Вечерний изумруд - Иника Мин

– Я не тороплюсь. – В доказательство своих слов я отодвинула стул, что стоял возле двери, и демонстративно села на него. Ученые переглянулись, а Мстислав закатил глаза.

– Аня, правда, нет нужды меня ждать. Давай дома…

– Что вы задумали? – прямо спросила я.

– Ладно, Мстислав, спасибо за сотрудничество, – вмешался Петр. – Думаю, на сегодня достаточно. Все равно ничего не готово.

– Что не готово?

Командир гневно посмотрел на ученого.

– Мстислав, или ты говоришь, или я всю лабораторию к чертям разнесу, – пригрозила я и потянулась к портупее.

– Аня, ну не начинай, – чуть раздраженно сказал Мстислав, – мы просто хотим изучить мой случай как можно подробнее.

Я убрала ладонь с оружия и скрестила руки на груди.

– Подробнее – это как?

– Понимаете, милочка…

– Я тебе не милочка, – тут же перебила я Ивана.

– Да-да, так вот… Этот случай должен быть изучен. Мы взяли образец его крови, чтобы сравнить с кровью вашего клана. Если же мы найдем сходство – это будет прорыв! Огромный прорыв! Учитывая то, что помимо приобретения особенности клана Беллерос у господина Власова выработался иммунитет к химеризации… Если, конечно, это правда так. Само собой, и противоядие мы подготовили – у нас есть кровь представителей клана. В крайнем случае применим оружие.

– Постойте! – Я разомкнула руки, вставая со стула. – Иммунитет к укусам?

Мстислав снова закатил глаза, злясь на чересчур болтливого ученого.

– А вы не в курсе? – похлопал глазами Иван.

– Мстислав? – Я выжидающе посмотрела на командира.

Он покачал головой, понимая, что не ответить не получится:

– Да. Но это лишь мои догадки. В 24-м меня не раз кусали химеры – в том числе с обычной головой. Впервые это случилосьь на третью неделю моего заключения. Я думал, что мне конец, – несколько часов у меня была ужасная лихорадка. Мне каким-то чудом удалось спрятаться, но я думал, что организм не выдержит. Жар был настолько сильным, что, казалось, подо мной пол вот-вот воспламенится. Меня трясло. Я даже не мог поднять пистолет и нажать на курок возле виска. Все как при первом укусе – когда ты спасла меня. Но лихорадка не отпускала, а рассудок оставался при мне. И все же я пережил эту агонию. Даже было подумал, что укус мне померещился в горячке, но нет – след от зубов остался на руке. После этого меня кусали еще два раза, но с каждым лихорадка проходила менее болезненно.

Изумленная, я пыталась осознать, как часто Мстислав был близок к смерти.

– Поэтому, – продолжил командир, – мы хотим проверить, есть ли у меня иммунитет. Я добуду яд химер и под наблюдением ученых введу его еще раз.

Волна злости начала захлестывать меня.

– Насколько нужно быть отбитым, чтобы добровольно сделать из себя подопытного?

– Поэтому я и не хотел тебе говорить. – Он лишь пожал плечами.

Я не могла поверить в то, что слышу. Не зря чутье кричало о том, что происходит что-то плохое. Я схватилась за голову и начала ходить туда-сюда, не в силах описать свое возмущение.

– Ну что ты устраиваешь драму на ровном месте. – Мстислав лишь подливал масла в огонь.

Я остановилась, уставившись прямо на него. Он это серьезно?

– То есть всех тех жутких отчетов тебе было недостаточно, да? Ты решил самолично обернуться монстром?

– Нет, ха, подожди, не путай…

– Ты забыл, как сильно испугался после укуса на миссии? Ты даже пытался выстрелить себе в голову!

– Нет, но…

– Или ты забыл, как ты боялся за жизнь Арины?

– Нет, сейчас…

– Или ты забыл, как погибла Софа?

Его лицо исказила злоба, стоило упомянуть дочь:

– Угомонись. Я же сказал, что меня неоднократно кусали, ничего со мной не случится.

– Хорошо! – Я быстрым шагом направилась к кушетке и легла на нее. – В таком случае вам надо поставить опыты и на члене клана.

– Что ты… – возмутился было Мстислав, но я продолжила:

– На чистокровных, наверное, тоже стоит попрактиковаться, так? Я вот не знаю, есть ли у меня иммунитет к… Как вы там сказали? Химеризации? Вдруг иммунитет вырабатывается только у обычных людей? Ну, что стоите? Берите и у меня кровь. Не знаю, что там вам надо еще, может, начнете сразу препарировать?

– Да что за цирк ты устроила! – Мстислав попытался поднять меня, но я скинула его руки.

– Что тебе не нравится-то? Я делаю ровно то же, что и ты. Теперь можешь понять, каково мне, когда ты бездумно подвергаешь свою жизнь опасности?

– Можно? – Иван попытался оттолкнуть Мстислава, чтобы взять у меня кровь из вены, но тот взорвался:

– Ты что делаешь?

– Хочу взять пробу и посмотреть реакцию на…

Мстислав не стал дослушивать, хватая его за грудки:

– Ты издеваешься, что ли?

Я рассмеялась, вновь привлекая его внимание.

– Ну-ну, Мстислав, что ты устраиваешь драму на ровном месте?

Он злился: челюсть напряглась, взгляд едва не метал молнии. Однако парировать Мстиславу было нечем, поэтому он выбрал капитуляцию:

– Пошли домой. – Мстислав потянул меня к выходу, даже не удосужившись попрощаться с учеными.

Я же победно ухмылялась, хоть и понимала, что это ровным счетом ничего не изменит – я победила только сейчас, в данную минуту.

Мы молча покинули научный центр. Он все еще злился, а я просто не очень хотела начинать расспросы, ведь знала, что, скорее всего, любой разговор сейчас лишь приведет к новой ссоре.

У выхода из научного центра стояли две наши машины.

– Что, поедем друг за дружкой? – нарушила тишину я.

Мстислав кивнул:

– Ну, не бросать же тут служебную. Как приехали – так и уедем.

Он закурил. Я видела: он начал успокаиваться, – поэтому сказала то, что хотела сказать еще в лаборатории, но там свидетелями нашей ссоры стали бы Иван с Петром.

– Что, теперь ты понял, каково это? – спокойно, без злобы, произнесла я.

– Понял.

– Что именно?

– Аня, брось, это не…

– Озвучь. Почему с тобой надо как с ребенком? Я хочу услышать четко, – настаивала я.

Он помедлил, но все же ответил:

– Я понял, что поступил эгоистично и сделал тебе больно. Ты и вправду сильно переживаешь за мою жизнь.

– Вот и славно. Не забывай об этом. – Я оставила его докурить сигарету и направилась к своей машине. – А теперь поехали домой. Поговорим, когда оба окончательно остынем.

Когда мы доехали до квартиры Мстислава, то оба успели посмотреть на ситуацию с разных сторон. Это остудило наш пыл. Игнорировать ссору и делать вид, что ее не было, никто из нас не хотел – мы знали, что еще столкнемся с подобным в будущем, поэтому решили сразу все обсудить. Едва мы