Танцор - Элин Пир

— Она только что закатила глаза, глядя на него? — Соло уставился на экран. — Вот, черт, она снова это сделала.

Я снова нахмурилась.

— Ого, я уже видела это интервью, но никогда не замечала, чтобы она закатывала глаза. Ого, ей следует быть осторожной, иначе кто-нибудь может снова заявить на нее за неподобающее общение. Закатывать глаза перед кем-то — это грубо.

Соло фыркнул.

— Да ладно, если кто-нибудь пожалуется на нее, пусть идет на хрен. Кто эта леди? — На лице Соло появилась ухмылка. — Считается, что мамаши по натуре милые, но она же не терпит от него никакого дерьма, не так ли?

— Нет. — Я нахмурила брови. — Теперь я понимаю, почему у нее раньше были неприятности.

— Мне нравится ее стиль. — Соло улыбнулся.

— Мне — нет. Она не кажется Хантеру очень милой. Я имею в виду, если она так груба с ним перед камерой, то как же она себя ведет, когда они остаются наедине? Он выглядит грустным, одиноким, и я беспокоюсь за него. — Я вздохнула. — Возможно, нам придется отложить церемонию. Для меня очень важно, чтобы Хантер принял в ней участие, и если он не ответит в ближайшее время, я поеду туда, чтобы увидеть его.

— Он ответит. — Голос Соло был серьезен. — Хантер любит тебя, Уиллоу. Мы оба любим. И теперь, когда он застрял с этой задиристой мамашей, которая насмехается над его футбольным стилем, ему понадобится моральная поддержка. Просто продолжай звонить ему, и в один прекрасный день он возьмет трубку, я обещаю тебе.

— Я надеюсь, что ты прав, но я не хочу, чтобы он был с людьми, которые не относятся к нему по-доброму.

Соло сорвал травинку и пощекотал ею мой нос.

— Ты же не думаешь, что какая-нибудь мамаша может по-настоящему обидеть Хантера? Он северянин и спортсмен. Он привык терпеть огромные кучи дерьма от тренеров, других игроков и болельщиков. Поверь мне, худшее, что она может сделать, будет для него настоящим развлечением.

Я прищурилась.

— Ты так думаешь?

— Гарантирую. Я больше беспокоюсь о ней.

— Почему?

Соло провел соломинкой по своему носу, как будто хотел почувствовать, как она щекочет.

— Потому что Хантер — злой человек, и она явно понятия не имеет, с кем имеет дело. Если она и дальше будет так тыкать в него, то пожалеет об этом. Он не из тех, кто любит мамаш.

— Не говори так. Хантер хороший человек. Он никогда не причинил бы вреда женщине.

— Конечно, нет. Но подумай об этом, Уиллоу. Хантер больше всего на свете хочет, чтобы его отправили обратно в Северные земли. Никто не сможет винить его, если у него не получится играть на Родине. Мы все знаем, что мамаши странные люди.

— Мы не странные.

— Нет, не все из вас. — Соло указал на экран. — Эта леди-футболистка не такая, как все. Я думаю, она может быть моей любимой мамашей.

— Эй. — Я толкнула его в плечо. — А что насчет меня?

— Ты не в счет. — Соло придвинулся ближе и, когда мы оказались плечом к плечу, наклонился и поцеловал меня. — Ты такая же северянка, как и я.

— Хорошая попытка, солдат, но только потому, что я прожила здесь три года и мой отец был северянином, это не значит, что я не жительница Родины. Но, очевидно, я тебе не нравлюсь.

Я надулась.

Соло открыл рот, чтобы возразить, но затем на его лице появилась улыбка.

— Подожди минутку. Ты ревнуешь меня к ней?

— Нет. Мне просто не нравится, что ты называешь ее своей любимой, когда я рядом. Как бы тебе понравилось, что я назвала Етти своим любимым северянином?

Соло не переставал улыбаться.

— Это так мило. Мне нравится, что ты ревнуешь.

— Ответь на мой вопрос. Как бы тебе понравилось, если бы я назвала другого мужчину своим любимым северянином? Знаешь, я могла бы выбрать Лео или Етти.

— Но ты бы этого не сделала. — Соло наслаждался собой и игриво укусил меня за шею. — Етти и так слишком самоуверен после того, как Дарлин согласилась выйти за него замуж. Последнее, что мне нужно, — это чтобы ты еще больше тешила его самолюбие. — Он пощипал травинку и одарил меня еще одной улыбкой, от которой я немного растаяла. — К тому же, если хочешь знать мое мнение, тут нет никакого сравнения. Ты в своей категории.

Я скептически надула губки.

— Так и есть! — Соло громко произнес: — Уиллоу Дарлингтон, ты мой самый любимый человек на всей планете, и я люблю тебя.

— Оууу. Ты любишь меня настолько, чтобы принять предложение Бена?

Соло простонал.

— Я не актер.

— Я тоже, но разве это не звучит захватывающе, когда речь заходит о сериале о том, как все начиналось? Перл говорит, что это могло бы помочь процессу интеграции. Я действительно хочу это сделать, Соло. Мы могли бы поработать вместе и помочь создать что-то, что произвело бы впечатление на других людей.

Соло почесал бороду.

— Я не знаю, Уиллоу. Думаю, это странно, и у меня нет желания становиться знаменитостью.

— Пока у нас есть наше убежище здесь, в лесу, все будет в порядке.

— Да, возможно. Я имею в виду, что идея путешествовать и деньги, которые они предлагают, мне нравятся.

— Подумай об этом с другой стороны. Если я соглашусь на эту работу и буду играть Кристину или Лауру в сериале, им придется искать другого актера на роль мужчины, в которого я влюблюсь. Возможно, там даже будет сцена, где мне придется поцеловать его. Ты бы хотел, чтобы это был ты или кто-то другой?

Соло склонил голову набок.

— Ты сейчас ведешь нечестную игру.

— Просто подумай об этом.

— Я не буду играть Боулдера; он был более чем на десять лет старше меня, когда встретил Кристину. И я не думаю, что кто-то может сыграть Магни так, чтобы ему понравилось.

— Скорее всего, нет. Но никто не сможет сыграть это лучше тебя. Ты мог бы быть его младшим братом по внешности, и вы оба свирепые воины.

Соло выглядел задумчивым.

— Но если бы мы занимались актерской работой, я бы больше не смог членом «отряда смерти».

— Это было бы так плохо?

Он смахнул жука со своей руки.

— Есть части работы, по которым я бы точно скучал.

— Как Етти и Лео?

— Да.

— Ты все равно сможешь видеться с ними вне работы. Мы могли бы пригласить Етти и Дарлин как-нибудь погулять здесь.

Соло поцеловал меня в плечо.

— Это хорошая идея.

— Правда? — Я игриво улыбнулась. — Мы не могли бы быть голыми, если бы они