Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Её глаза были прикованы к Райкеру. Расстояние уже было неважно. Под её горящим взглядом он чувствовал себя единственным на свете.

— Прошу всех встать, — произнесла Плияна.

Толпа зашуршала, поднимаясь. Все, кроме отца Райкера.

Свадебный марш набирал обороты. Бринли плавно двигалась по мраморному полу навстречу Райкеру, ни на секунду не отводя глаз.

В соответствии с вампирской традицией Джелизетт встретила свою подопечную в конце дорожки. Старшая вампирша надела чёрное платье в пол, которое скорее бы подошло на похороны, чем на свадьбу. Рукава до локтей и сверкающие чёрные бриллианты в ушах. Странный выбор.

Бринли смотрела только на Райкера, даже когда взяла протянутую руку Джелизетт.

Жрица Плияна начала речь, напоминая собравшимся гостям и зрителям у экранов историю отбора, как это уже делала канцлер Роуз на церемонии открытия. Жрица подчеркнула важность этого мероприятия, укреплявшего единство Республики Равновесия. Её голос эхом разносился по монументальному храму.

Райкер едва слышал её. Откровенно говоря, он и не пытался вслушиваться.

Бринли улыбнулась ему, а он ей.

«Привет», — произнёс он одними губами.

Уголки её губ дёрнулись вверх. «Привет», — так же беззвучно ответила она. Её глаза были широко распахнуты, как бы говоря: «Поверить не могу, что это происходит на самом деле. А ты?»

Райкер прекрасно её понимал. Все эти наряды и декорации, храм, толпа гостей, камеры — всё ради того, чтобы засвидетельствовать их свадьбу. Это было слишком даже для него, выросшего среди роскоши и под постоянным вниманием прессы.

Последние шесть лет он старательно избегал общественного внимания, но сегодня орава журналистов его не волновала.

Потому что сегодня это касается не только его, а их обоих.

Плияна повернулась к Джелизетт. Её голос звучал особенно громко и торжественно в полной тишине зала.

— Согласны ли вы отдать свою подопечную в жёны этому фейри?

Бринли заметно напряглась на этих словах жрицы. Райкер догадывался, как сейчас возмущается её внутренний голос против столь вопиющей несправедливости: почему о ней говорят так, будто она чьё-то имущество? Но вслух она ничего не сказала. Вероятно, как и Райкер, хотела поскорее закончить со всей этой церемонией.

Обсидиановые глаза Джелизетт, отражавшие многовековой опыт, посмотрели на Райкера. Ему стоило огромных усилий не вздрогнуть. Что-то в этой женщине нервировало его.

Пристально глядя на него, она ответила:

— Согласна. Мы все так ждали этого дня, разве я могу отказать?

Будь эти слова от кого-то другого, они бы прозвучали мило. Но из уст Джелизетт это было зловеще. Кожа Райкера покрылась мурашками. Нет, ему определённо не нравится творец Бринли. Он помолился Обсидиановым Пескам, чтобы как можно реже пересекаться с ней в будущем.

Райкер спустился по ступенькам, остановившись рядом с вампиршами, и протянул правую руку. Бринли, глядя ему в глаза, отпустила руку Джелизетт и взяла его ладонь.

Едва она прикоснулась к нему, по его телу пробежали огненные искры. Он поднял её ладонь и, не разрывая зрительного контакта, прижался губами к бледной коже.

— Ты умопомрачительно красива, — шепнул он.

Его вампирша покраснела. Толпа радостно шумела, пока он вёл её по ступенькам на помост.

Бринли убрала крылья, когда они остановились перед Плияной, но оставила тени у ног.

До чего же восхитительная демонстрация силы.

Райкер был безраздельно влюблён в девушку, на которой собирался жениться. Церемония проходила где-то на фоне, пока Райкер просто держал Бринли за руки, выводя большими пальцами круги на её коже.

Они обменялись кольцами — у Райкера была более крупная версия изящного ониксового колечка, которое он надел на палец Бринли, — и подписали юридические документы, официально став мужем и женой.

И тут настал момент, которого так ждал Райкер.

Они вдвоём стояли перед Плияной, держась за руки.

— Можете поцеловать невесту, — объявила жрица.

Она говорила что-то ещё, но Райкер уже не слушал. Всё его внимание было сосредоточено на его сногсшибательной вампирше.

Райкер шагнул к Бринли, сократив расстояние между ними, и сжал её пальцы. Их глаза снова встретились, и всё вокруг исчезло из поля зрения.

Он наклонился к ней. Бринли выдохнула его имя. Он коснулся губами её губ, желая вновь ощутить вкус того, что теперь по праву его.

Как только их губы встретились, Райкер застонал. Одна его рука легла на затылок Бринли, другой он притянул её ближе к себе.

Каждый миллиметр, разделявший их, казался непреодолимым расстоянием.

Шесть недель Райкер не видел, не прикасался, не обнимал Бринли.

Никогда больше он этого не допустит.

Теперь она принадлежит ему, а он ей.

Губы Бринли были мягкими. Райкер думал, что поцелуй будет короткой демонстрацией того, что ждёт их дальше, но в моменте увлёкся и уже не мог остановиться.

Она тихо застонала, и он сильнее прижал её к себе. Он направлял её голову, держа в объятьях. Его язык скользил по её губам, запоминая вкус.

Она для него весь мир.

Его вторая половинка.

Его выбор.

Его жена.

33. Шоколадный торт, счастье и подозрения

Бринли могла бы догадаться, что от поцелуя её новоиспечённого супруга ей снесёт крышу. А как иначе, если всё, что связано с этим фейри, переворачивало её мир с ног на голову?

И это поцелуй превзошёл все её ожидания.

Губы Райкера слились с её губами. Это был не просто поцелуй. Это было заявление на весь мир, что капитан выбрал её и теперь имеет на жену все права.

Бринли всегда думала, что такое не для неё. Ведь она личность, а не чья-то собственность. Но с Райкером её это нисколько не напрягало. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности, любимой и окружённой заботой, даже несмотря на его собственнические замашки.

Она позволила ему целовать её так, будто она всецело ему принадлежит, возможно потому, что так и есть.

Сердце она точно отдала ему.

Завтра она наконец признается Райкеру в любви. Это будет идеальный момент.

Боги, до чего же хорошо быть замужем за этим мужчиной. Он умён, добр и невероятно заботлив. Бринли сама не ожидала, но именно это оказалось нужно ей в партнёре. Вчера на винодельне Райкер был внимателен, но не назойлив, пока Бринли и Хейли щебетали, словно школьницы, обсуждая свои будущие свадьбы. Он так мило поглядывал на неё весь вечер, проверяя, всё ли в порядке. Бринли до сих пор поверить не может своему счастью.

Язык Райкера толкнулся в её губы, и она открыла рот. Капитан изучал её. С каждым движением его языка Бринли всё больше таяла в его руках. Она вцепилась в его