Выживание по-эльфийски - Ирэн Мико

Эненвэл словно почувствовав мой страх, прижал меня к себе ещё сильнее и поцеловал в висок.

— Не бойся, девочка моя, я что-нибудь придумаю. Возможно, Совет вместе с Владыкой сами предложат тебя отстранить.

Мне стало спокойней, но я не верила, что меня не отпустят на остров. Владыка сказал, что выбор сделан. Да и эльфам нет до меня дела. Только если они решат, что моё присутствие на острове может оскорбить Богиню. Но она сама меня выбрала, так что выхода… нет?

После обеда, который прошёл у нас в напряжённом молчании, Энен отправился к Владыке. Он надеялся уговорить его и Совет изменить решение, ссылался на моё человеческое происхождение и юный возраст. Но артефакт Души сделал свой выбор, а значит, если Богине нужна человеческая жертва, то она её получит. И никто из эльфов не посмеет перечить Её воле, а Совет проследит за исполнением.

Поэтому, когда Эненвэл вернулся домой спустя несколько часов, было видно, что он подавлен, но не желает так просто сдаваться. В зелёных глазах поселились тревога и беспокойство.

Положив на полку в прихожей книгу, которую случайно взяла с собой, когда пошла встречать Энена, подошла и обняла его. Хотелось убрать эту обречённость из его взгляда, внушить ему и себе, что не всё потеряно и есть ещё надежда.

— Всё будет хорошо, — прошептала, вдыхая едва уловимый, но такой родной запах, — Я справлюсь.

— Я не сдамся, — так же тихо ответил Энен, крепче сжимая меня в объятьях. Вздохнув, он немного отстранился, — Пойду, приготовлю нам ужин, — улыбнулся он.

Только улыбка эта была вымученной и какой-то болезненной. Наверное, я ответила ему такой же. Энен скрылся на кухне, а я потянулась за оставленной книгой. У меня была надежда найти в нашей библиотеке что-то полезное об острове и испытании. Но вся информация, что мне попалась, была слишком размыта и обобщена.

Стоило мне взять книгу в руки, как раздался низкий и мелодичный звон. Заклинание известило, что к нам гости. Положив её снова на полку, поспешила встретить визитёра, гадая, кто мог к нам прийти. К Эненвэлу редко кто-то приходил, особенно, после того, как он взял меня к себе.

Тем удивительнее было встретить на пороге Тинде. Десятки вопросов и предположений, стаей испуганных птиц, пронеслись у меня в голове. Начиная от того, что он ошибся домом и заканчивая тем, что он решил меня убить здесь и сейчас, чтобы не оскорблять Богиню моим появлением на острове. Ну мало ли? Я же не знаю его отношение к религии и местной политики. Но не успела я сформировать конкретный вопрос, как Тинде заговорил.

— Добрый вечер, — его мягкий голос обволакивал, даря ощущение спокойствия, словно уютный майский вечер, — Прошу прощения за неожиданный визит, — надо же, не забыл про манеры и даже не поленился показать их жалкой человечке, обычно эльфы не утруждались этим, — Я нашёл информацию, что на острове нельзя применять магию. Точнее, использовать её можно, но закончить формировать заклинание невозможно. Зато магические артефакты работают исправно, пусть и не так долго, как им положено.

Кивнула в ответ ему и себе. Теперь понятно, почему он пришёл ко мне и поделился такой важной информацией. У меня можно найти различные артефакты как для боя, так и для защиты. И на острове, хотят того ушастики, или нет, но нам придётся объединиться и стать одной командой.

— Я всё понимаю и готов заплатить любую цену. Но посмотреть артефакты хотелось бы сегодня, — проговорил Тинде, неверно истолковав мою задумчивость.

Удивлённо приподняла бровь, не ожидая такого предложения от ушастика, и покачала головой.

— Подожди пару минут, — ответил и вернулась в дом.

Нужно предупредить Эненвэла, что я ухожу. Войдя на кухню, застала его замершим над столом с продуктами. Его взгляд был обращён в никуда, а руки так сильно сжимали столешницу, что костяшки побелели.

— Энен, — тихо позвала, вырывая его из задумчивости.

Эльф вздрогнул и повернулся. Посмотрел на меня, словно я призрак, затем встряхнул головой.

— Прости, задумался, — его голос был чуть хрипловат.

Что же с собой делает этот эльф? Зачем так убивается? Но я в ответ лишь легко улыбнулась.

— Всё в порядке. Я схожу в мастерскую, соберу артефакты, которые могут пригодиться.

— Да, сходи, — улыбнулся Энен, снова застывая, словно под гипнозом.

Не став его тревожить, поспешила к ожидающему меня ушастику. Эненвэла я обязательно растормошу и не позволю ему убиваться. Захватив любимую жилетку, вышла из дома, надевая её на ходу.

Тинде ждал меня, осматривая сад. Кивнув ему, быстрым шагом направилась вперёд по такой привычной тропе к моей мастерской. Я думала, что ушастик будет плестись где-то позади, чтобы никто из случайных встречных не подумал, что мы вместе. Но Тинде меня удивил, он шёл на пару шагов позади, не отставая слишком сильно.

Я принялась вспоминать и перебирать мелкие артефакты, что были припрятаны во множестве кармашков жилетки. Какие-то требовали доработки, что-то было просто игрушкой, некоторые подходили только мне и эльфам были без надобности. Хотя, на острове, где невозможно использовать заклинания, может пригодится что угодно.

— Держи, — протянула я Тинде небольшой стеклянный шарик жёлтого цвета.

— Что это? — удивился он, но артефакт взял.

— Световик.

— В смысле светляк? Для освещения?

— Нет, именно световик. Активируешь, бросаешь и получаешь яркую вспышку света и громкий грохот.

В ответ мне достался поражённый взгляд васильковых глаз. Да, эльфы не столь изобретательны в разрушительной магии как люди. Но это их достижение достаточно спорное. Как говорят ушастики, чем больше люди воюют, тем меньше их останется.

На глаза попал солнечный луч, пробившись сквозь листву. Само светило медленно клонилось к горизонту, а на лес плавно опускались сумерки. Через полтора часа станет совсем темно.

Показалась лента реки, что несла с собой прохладу. Глубоко вдохнула, наслаждаясь самим воздухом. Иной раз кружилась голова от того, сколько всего он в себе нёс. Свежесть реки, терпкий запах влажной коры, сочность травы, лёгкие и нежные ароматы цветов. Я давно полюбила этот лес всей душой. И если спросит кто, какое время года или дня моё любимое, то я не смогу ответить. Эльфийский лес прекрасен абсолютно всегда.

Остановившись возле мастерской, в задумчивости посмотрела на реку и деревья, что высились на том берегу. Столько раз любовалась этим местом, иногда раздумывая над