Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму - Диана Дурман

случай с Пряхой что-то неуловимо изменил в нём и мужчина стал всё меньше обращаться к пагубной привычке – ютились на единственном сидении под раскладной крышей, наша охрана едва умещалась на месте возницы. Возможно, выглядели мы не слишком презентабельно, но пока нам некому было пускать пыль в глаза. Ведь первым к кому мы поехали, стал давний друг Дэмиана. И тот, кто с радостью помогал моему мужу срывать выгодные сделки моего бывшего жениха. Так что здесь нас ждали, можно сказать, самые лояльные из соседей.

Благодаря этому во время визита фамильяр мужа пройдёт проверку – чтобы улучшить его навыки, надо точно узнать, как быстро происходит расход магии. И как только Дэмиан соберёт данные после нашего возвращения, он точнее настроит магическую сбрую, а так же добавит ещё парочку полезных навыков своему чудо-коню. По крайней мере, именно это обещал мне муж. А так уж сложилось, что все свои обещания он не только держал, но и превышал любые мои ожидания.

Пересечь границу даже соседнего баронства без предупреждения я не могла. Потому нас, естественно, ждали.

Родовое гнездо Расбов полностью соответствовал тем, кто сколотил своё состояние на добычи меди. Вся ковка, начиная от вензелей на высоком каменном заборе поместья, заканчивая парапетами на крыше и самой черепицы, сверкала бронзой. А тёмно-серый камень, которым был выложен не только трёхэтажный особняк, но и все виденные постройки с многочисленными дорожками, производил впечатление чего-то монументального и нерушимого. Подобно горе, главным сокровищем которой стали… живущие здесь люди.

Нас встретили необычайно радушно. Никто украдкой не плевал через плечо (ох, уж эти суеверия), никто не отводил взгляда и не гремел амулетами жрецов, когда проходил рядом. И это оказалось полным отражением хозяина, барона Кеила Расба.

Увы, из-за здоровья, барон Расб не смог встретить нас у входа. Зато он прислал вместо себя единственного сына и главного наследника: улыбчивого, громкого и приятного в общении мужчину с натуральной гривой медных волос. Лорд Мехас уступал моей охране в росте, но производил впечатление куда более внушительное. Сразу было видно, что между ним и утонченным наследником Смолейна нет ничего общего.

Лорд Мехас, в отличие от лорда Эштара, не гнушался тренировками. И потому умел орудовать мечом не хуже, чем Эштар считал деньги. Увиденный мной стенд с мечами, на которых каждая рукоять выглядела далеко не новой, стал тому свидетельством. Как и мозоли на крупной ладони, ощутимо мазнувшие по моей коже, когда лорд Мехас помогал мне подняться по лестнице в зимний сад.

Состояние главы дома Расба вынуждало его большую часть времени проводить именно на границе свежего воздуха и отсутствия сквозняков. Даже в такую жару осунувшийся Кеил Расб сидел в кресле, кутаясь в плед. Ещё одно покрывало лежало на его коленях, которые оказались так худы, что словно были готовы пропороть толстую ткань.

Лицо барона, испещренное как мелкими, так и глубокими морщинами, тоже выглядело неважно – сероватое, осунувшееся, оно могло принадлежать только крайне больному человеку. Чего уж никак не скажешь о глазах. Они горели на изможденном лице подобно двум драгоценным изумрудам. Отчего редкие, полностью седые волосы на их фоне отливали серебром больше, чем увядающей серостью. И это мне показалось очень странным.

– Мне так неловко, – начал барон Расб приглашая меня жестом к уже накрытому столику с закусками, – что приходится встречать жену моего давнего друга в таком неподобающем виде. – После этих слов мужчина сделал повелительный, неожиданно твёрдый жест, отсылая всех остальных. Глава баронского дома желал беседовать лишь со мной.

– Не стоит волноваться, – вежливо ответила я, приятно удивившись такому жесту. Для человека в его состоянии остаться наедине с незнакомкой, обвиняемой в отравлении сестры – высшая степень доверия. После чего добавила: – Это скорее дружеский визит, чем официальная встреча.

– Во время которого, – лукаво подметил барон Расб, – вы не против получить бумагу с моим оттиском.

– Если это будет возможно, – ответила ему в том же тоне. Отчего мы оба понимающе улыбнулись друг другу.

Посчитав это хорошим началом, я взяла на себя смелость наполнить наши чашки чаем и, встав, одну из них передать прямо в руки барону Расбу. Тот от души поблагодарил, а затем весело спросил:

– Виверны? Дэмиан всегда умел удивлять. – После чего и без того вялая улыбка сошла с морщинистых губ и барон Расб вздохнул: – Во всяком случае, пока тьма не задушила в нём желание хоть что-то делать.

– Уверяю вас, сейчас мой муж в полном порядке, – поспешила вернуть хорошее расположение духа старцу. – И как только ему удастся найти парочку ответов на очень важные вопросы, он точно вас навестит.

Последняя фраза не ободрила барона, а скорее огорчила. Отчего его голос звучал надтреснуто, когда он говорил:

– Боюсь, у меня нет столько времени. Сами видите, мои дни сочтены.

Медленно моргнув, я, по своей воле, перешла на магическое зрение. Эта способность появилась внезапно и может по случайности, а может как раз из-за того, что к тому времени наши чувства с Дэмианом стали едины. С того же момента и он научился брать под контроль мою силу, и я его. Мы словно стали продолжением друг друга, отчего магия закольцевалась. Хоть мы всё так же не могли использовать заклинания чужеродного элемента, но едва ли не буквально стали видеть те насквозь.

Вот и сейчас стоило мне пожелать, как перед магическим взором открылась иная реальность, которую не видели обычные люди. Множество ярких нитей путались, сплетались, вдыхая или отбирая жизнь у всего вокруг. И благодаря новому навыку я смогла увидеть смолянистую сеть, оплетающую ноги старика.

Снова моргнув, чтобы вернуться в более привычную реальность, мягко посмотрела в яркие, горящие жизнью глаза, и сказала:

– Тогда вы сами его навестите.

– Леди Лорена, – с долей осуждения начал барон Расб, – полно вам так шутить. Как видите, мои ноги уже не ходят и потому лекари не рекомендуют покидать дом.

– Вас проверяли жрицы? – спросила я, будто не слыша обреченности в чужом голосе.

– Да. Знахари, лекари, парочка жрецов и одна очень сильная жрица, – с досадой перечислил барон Расб. – Мой сын всё рвался привезти сюда и Святую, но раз уж иные представители Храма ничего не нашли, то её никто к нам не отпустил.

Участливо кивнув, я продолжила прощупывать почву:

– Скажите, а вы перед болезнью с Храмом не конфликтовали?

– Конфликт? –