(не) Желанная. Сапфировая герцогиня - Ирэна Рэй

Катарина зло сощурила глаза, испепеляя соперницу взглядом.

— Ты всё разрушила, после вашей свадьбы он перестал приходить ко мне. Я в ногах у него валялась, умоляла вернуться. Знаешь, что он сказал? «Это не понравится моей герцогине». Маленькая стерва! Как же я тебя ненавижу! Жаль, что тот болван промахнулся.

Риченда побледнела. Страшная догадка потрясла её, но это было настолько невероятно, что в течении нескольких секунд она стояла, не в силах заставить себя пошевелиться.

— Ты?.. — её голос дрогнул, и сама она изменилась в лице, не находя слов, чтобы озвучить ужасающее предположение, а потом всё-таки произнесла: — Это была ты?..

— Рокэ отверг меня, но то, что болтали о вас, не лишало меня надежды на его возвращение. Тебе удалось женить его на себе, но поговаривали, что и в твоей спальне он не появляется. Но потом ты пришла, демонстрируя свой живот, вся такая гордая и довольная, — некогда красивое лицо королевы перекосило от гнева, глаза, обычно безбрежно-голубые, потемнели, как грозовое небо, тени под ними стали ещё отчётливее и мрачнее. — Да! Это был мой приказ. И я прекрасно знаю почерк своего кузена, чтобы легко подделать его и выманить тебя из дома.

Приступ грудной болезни начался внезапно. Риченда хватанула ртом воздуха, словно в лёгких его не осталось. Прижав руку к груди, она глотала его, будто воду, которой ей сейчас так не хватало, и всё равно что-то мешало ей свободно вдохнуть.

Она заново переживала разрывающую сердце боль потери — сильную и нестерпимую, глухое отчаяние с новой силой охватило её, заполняя сознание леденящим ужасом и… яростью. Вскипающей, всепоглощающей, требующей выхода.

Теперь горло сжимало уже не отчаяние, а ненависть. Никогда прежде Риченда не испытывала такого сильного, всепоглощающего чувства, которое вытеснило все другие из её израненного сердца.

Риченда с силой сжала кулаки, так что ногти до боли впились в ладони. Желание мести и крови обжигало и ослепляло её, она уже была готова броситься на Катарину и придушить собственными руками, но взгляд остановился на выпирающем животе Катари, и сердце её дрогнуло.

«Этот ребёнок не виноват в том, что его мать убила моего», — подумала Риченда, и злость схлынула.

Разжав ладони, Риченда взглянула в лицо Катарины и спокойно, безэмоционально произнесла:

— Ты будешь проклята за это.

Катари усмехнулась, а потом вдруг начала хохотать, всё больше походя на обезумевшую фурию. Риченда уже готова была уйти, когда Катарина внезапно пошатнулась и схватилась за живот, ахнула от боли. Из-под подола её платья по вощеному паркету растекалась вода.

Риченда подошла к двери и, распахнув их, громко оповестила:

— Найдите лекаря. У Её Величества отошли воды.

***

Часы пробили четверть десятого. Над городом, расцветив багрянцем купола церквей, горел кроваво-красный закат. Отблески его зловеще вспыхивали на стенах домов, деревьях, траве.

С наступлением сумерек резко похолодало, но Риченда не спешила закрывать ставни. Ветер зыбко пробирался под одежду, но девушка будто не замечала этого.

— Дора, вы простудитесь! — воскликнула вошедшая в кабинет Лусия. — Такая погода, а вы у распахнутого настежь окна. Позвольте, я закрою.

— Зачем ты пришла? Я тебя не звала, — сказала Риченда, ей хотелось побыть одной, она по-прежнему не могла прийти в себя после признания Катарины.

— Дора Арлетта приехала, — доложила Лусия. — Поднимается сюда.

— Хорошо, — Риченда отошла от окна, позволяя горничной закрыть его. — Пусть принесут шадди.

— Сию минуту.

Лусия заперла окно, впустила в комнату графиню.

— Как здесь холодно, — зябко поёжилась Арлетта.

— Хотелось проветрить голову, — ответила Риченда и, поймав встревоженный взгляд гостьи, добавила: — Прошу вас, присаживайтесь.

Арлетта опустилась в кресло у камина, протянула замёрзшие руки к огню и с наслаждением потёрла кисти:

— С возрастом начинаешь всё больше ценить тепло.

— Сейчас подадут шадди. Или, может быть, подогретого вина? — предложила Риченда.

— Шадди, — не задумываясь, ответила Арлетта. — В вашем доме он лучший.

Риченда села в кресло Рокэ, выжидающе глядя на графиню. Лишь что-то действительно важное могло сподвигнуть её приехать так поздно. Новости из дворца? О ребёнке Катари? Если так, то Риченда ничего не хотела знать. Ей было безразлично, кого родила королева.

— Я только что из дворца, — сказала Арлетта. — Мальчик родился очень слабенький, но есть шанс, что выживет. Роды были тяжёлыми, Катарина… — Арлетта сделала паузу и добавила: — Её больше нет.

Риченда попыталась прислушаться к себе и… ничего не почувствовала. Ни жалости, ни скорби, ни торжества.

— Так странно, — проговорила она ровным голосом. — Сегодня я узнала, что мой ребенок умер из-за Катарины. Мне хотелось её убить. Я никого в жизни так не ненавидела, как её в тот момент, — призналась она. — Ещё несколько часов назад я желала ей смерти, а теперь не чувствую ничего.

— Её смерть примирила вас, — произнесла Арлетта так, будто слова Риченды её совсем не удивили.

Риченда качнула головой:

— Вот только моего ребёнка это не вернёт.

— Со временем боль потери притупляется, но до конца не пройдёт никогда. Но, Риченда, ты молода, у тебя ещё будут дети. Живи этим.

— Вы правы, — согласилась Риченда. — Наверно, не стоит говорить Рокэ о том, что в меня стреляли по приказу Катарины. Как вы думаете? — спросила она совета Арлетты. Она всегда доверяла мудрости и жизненному опыту своей старшей подруги.

Графиня помолчала, будто бы сомневаясь, а потом сказала:

— После гибели моего мужа Рокэ много времени проводил в нашем доме, поддерживая меня и Ли с Эмилем. Одна дама начала распускать непристойные слухи о нас с ним. Её мужа и брата Рокэ убил на дуэли, найдя какой-то ничего незначащий повод, — рассказала Арлетта. — Он не воюет с женщинами, но всегда считает, что долги нужно отдавать.

Риченда в изумлении уставилась на графиню.Долги нужно отдавать?.. То же самое Рокэ сказал после четверной дуэли, но Риченда сочла, что таким образом он наказал братьев королевы за участие в заговоре Октавианской ночи. К тому же перстень, что дал ей Штанцлер, принадлежал кому-то из Ариго.

— Ги и Иорам… — голос взволнованно дрогнул, но она заставила себя продолжить: — Вы хотите сказать, что он убил братьев Ариго из-за того, что сделала Катарина? Что он знал, кто стоит за покушением на меня?

Арлетта подалась вперёд и, взяв ладони Риченды в свои, сказала:

— Послушай меня: