Виннипегская Cтена и я - Мариана Запата

Черт.

Черт, черт, черт.

«Серьезно? – спросила я себя. – Ты, мать твою, серьезно, Ванесса?»

Глава 23

Понедельник. Полдень. Грохот гаражной двери заставил меня вздрогнуть и срочно сохранить файл.

Зак, накануне вечером вернувшийся из Южного Техаса, обычно появлялся с тренировки только к трем-четырем часам. Эйден по понедельникам никогда не приходил раньше трех. Это был его самый короткий тренировочный день, но после игры в День благодарения и последовавших выходных он уж точно не должен был появиться сейчас. По понедельникам у них обычно были встречи с наставниками, затем тренировка, обед и разбор предыдущей игры.

– Кто здесь? – крикнула я, сбегая по лестнице.

Ответа не последовало. На кухне стоял Эйден и пил воду. Увидев его лицо, я ахнула.

– Что случилось с твоим подбородком?

Фиолетовый синяк расцветал на его челюсти. Он поставил стакан, избегая моего взгляда.

– Все нормально.

– Не нормально! – Я подошла ближе. – Что произошло?

Не отвечая, он подставил руки под струю воды в раковине и плеснул водой в лицо. Что, черт возьми, он натворил? Эйден редко ввязывался в драки. Черт, он даже объяснял мне, почему обычно их избегает, и я не знала причин достойнее. Его характер нельзя было назвать вспыльчивым. Когда он злился, то обычно весь день ходил мрачный и раздраженный.

Пока он вытирался, я достала из холодильника пакет со льдом. Я вздрогнула, когда он убрал полотенце, и я увидела синяк, который через несколько часов займет добрую часть его лица.

Понимала ли я, что он пытается избежать разговора? Безусловно. Но мне было плевать.

– На тебя напали? – выдохнула я.

Он фыркнул, будто я оскорбила его.

– Конечно нет.

– Ты уверен? – переспросила я после паузы.

Конечно, он был огромен и одной грубой силой мог одолеть девяносто девять процентов мужчин, но если бы на него набросилось несколько крепких парней, они вполне могли избить его.

Прижав пакет со льдом к челюсти, он едва заметно покачал головой, его ресницы презрительно дрогнули.

– Никто не нападал.

Это только разозлило меня сильнее. Я коснулась его руки.

– Расскажи, Эйден.

– Ничего не случилось.

– Так ты сам себя побил? – усмехнулась я.

Его лицо исказилось. Он явно что-то скрывал.

– Не хочу говорить.

Это я поняла с самого начала. Но каким бы упрямым он ни был, я тоже не промах. Я не собиралась оставлять все как есть, потому что он явно подрался с кем-то из команды. А это означало, что случилось нечто из ряда вон выходящее. Эйдену обычно было плевать на товарищей по команде, чтобы переживать из-за их слов.

На матче моего брата он сказал, что во всем мире для него важно мнение лишь нескольких людей. И я знала, что это не было пустой фразой. Так оно и было.

С самой пятницы я старалась не думать о том баскетбольном матче. Или о словах, которые Эйден сказал мужу моей сестры, или о взгляде, которым, казалось, хотел убить Сьюзи. Воспоминание о том, как гнев исказил его мужественное лицо, когда он схватил меня за руку и молча повел к машине, пронзило меня насквозь. Когда мы сели в машину, Эйден сказал:

– Прости, что не поехал с тобой тогда.

– В Эль-Пасо? – уточнила я.

Он кивнул.

– Все в прошлом. – Я положила руку на его. – И спасибо, что заступился.

Он смотрел вперед, сжимая руль.

– Я слишком часто тебя подводил. Больше не повторится.

После этого он стал еще более закрытым. Тренировки, пазлы – верный знак, что он что-то обдумывал.

Теперь я сидела напротив него, глядя на его осунувшееся лицо.

– Скажи, что мне делать? Красть биту или уже звонить в полицию?

Он удивленно поднял бровь.

– Что?

– Ну, биты ни у кого нет, а покупать – не вариант. Камеры везде. Если ты кого-то прибьешь, начнут искать покупателей. А я – единственная, кто недавно приобрел биту. Прямая улика.

Он смотрел на меня со смесью шока и восхищения.

– Вэн, твои познания в криминалистике пугают.

Какая-то мысль заставила его губы дрогнуть.

– И это меня тревожит. Вызвать во мне тревогу – задача не из легких.

Я улыбнулась.

– Не бойся, я всего лишь смотрела много криминальных сериалов. В жизни даже карандаш не украла.

Его лицо оставалось серьезным.

– Я не планирую никого убивать. Разве что в крайнем случае, – пошутила я.

Уголки его губ дрогнули. Почти улыбка.

– Так кто удостоился твоего кулака? – спросила я мягко.

Он тяжело вздохнул.

– Дельгадо.

У меня похолодело внутри.

– Кристиан? Ты подрался с ним?

– Да.

– Из-за чего? – голос мой дрогнул.

Пожалуйста, только не из-за того, о чем я подумала. Кристиан вел себя ужасно, но не настолько же.

Его лицо все объяснило.

– Ты должна была сказать мне, – прошептал он.

– О чем?

– О том, что он сделал. Как он к тебе относился.

Черт, Зак. Я прибью его.

– Это не имело значения, – сказала я, как когда-то Заку.

Молчание повисло между нами. Его челюсть напряглась, вена на шее запульсировала.

– Важно, Ванесса. Зак рассказал еще перед отъездом, но я подумал, что, если бы это имело значение, ты бы сказала или сделала что-нибудь. Ты ничего не сделала. – Он поднял на меня темный сердитый взгляд и сжал челюсть. – Я видел, как он смотрел на тебя после игры. Я слышал, как он говорил с тобой. Он знал, что мы женаты, и все равно устроил все это дерьмо.

Он только что выругался второй раз за неделю?

– Я не буду мириться с этим, – заявил Эйден своим невероятно глубоким голосом, выпрямив спину и расправив плечи. – Мне не нравится, что ты всегда думаешь, что тебе нужно справляться со всеми своими проблемами в одиночку.

Меня охватило раскаяние, но лишь на секунду. Я тоже расправила плечи и посмотрела ему прямо в глаза.

– Тебе не нужно было драться, Эйден. Не хочу чувствовать себя виноватой в том, что случилось. Меньше всего я хочу, чтобы ты потом об этом пожалел.

К тому же что я должна была сделать? Сказать Эйдену, что его товарищ по команде пытался приставать ко мне? Эйден и не подумал бы вмешаться. Я это знала. По крайней мере, тот Эйден, которым он был несколько месяцев назад.

– Нужно было. И я сделал бы это снова.

Я моргнула. Потом моргнула еще несколько раз. Мне пришлось поднять глаза к потолку, чтобы собраться с мыслями. Почувствовав прикосновение к подбородку, я запрокинула голову, чтобы посмотреть в глубокие карие глаза.

Все в нем было серьезным и глубоким.

– Знаю, ты думаешь, что