерцая в лучах факелов и свечей: определенно здесь таится очень много древней магии. — Ваша задача составить слово из букв. Картинки подскажут вам, какое, ведь они показывают старую историю.

Голд подошел к Харпер, перекинул ее волосы за спину, легко провел по щеке. Деймонд уже сделал шаг к ним, но Голд вскинул руку, не давая защитить жену.

— Подсказка от меня одна: что хотела Элизабет? Время пошло.

Голд исчез. Зато появились песочные часы, которые сами перевернулись, чтобы начать отсчет. Харпер сощурилась, наблюдая, как закрылась дверь, через которую они вошли в зал. Посмотрела вдруг на потолок. Затем на стены.

— Ну, либо потолок обвалится. Либо стены начнут движение, и в итоге нас зажмут. О, еще вода может политься откуда-нибудь, чтобы мы утонули.

— Харпер…

— Что? Ты же знаешь, я люблю такие фильмы смотреть. Поэтому