Не убегай - Амина Асхадова

Голова слегка кружится, и я хватаюсь за стойку, стараясь не показать виду. В ноге возникает легкая боль — кажется, на танцполе я потянула мышцу.

Черт.

Уверена, что меня свалила встреча с Матвеем, а не пара коктейлей. Я всегда пила в меру, потому что видела, во что превращает алкоголь мою мать. В памяти вечно сидел образ кричащей пьяной матери, которая роняла бутылки, а потом долго плакала в ванной, извинялась и клялась, что «все под контролем». Я еще хорошо помню, как стояла у двери ванной, сжимая в руках телефон, и боялась позвонить отцу.

Боялась до прошлой недели, потом спустя несколько дней услышала разрешение отца вернуться домой, и вот, я здесь.

— Адель, ты в норме? — ко мне подходит Лера.

— Да, скоро вернусь. Я в уборную…

Прохладная вода стекает по щекам, слегка остужая пыл.

Я смотрю в зеркало — блестящие глаза, раскрасневшиеся губы, растрепанные волосы. Мне не нравится тот образ, который я вижу, потому что он… уязвимый. Влюбленный. И раздражающе слабый.

А слабой быть я не любила.

Я вытираю лицо салфеткой, глубоко вдыхаю и собираюсь вернуться на танцпол, но на выходе из туалета врезаюсь в кого-то плечом. Мужчина ловко перехватывает меня за локоть — крепко, уверенно, и я поднимаю глаза.

— Осторожнее, — говорит низкий мужской голос. — Адель, меня прислали за вами, чтобы отвезти вас домой.

— Кто прислал? Отец?

— Меня попросили позаботиться о вас. Вам пора домой.

Я моргаю, не сразу соображая.

— Простите, вы кто?

— Водитель, — коротко отвечает он.

Я закатываю глаза и понимаю, что водителя за мной прислал либо отец, либо злая мачеха.

— Конечно, еще бы, — цокаю. — Наверное, мачеха нажаловалась отцу…

Водитель молчит, пока я колеблюсь. На самом деле мне не по себе: голова все еще кружится, да и нога болит после танцев.

— Ладно, поехали, — бурчу, отыскивая взглядом подруг.

Я нахожу их на диване и забираю сумочку.

— Девочки, я поеду. Отец прислал за мной водителя, а-ля домашний контроль версии 2.0.

— Напиши, как доедешь! — мягко просит Зоя.

— Увидимся на парах, красотка, — кричит Лера, но я уже иду к выходу.

Машина черная, чистая, с тонированными стеклами. У отца я такой не припомню, но знаю, что в его распоряжении три водителя — для него, для мачехи и для Пашки, чтобы возить его в школу.

Салон пахнет кожей и мужским парфюмом… приятным, чем-то между ванилью и табаком. Я молча усаживаюсь внутрь, поправляя на бедрах короткое платье, бросаю сумочку рядом, и водитель закрывает за мной дверь.

Усталость накатывает волнами, и я наконец-то стягиваю с ног туфли с высоченными шпильками. Кайф…

— А как вас зовут? — интересуюсь, когда слышу щелчок автомобильных замков.

— Меня зовут Марат.

— Марат, отец с мачехой уже дома?

— Простите, мне это неизвестно.

— Если дома, то будет скандал, — поясняю. — Кажется, я выпила лишнего…

— О вас заботятся, Адель, — повторяет Марат, бросая на меня взгляд через зеркало заднего вида. — Вы должны это ценить. В клубах юную девушку может поджидать много неприятностей. К тому же, вы хрупкая и беззащитная.

— Я далеко не хрупкая. Я кого хочешь могу уложить на лопатки… правда, сейчас только словесно…

Водитель усмехается, но больше не произносит ни слова.

Дом встречает меня тишиной.

Ни света, ни ругани мачехи, ни звуков телевизора.

— Странно… — шепчу, закрывая за собой дверь.

Я бросаю сумочку на диван, достаю телефон и набираю отца:

— Пап, а зачем ты прислал за мной водителя?

— Какого водителя? — голос отца звучит бодро. — Я никого не присылал, Адель.

— Но… — я останавливаюсь посреди лестницы. — Он сказал, что ты… заботишься обо мне…

— Я впервые слышу об этом. Тебе, наверное, показалось. Мы будем дома через час, еще нужно забрать Пашку от няни.

— Угу… пока.

Гудки. Связь обрывается, но тишину тут же нарушает вибрация телефона, на который падает сообщение.

Номер — неизвестный.

«Ты дома?»

Брови поднимаются сами собой.

«Да. А кто это?»

Пауза. Проходит несколько секунд, прежде чем я получаю ответ:

«Я спокоен, когда ты дома, Златовласка».

Я быстро печатаю в ответ:

«Это какая-то шутка? Че за контроль?»

«Это забота. Ложись спать, на сегодня достаточно глупостей».

Я стою несколько секунд, слушая стук собственного сердца, потом быстро поднимаюсь к себе. Подойдя к окну в своей спальне, я слегка приоткрываю штору, но снаружи вижу лишь отъезжающие фары черной тонированной иномарки.

Глава 7

Я просыпаюсь от запаха кофе и от сильного грохота на кухне, хотя кроме домработниц в доме готовить некому, а я точно знала, что у нее сегодня выходной.

Неужели нельзя делать кофе потише?

Конечно, мачеха уже не спит. И ладно бы на кухне она готовила, так нет — она делает все, чтобы не дать мне выспаться, и это длится уже который день…

Я сбилась со счета, сколько я здесь уже живу, но это не женщина, а паразит, она будто питается раздражением — особенно моим.

Я спускаюсь по лестнице босиком, волосы спутаны, футболка свисает с плеча, на ней чужое лого — я даже не помню, где ее взяла. Внизу меня уже ждет Вика, и на ней просто отвратительный халат с леопардовым принтом, который я терпеть не могу, несмотря на то, что леопард снова в моде.

— Доброе утро, — тяну лениво, спрятав свое раздражение по поводу шума.

— Доброе? — она даже не поднимает глаз от кофемашины, которой она гремела на весь дом. — Время обед.

— Супер. Где отец?

— Все нормальные люди либо на работе, либо на учебе. Одна ты — особенная. И когда ты собираешься выходить на работу?

Я открываю холодильник, достаю йогурт и равнодушно смотрю на нее поверх крышки.

— Вообще-то, я должна доучиться и получить диплом, чтобы найти хорошую работу. Но папа еще не внес оплату за учебный год, поэтому я сижу дома и мозолю твои хитрые глазенки.

Да, я слегка болезненно отношусь к тому, что наступил сентябрь и мои подружки уже ходят на пары, но папа обещает, что он скоро внесет оплату, и я тоже продолжу учиться. Я знаю, что у него какие-то финансовые трудности, но особо не лезу с расспросами. Я просто жду и верю папе, потому что… своих денег у меня нет — во Франции все уходило на продукты, шмотки и кодирование матери от алкоголизма, поэтому сейчас мне ничего не остается, кроме как просто поверить папе. И ждать, когда же мне позвонят из универа и скажут, что я