Причина остаться - Рита Вертер

– Конечно. Конечно же. Это же Эрни, – сказала я, хотя у меня не было подобной уверенности насчет мистера Хейза или отца Эрни, мистера Уилкса. – Аксель, я должна попросить у тебя прощения. Я просто дура…

Он слабо улыбнулся мне. Обхватив мое лицо ладонями, он спросил:

– Ты не злишься?

– Нет, – я нервно засмеялась, получив от него поцелуй в лоб, – с чего бы? Я просто… Я думала, ты с Беллой…

– Я понимаю. Я должен был сказать тебе раньше. Черт, он ведь приставал к тебе, да? А я даже после этого остался там. – Его лицо снова помрачнело. – Я пытался продавать свои рассказы, писал статьи… Но не смог заработать достаточно, чтобы ферма осталась у нас. Отец бы не пережил, если бы у нас ее отобрали. Клянусь, если бы был другой способ…

Я привстала на цыпочки, чтобы поцеловать его, и ощутила на губах Акселя горечь собственной лжи. Мне не хватило духу признаться ему сразу же. Я решила, что сделаю это завтра.

Завтра уж точно.

Глава 17

Бросив машины у ворот, мы с Акселем вошли в дом вместе. За кухонным столом, лицом к дверям, сидел мистер Хейз, о котором из-за всех этих переживаний я совсем забыла. Выглядел он одновременно сердитым (нахмуренные брови, близоруко сощуренные глаза) и довольным (это я предположила по странной жеманной улыбке, которую он тщательно пытался скрыть). В общем, видок у него был тот еще.

– Так-так, – протянул он со злорадством, словно поймал нас с поличным. – Где это вы пропадали?

Я многозначительно посмотрела на Акселя, предоставив разбираться с этой проблемой ему, и направилась к холодильнику – завтрак сам себя не приготовит.

– Эмма кормила кроликов, а я выводил лошадей, – сказал Аксель спокойно.

Ну вот. Теперь мне нужно будет незаметно улизнуть из дома, чтобы действительно накормить животных. К тому же пора было чистить клетки. Придется заручиться поддержкой Акселя, чтобы Энди опять не удрал.

Аксель наливал себе кофе, и я шепотом спросила:

– Может, лучше пойдешь спать?

– Я уже привык, – одними губами ответил он мне.

Мистер Хейз продолжал буравить нас полным подозрения взглядом.

– Я вам так скажу… ты, Эми, свою работу должна выполнять в срок, как и договаривались.

– Да брось, пап, сейчас и семи еще нет…

Мы все втроем удивленно замерли. Мне, по крайней мере, еще не доводилось слышать, чтобы Аксель называл мистера Хейза папой. Для них, возможно, это тоже стало сюрпризом, даже для самого Акселя.

– Так… ну, она же и провозится еще полчаса, – пробормотал Эдвард, однако уже без прежней претенциозности, а как бы оправдываясь. – Я жуть какой голодный. Что там у нас сегодня на завтрак? Сельдерей? Вареный лук?

– Если не перестанете ворчать, то вареный лук, – подтвердила я.

Он разулыбался. Аксель хмыкнул. По правде говоря, мне иногда казалось, что он ревнует ко мне своего отца. Конечно, он бы в этом никогда не признался, но я видела, как его каждый раз удивляют наши беззлобные перепалки. Словно он и не подозревал, что у мистера Хейза может быть чувство юмора.

Аксель присоединился к нашему завтраку – я приготовила овсянку с фруктами и тосты, – но едва ли что-то съел. То и дело он становился задумчивым, глядя не на меня, а как будто сквозь. Мне хотелось приободрить его, но я не знала, как это сделать.

– О, что за песня такая. – Мистер Хейз, закончив со второй порцией каши, поднял вверх палец, заставляя нас умолкнуть и прислушаться к радио. – Помнится, мы с Мэри…

Он принялся пересказывать историю, как они танцевали в баре. Аксель поднялся со стула, вымыл тарелку и, шепнув мне: «Вот поэтому я и убрал приемник», вышел из кухни. Я решила воспользоваться хорошим настроением старика:

– А не хотите прогуляться?

– Чего?

– Можем пройтись вокруг дома, если вы не против. Я думаю, это даже полезно. Или сходим к Анне в гости?

Мистер Хейз на секунду задумался:

– А что… А чего б и нет? Мне ж только шестьдесят два, я еще ого-го…

– Правда? – искренне удивилась я. – Я думала, вам лет сто.

– А ты не дерзи…

– Сейчас кроликов покормлю, и можем идти…

Я осеклась, но он, кажется, ничего не заметил. Или сделал вид, что пропустил это мимо ушей.

– Эми, дай-ка руку… Я на террасе пока посижу… Что там, сильно жарко?

Прогулка обещала быть долгой, но мне, в общем, это было нисколько не в тягость. Мистер Хейз, если его досыта накормить, пусть и не беконом, был, в общем-то, довольно интересным собеседником, а после поездки в кино заметно подобрел.

После обеда я была занята тем, что пыталась удержать равновесие на шаткой деревянной стремянке и дотянуться кистью с краской до дальних уголков ставен на втором этаже. Дом медленно, но верно преображался – конечно, есть еще над чем поработать, но уже сейчас, с починенной крышей, он выглядел куда менее запущенным, чем когда я только приехала сюда.

Аксель, недавно проснувшийся и опрокинувший чашку крепкого кофе, принес из амбара еще одну лестницу и теперь помогал мне, занимаясь соседним окном. Я долго собиралась с мыслями, прежде чем сказать:

– Слушай, мне так неловко перед Беллой. Я вломилась к ней в пять утра.

Он засмеялся:

– Она на тебя не в обиде. Она растерялась и боялась сказать, где я на самом деле, потому что я жаловался ей, что все собираюсь тебе рассказать и никак не решусь.

Что-то это мне напоминает.

Он продолжил:

– Ты уехала, и она сразу позвонила мне – испугалась, что сделала что-то не так.

Стыд расцветал на моем лице красными пятнами, я видела это даже в отражении оконного стекла. Как глупо. Надо будет извиниться перед ней, купить цветов и игрушку ребенку…

– Вам обязательно нужно познакомиться. Она очень милая. Джеффу крупно повезло с ней – честно говоря, как бы я его ни любил, но он тот еще разгильдяй. Мы вечно попадали во всякие передряги, по большей части по его милости… Но он хороший друг. С тех пор как отец заболел, а моя мать… уехала, он всегда был рядом и помогал чем мог. Если б не он, я даже и не знаю, что бы со мной было.

– А он… он знает, что ты работаешь… там?

– Нет. Пока нет. Думаю, он поймет, но я не решался ему рассказать или написать об этом. Мы виделись только один раз, не считая судебных заседаний, – окружная тюрьма далековато