Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 - Марика Полански

Поднявшись на поверхность с помощью Ха-Аруса, я прикрыла глаза и с наслаждением втянула холодный морской воздух. После спёртой духоты каменного тоннеля, он пьянил подобно дорогому вину.

Огни города мелькали где-то вдалеке, будто ночная тьма подмигивала янтарными и бриллиантовыми искрами. Сама же скала, поросшая редким кустарником, высилась над нами, подобно старому великану, который решил вздремнуть на морском берегу. Кто придумал ей название «Дряхлая», я не знала, но в нём определённо что-то было.

Негромкий цокот копыт и скрежет колёс нарушили тишину, и вскоре из-за скалы показался чёрный экипаж со шторками на окнах.

— Слава богам! — радостно воскликнула я. — Это Мартин! Я боялась, что он не сдержит своё обещание.

Экипаж остановился в нескольких шагах от нас, и я, подхватив юбки, бросилась ему навстречу.

Внезапно Ха-Арус предупреждающе зашипел за моей спиной:

— Назад, миледи! Быстро назад!

Прежде чем я успела что-либо сообразить, тьму разорвал золотисто-алых всполох. Огненный шар пролетел совсем рядом с моим лицом и ударил в скалу. От неожиданности я рухнула лицом в песок, закрыв голову руками. Следующий шар прошипел надо мной, и послышался гулкий хлопок.

Разгневанно закаркав, Негодяй взмыл вверх. В ту же секунду пространство залило ослепляющим светом, от которого заломило в висках.

Ледяная лента обвила мою лодыжку и потянула назад.

— Кажется, ваш дружок остался недоволен свиданием, — Ха-Арус не церемонясь подхватил меня подмышку и стремительно заскользил.

От очередного взрыва на нас посыпалась каменная крошка со скалы.

— Нашёл время шутить, — обозлилась я не столько на демона, сколько на то, что весь план полетел к чертям. — Быстро в тоннель.

Однако из тьмы нам навстречу вышли инквизиторы с ружьями наперевес. Я насчитала четверых человек. Вроде бы немного, если не учитывать того факта, что дула были направлены на меня и Ха-Аруса.

— А ведь я предупреждал вас, госпожа Миррен, — голос ауф Штром заставил меня, затравленно обернуться. Он шёл неспешно в мою сторону, будто совершал приятную прогулку. — Никакого обмана и никакой магии. Но вы все решили сделать по-своему.

Из-за экипажа, словно тени, выдвинулись фигуры в тёмно-серых мундирах Департамента. Раз, два, три… Шестеро вооружённых инквизиторов окружили нас плотным кольцом. И это не считая четверых, которые преградили нам путь к катакомбам.

Я застыла, как вкопанная, ошарашенно уставившись на него.

— Серебряная нить белопуха, — ответил Эрих на мой немой вопрос. — Я двадцать лет работаю в отделе по борьбе со злонамеренным колдовством, Эвелин. Неужто вы думали, что я поведусь на вашу внезапную покорность? Впрочем, вы меня удивили. «Сон Мартены» и старые катакомбы… Честно говоря, я начал опасаться, что вы можете в них заплутать.

Ноги непроизвольно подкосились, и, если бы не трость, я бы упала.

Ауф Штром переиграл меня. Он с самого начала предполагал, как будут развиваться события, и решил расставить свою ловушку. Оставалось лишь понять, кто подставил нас.

— ПРОЧЬ! — прорычал Ха-Арус так, что шум моря потонул в его крике. Туман взвился вокруг него чёрными щупальцами. Красивое лицо демона исказилось, обнажая ряды острых зубов.

Полыхнуло фиолетовое пламя, и пару инквизиторов, стоя́щих ближе всех к Ха-Арусу, отбросило в сторону.

— Демон! У неё демон!

— Стреляйте!

Свист серебряных стрел пронзил воздух. Ха-Арус завыл и, выронив Карла на песок, рассы́пался облаком чёрного дыма.

— НЕТ! — заорала я, бросаясь к вознице.

Но сильные руки схватили меня, не давая двинуться с места. Холодный металл кандалов защёлкнулся на запястьях, мгновенно блокируя магию. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но хватка оказалась железной.

— Тихо, тихо, — Эрих подошёл ко мне и взял за подбородок, заставляя посмотреть на него. — Всё кончено, Эвелин. Вы проиграли.

Его губы разочарованно дрогнули книзу, будто он надеялся на другой исход

— Вы… — Я судорожно сглотнула, чувствуя, как по щекам катятся слёзы, — вы подонок.

— Возможно. Но я честный подонок. Я предложил вам выход, но вы отказались, попытавшись отравить меня, — потом отошёл на шаг и громко произнёс: — Эвелин Миррен, вы арестованы по обвинению в укрывательстве особо опасного преступника, попытке отравления должностного лица и противодействии правосудию, — затем перевёл взгляд на лежащего Карла и добавил, словно тот его мог услышать: — Карл Вальтон, вы арестованы по обвинению в побеге из-под стражи, применении боевой магии и покушении на жизнь сотрудников Департамента. Грузите её в экипаж. И Вальтона тоже, если он живой.

Меня грубо потащили к экипажу. Я обернулась, пытаясь разглядеть в темноте, что с Карлом, но ничего не увидела. Только серые мундиры, склонившиеся над телом на мостовой.

— Он жив, — крикнул из инквизиторов. — Еле дышит, но жив.

— Тогда тащите и его, — безразлично бросил Эрих.

Меня втолкнули в экипаж. Кожу под кандалами обожгло огнём, когда я рухнула на сиденье. Следом запихнули Карла, который безвольно осел на противоположное сиденье.

Дверца захлопнулась, и снаружи послышался голос ауф Штрома:

— В Департамент быстро. Не хочу, чтобы эта парочка устроила нам ещё сюрпризов.

Глава 8.5

Камера в Департаменте Магической Безопасности встретила меня холодной сыростью и сладковато-приторной вонью плесени, въевшейся в каменные стены за долгие годы. Крохотное помещение — всего четыре с половиной шага в длину и три в ширину, — с узкой щелью окна под самым потолком, сквозь которую пробивалась жалкая полоска света уличных фонарей. Из убранства оказались только железная койка, прикрученная к стене, с тоненьким продавленным матрасом, да ведро в углу, прикрытое деревянной крышкой.

Дверь захлопнулась за моей спиной с металлическим лязгом, от которого я невольно вздрогнула. Ключ повернулся в замке, и тяжёлые шаги инквизитора удалились, оставив лишь гулкое эхо в коридоре.

Несколько секунд я стояла неподвижно, прислушиваясь к тишине. Где-то далеко монотонно капала вода, сводя с ума. Откуда-то сверху доносились приглушённые голоса и скрип половиц.

Ноги подкосились, и я тяжело опустилась на край койки. Ржавые пружины жалобно заскрипели подо мной. Кандалы на запястьях холодили кожу, напоминая о блокированной магии. Без неё я чувствовала себя обнажённой и уязвимой,