Иллюзия падения - Лия Аструм

заполз Чарльз Лейквуд. Всё внутри натянулось в струну и лопнуло, осыпаясь чёрной яростью. Хотелось взять этот мир и разломать пополам. Но даже на эту ненависть уже не было сил – только выжженная пустота.

Я уснула на рассвете измотанная, с солёными разводами на щеках и с ощущением, что кто-то выжег мне душу раскалённым железом. А проснулась будто другим человеком. Внутри щёлкнул какой-то тумблер, заглушивший боль и оставивший лишь холодную, ясную тишину.

Стоя на возвышенности недалеко от проезжей части, я подставляю лицо прохладному ветру и с восхищением разглядываю набережную Гудзона, украшенную сотнями огней. Зная вкусы Лейквуда, я ожидала спутанные простыни, горячие тела и сорванные стоны. А, попав на ночную ярмарку еды в Бруклине, непрерывно плаваю в ощущении собственной приземленности. После румбы и слепка члена я не думала, что Эван способен меня удивить. Ошиблась. Способен. Как и взбесить одним резким звуком автомобильного сигнала.

У обочины тормозит ожидаемо позерский белый McLaren. Лейквуд выбирается из машины и, включив сигнализацию, расслабленно движется в мою сторону, на ходу растягивая губы в ленивой ухмылке. Кружевное белье вмиг становится тесным, а бьющийся в груди кровавый маятник начинает взволнованно раскачиваться, словно на тросах.

– Слепнешь от тестостероновой феерии? – игриво цокает он и, вальяжно прокрутив на пальце ключи от тачки, убирает их в карман брюк.

– Ты опоздал, – дёргаю бровью, придирчиво разглядывая его образ. Бежевые брюки-чиносы и свободная футболка того же оттенка. Никакой прилизанности и галстуков. Просто. Стильно.

– Две минуты. – Эван стучит указательным пальцем по циферблату часов и многозначительно тянет: – Соскучилась?

– По пафосной персоне с холёной внешностью? Не выдумывай, Лейквуд.

– Тебе стоит привыкнуть к моей новой фамилии.

– Ты можешь хоть сто раз поменять её, для меня ты навсегда останешься Лейквудом.

– Навсегда? Многообещающе. – Эван подбирается ближе, наклоняется и касается своими губами моих. Так легко, будто делает это каждый день. Поцелуй короткий, без продолжения, мысли о котором электризуют кончики пальцев.

– Почему ярмарка? – шепчу я, облизывая уголки рта со вкусом ментолового леденца.

– Чтобы ты ничего не испортила, ела и молчала.

– Нравится, когда я молчу?

– Мне нравишься ты.

– А ты мне – нет.

– Звучит как начало любовного романа.

– Или бульварной статьи из желтой прессы.

– Брось, Рио, – глаза Лейквуда вспыхивают азартным огнём. – Враждебное влечение всегда вкуснее.

– Для обделённых интеллектом голодных молей, – ехидно парирую я.

– Оу, я бы предпочёл остаться павлином.

– Обведу твоё пожелание сердечком в своём розовом дневнике.

Эван коротко хохочет и воодушевленно тянет меня на набережную – в самый центр, где у фудтраков толпится народ и бегают дети, радостно размахивая пакетами с попкорном. Несколько поваров в белых банданах соревнуются в приготовлении гигантских бургеров, а парни, одетые в черные джинсы и футболки с незнакомыми мне логотипами, блестяще исполняют инди-рок. Атмосфера заразительная, энергичная и аппетитная.

От разнообразия блюд у меня разбегаются глаза, а от запаха свежего хлеба, жареного мяса и пряных специй во рту обильно скапливается слюна. Проходим мимо мексиканской и веганской кухни и останавливаемся возле вагончика, расписанного мультяшным граффити: сцена погони из знаменитого мультика – Том в колпаке шеф-повара пытается поймать убегающего с шаурмой в руках Джерри.

– Серьезно? Шаурма? – иронично рассматриваю динамичную картинку. – А как же секретный ингредиент?

– На то он и секретный. Мы узнаем о нем завтра или никогда, – ухмыляется Лейквуд и заказывает две штуки размером «макси». К шаурме просит картофель фри, посыпанный паприкой и морской солью, и нетерпеливо ждет, пока в его порцию добавят расплавленный чеддер.

– У меня гастрономический экстаз, – засунув в рот долгожданный ломтик, он блаженно закатывает глаза.

Берет еще дольку и, окунув ее в томатный соус, подносит к моим губам:

– Давай, детка, пооргазмируй вместе со мной!

Цепляю картофель зубами и, прежде чем съесть, намеренно касаюсь кончиком языка его пальца, ощущая легкий запах трав и кислинку помидоров.

Взгляд Лейквуда мгновенно густеет, становится тяжелым, полным неспокойного огня. Нарочито разжигаю костер вожделения, томно слизывая соленые остатки с нижней губы.

– Хочу еще.

На мой каприз Эван глубокомысленно толкается языком в щеку, скатывается взглядом к моим обнаженным ногам и, чересчур нервно мотнув головой, повторяет трюк, стараясь как можно сильнее испачкать в соусе свой палец, с которого я голодно собираю каждую томатную каплю.

– У меня встал, – без прикрас заявляет Лейквуд.

Женщина за его спиной смешно пучит глаза, зло ворчит о потерянных ценностях у распущенного поколения и, схватив свою дочь за руку, утаскивает ее в толпу с такой скоростью, будто у Эвана в член вживлен инфракрасный датчик, срабатывающий на все живое и теплое.

– Мои поздравления, Лейквуд. Не всякий мужчина может похвастаться эрекцией, особенно с таким образом жизни, как у тебя, – нагло подмигиваю ему и беру курс на серебристый вагончик в конце улицы, ощущая жаркий взгляд на моей заднице, обтянутой короткими джинсовыми шортами.

– И какой же у меня образ жизни? – он быстро нагоняет меня, сравнивает шаг.

– Шлюхи королевской тусовки.

– Какие почести, Рио. Не помню, чтобы трахал королев. Хотя вру, – ползет по мне красноречивым взглядом. – Одна была.

Прячу глупую улыбку и с преувеличенным интересом разглядываю ароматные пирожки с начинкой из картофеля и шпажки с креветками, маринованными в лимонном соке. Делаю выбор в пользу второго и жду, пока Эван заберет воздушные пончики, посыпанные сахаром. После чего мы дружно направляемся к стойке с напитками, чтобы заказать крафтовое пиво.

Чувствую, секретный ингредиент ждать придется недолго.

– Вы очень красивая пара! – молодая блондинка в темно-синем фартуке и кепке протягивает нам два стакана с пенными шапками и непозволительно долго пялится на Лейквуда, надеясь… На что? Что я его сестра-близнец?

– Мы не пара, – безмятежно роняет Эван, и девчонка мгновенно преображается.

– Я освобожусь через два часа. Есть желание выпить кофе? – переходит сразу к делу, выпячивая пухлые губы.

«Есть желание утопить тебя в кеге, сука».

– Почему бы и нет.

От возмущения у меня глаз дергается. Какого хрена он только что сказал?!

– Но лучше завтра, – бесстрашно воркуя, уточняет Лейквуд. – Сегодня мне нужно проводить домой бывшую.

– Бывшую? – блондинка недоуменно косится на меня, словно уже успела забыть о моем существовании.

– Да, мы встречались. Я вызволил ее из тюрьмы, и между нами сразу все завертелось.

Давлюсь пивом.