Виннипегская Cтена и я - Мариана Запата

меня по плечу. Обернувшись, я увидела трех парней лет двадцати с небольшим, которые смотрели на меня с возбужденным и нетерпеливым выражением.

– Привет, – сказала я немного неуверенно, пытаясь понять, в чем дело.

Один из парней толкнул другого локтем, третий же закашлялся и почесал за ухом. Они явно нервничали.

– Это Грейвс? – спросил парень в центре, тот, которого только что толкнули.

Черт.

– Кто? – Я мило улыбнулась и сделала большие глаза, изо всех сил изображая непонимание.

– Эйден Грейвс, – повторил его друг, словно от этого что-то менялось, если я раньше не слышала это имя.

Стоило ли мне признаться, что это он? Или продолжать делать вид, что я не знаю, кто это? Часть меня склонялась ко второму варианту, но если кто-то присмотрится и поймет, что это действительно он…

Что ж, Эйден не был тем, кто станет прятаться от чего бы то ни было.

Поэтому я опустила глаза и кивнула:

– Да. Но это наш секрет.

Судя по их реакции, они либо были в шоке, либо просто не ожидали подтверждения. Все трое синхронно моргнули, а затем до них наконец дошло.

– Это правда он? – воскликнул один из них шепотом.

Тот, что в центре, слегка побледнев, пробормотал: «Твою мать».

– Вживую он еще больше, – сказал парень справа и обернулся на сиденье, будто Эйден мог волшебным образом появиться всего через пару минут после того, как ушел.

Хотя он был прав. Фотографии не отдавали ему должного. Черт, даже я все время видела Эйдена вблизи и уже должна была привыкнуть, но до сих пор обращала на это внимание.

– Что он здесь делает? – спросил парень слева.

Это был резонный вопрос. Эйден учился в Висконсине.

– Мой брат играет за Луизиану, – объяснила я, решив сказать правду. У меня в любом случае плохо получалось врать.

– Вы его девушка?

Парень в центре толкнул того, кто справа.

– Не будь таким идиотом. Конечно, она его девушка, дубина!

– Вы оба тупицы, – заявил парень слева. – Он женился, я читал в интернете.

Он нерешительно посмотрел на меня.

– Правда ведь?

Черт. Сама виновата. Назвался груздем – полезай в кузов. Я густо покраснела, лицо залило жаром, хотя я очень старалась не выдавать себя.

– Угу.

– Не удивлен. Мне нравятся ваши волосы, – улыбнулся парень справа.

Господи, лицо загорелось еще сильнее, я заерзала на сиденье, понимая, что еще пару недель назад мне надо было что-то сделать с выцветшим бирюзовым цветом моих волос или просто перекраситься.

– О, спасибо.

– Чувак, может, тебе заткнуться? Грейвс сожрет тебя с потрохами, если сразу не убьет, – прошипел его друг, парень посередине.

Я решила, что мне пора отвернуться, и посмотрела на площадку. Они продолжали свой яростный спор шепотом. Интересно, мне надо было притвориться глухой?

Чуть позже, когда маленькая девочка пела национальный гимн, на сиденье рядом шлепнулась задница Эйдена. Я убрала локоть, чтобы дать ему больше места, а он протянул мне сувенирный стакан, заполненный тем, что, как я подозревала, окажется «Доктором Пеппером». В другой руке у него была бутылка воды.

Я наклонилась и похлопала его по руке.

– Спасибо.

Прежде чем наклониться ко мне, он поймал мой взгляд, его язык ткнулся во внутреннюю сторону щеки.

– Не обязательно все время благодарить меня.

– Заткнись, – ответила я его же фразой, получив в награду легкое покачивание головой и вспышку крошечной ухмылки от человека, чье лицо находилось буквально в десяти сантиметрах от моего. Как только он начал отстраняться, я потянула его за рукав толстовки, заставив наклониться ниже.

Он подчинился. Эйден был так близко, что его покрытая щетиной челюсть щекотала кончик моего носа. Я не отодвинулась, а осталась на месте, позволяя чудесному чистому аромату, исходившему от его кожи, наполнить мои ноздри.

– Парни сзади узнали тебя, – прошептала я.

Эйден повернул голову так, что его рот коснулся мочки моего уха.

– Они тебе что-нибудь сказали?

Этот твердый, глубокий голос, казалось, проникал прямо между моих ребер.

Мне потребовались все мои силы, чтобы не вздрогнуть, когда его дыхание коснулось чувствительного места на моей шее.

– Они спросили, ты ли это, и я сказала «да». – Мне пришлось сглотнуть, когда его легкое дыхание вновь коснулось моей шеи. – И они знают, что… ну ты понимаешь… мы вместе.

Никакой реакции.

– Я не знала, что сказать. Прости.

Он отстранился и жестко посмотрел на меня.

– Ванесса…

– Заткнись, – опередила его я.

– Хотел сказать, чтобы ты перестала извиняться, но так тоже пойдет.

Он что, только что улыбнулся мне? Он только что самодовольно улыбнулся? Я не была уверена. Я не была уверена, но решила, что так и было. Да, он только что игриво улыбнулся мне.

Это заставило меня моргнуть. Сердце забилось в два раза чаще.

– Ну, тогда…

– Заткнись, – закончил Эйден вместо меня.

Я рассмеялась, вынула из сумки красное яблоко, которое спрятала под шарфом, чтобы пронести через охрану, и протянула ему.

– Хороший мальчик. Будешь прилично себя вести, и, возможно, у меня в кармане окажется для тебя раздавленный веганский батончик.

Я не знала, что говорил обо мне тот факт, что я носила с собой перекусы для Эйдена, но это было не важно. Он был как щенок, которого надо было все время кормить. Такой, знаете, огромный щенок, от которого у меня внутри время от времени все переворачивалось. Да, переворачивалось. Все было настолько плохо.

Он взял яблоко и откинулся на сиденье как раз в тот момент, когда центровые обеих команд подошли к середине площадки для розыгрыша. Как, черт возьми, я пропустила выход игроков? Я сняла куртку, закатала рукава и приготовилась болеть за моего брата.

– Который из них он?

Я указала на бледного придурка под метр девяносто, которого я в детстве любила наряжать в платья смеха ради.

– Номер тридцать.

– Он выше, чем я думал, – рассеянно заметил Эйден.

– Думаю, его отец был высоким.

Он бросил на меня быстрый взгляд.

– У вас разные отцы?

– Да. По крайней мере, я почти уверена в этом. Насколько я знаю, я своего никогда не видела.

Я имела в виду, что ни один мужчина никогда не подходил ко мне и не говорил, что я его дочь. Отец моего младшего брата не обращал на меня особого внимания. Краем глаза я заметила, что челюсть Эйдена окаменела, лицо стало жестким. Его челюсть напряглась.

– В чем дело?

Его кадык дернулся.

– Ты никогда не встречала своего отца?

Я почувствовала, как у меня покраснела шея, мне почему-то стало стыдно.

– Нет.

– Ты похожа на свою мать?

Я потянулась к дужке очков.

– Нет.

Мама была бледноватой блондинкой ростом всего