Пробуждение - А. Л. Вудс

Его челюсть сжалась, вопрос прозвучал в его голове достаточно громко, чтобы не было необходимости озвучивать его вслух. Со мной все было в порядке?

Тяжело вздохнув, я пригладила его растрепанные волосы руками.

— Я должна тебе объяснить.

— Это было бы здорово, — согласился он, его голова склонилась к моим пальцам, в то время как его большие пальцы двигались взад-вперед по маленькому участку обнаженной кожи между моей приподнятой футболкой и линией талии моих шорт.

— Я действительно не знаю, как это сказать.

Тень паники промелькнула на его лице. Он резко вдохнул через нос, выпустив воздух через приоткрытые губы.

— Просто скажи это, — он покачал губами из стороны в сторону, словно пробуя утверждение на вкус. — Что бы это ни было, мы разберемся.

— В последнее время я неважно себя чувствую.

Наклоненная голова Шона подсказала мне, что он заметил.

— Я имею в виду, не только сегодня.

Он откинулся на подголовник дивана; его бородатый подбородок склонился к моему лицу.

— Хорошо.

Ответ ускользнул от него, но я подозревала, что он чувствовал что угодно, только не "хорошо".

— Вчера, когда я пошла заполнять свой рецепт на противозачаточные средства в CVS, я взяла тест на беременность.

Движение стеклоочистителя его больших пальцев на моей талии немедленно прекратилось, и его темные глаза расширились.

— Я действительно ничего не думала...

— У тебя только что были месячные, — перебил он с вновь обретенной дрожью в голосе. — Я знаю, что были.

Он, вероятно, помнил, как две недели назад я принимала Адвил, грелку и была домоседкой. Он не ошибся. Я просто не учла, что мой световой поток был скорее пятнистым, чем реальным периодом.

— Я тоже так думала, — согласился я, кивая головой. — Но Пен сказала, что иногда, когда ты... — я замолчала, собравшись с духом, чтобы проверить это слово. — Когда ты беременна, твое тело может обманывать тебя.

На самом деле она дала мне более технический ответ об оплодотворенных яйцеклетках и сопутствующем им небольшом количестве крови, но по тому, как он смотрел на меня, я подумала, что сейчас не время объяснять ему это.

Шон сглотнул.

— Что это значит?

Я заправила выбившиеся пряди рукой за уши.

— Это значит, что иногда может показаться, что у тебя месячные, хотя это не так.

Его грудь поднималась и опускалась, его глаза искали в моих ответах.

— Итак, ты прошла тест?

— Я так и сделала.

— И?

Я ничего не могла с собой поделать. Мои глаза наполнились слезами, скатившимися по периметру ресниц.

— Малышка, — выдохнул он, затем покачал головой. — Я имею в виду Хемингуэй, — он хлопнул себя ладонью по лбу. — Ракель, черт возьми...

Он мог называть меня как угодно, мне было все равно.

— Мне очень жаль, — всхлипнула я. — Контроль над рождаемостью эффективен на девяносто один процент, но была пара случаев, когда я не принимала свои таблетки одновременно. Я облажалась. Мне так жаль.

Я не хотела, чтобы ему пришлось менять свои планы с рестораном из-за меня. Я не хотела быть причиной, по которой ему пришлось отложить все из-за моей беспечности. Это была моя вина.

Руки Шона переместились с моей талии и обхватили мои щеки.

— Почему ты извиняешься?

— Мы не говорили об этом; я даже не думаю, что хочу детей.

Сказав это вслух, я заплакала сильнее, вопль разнесся по всей нашей гостиной, верхняя часть моего тела сотрясалась рядом с его.

— Я не хотела, чтобы это произошло, — сказала я, шмыгая носом. — Там и так столько всего происходит, а теперь...

— Шшш, шшш, — успокаивал он, его большие пальцы смахивали непрошеные слезы с моих глаз. — Нам не нужно принимать никаких решений сегодня, хорошо?

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду... — он поперхнулся, как будто ему было трудно не подавиться словами. — Если мы решим, что это не... что это не то, чего мы хотим, тогда мы рассмотрим наши варианты.

— Рассмотрим наши варианты? — переспросила я, не веря своим ушам.

Предполагал ли он то, о чем я думала сейчас?

Шон удержал мой взгляд, и я увидела это в нем. Если бы я не хотела этого делать, если бы я хотела прервать эту беременность, он поддержал бы меня... но при этом я бы причинила ему ужасную боль. Невысказанная потеря смешивалась со скрытым желанием на его лице. Возможно, он думал, что я никогда не видела зависти, которая окрашивала его лицо каждый раз, когда он наблюдал за Дуги с Крисом. Он никогда не выражал этого, но я знала, что быть отцом — это единственное, чего он всегда хотел, и я думала, что не смогу дать ему этого... до сегодняшнего дня.

— Ты же знаешь, Ракель, я бы никогда не заставил тебя делать то, чего ты не хочешь.

Он потер усталые глаза, отводя от меня взгляд, когда его руки легли на тыльную сторону моих бедер.

— Неважно, насколько сильно я...

— Скажи это, — прошептала я, кладя руки на его щеки, теряясь в ощущении трения его бороды о мои ладони.

— Нет, это нечестно — влиять на твое решение, основываясь на том, чего я хочу.

Он убрал мою левую руку от своего лица, переплетая свои пальцы с моими.

— Я не против, если мы останемся вдвоем на всю оставшуюся жизнь.

Но я знала, что ему всегда будет казаться, будто он что-то упустил. Он жертвовал своим желанием удовлетворить то, что он неверно истолковал как мое желание прервать беременность. Мне не следовало ожидать от него ничего другого, потому что он всегда ставил то, чего я хотела, превыше всего остального. К тому же, после того, что случилось с Триной и их мамой, я знала, что он никогда не заставит меня делать то, чего я не хочу, и все же я хотела услышать, как он скажет, что хочет этого ребенка.

— Но быть отцом — это то, чего ты хочешь, я знаю, — осторожно начала я. — Ты хочешь иметь ребенка.

На его лице отразилось безудержное удивление.

— У меня такое чувство, что ты обманом заставляешь меня ответить на этот вопрос таким образом, который обернется для меня неприятными последствиями.

— Вовсе нет. Я просто хочу, чтобы ты честно ответил на вопрос.

Шон заерзал подо мной, делая еще один медленный и медитативный вдох.

— Я всегда… Я всегда хотел быть отцом.

Он уставился в потолок.

— Когда я встретил тебя, я понял, что хочу испытать это с тобой и только с тобой. Раньше я придумывал в уме небольшие сценарии того, на что было бы