Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры - Леси Филеберт

что-то затараторила на эльфийском, и я щелкнула пальцами, призывая к себе блокнот и артефакт со встроенным переводчиком. Артефакт барахлил и переводил через слово, но смысл слов стал понятен: «Никакой ошибки, мисс! Для вас, мисс Штольценберг, оформлено питание на время всего вашего пребывания в Героссе».

Женщина отклонялась и ушла, а я задумчиво взяла со столика карточку со своим именем и номером комнаты.

— Ничего себе, это принимающая эльфийская сторона такая щедрая, что ли? — удивилась я. — Или это Рошфор решил загладить вину?

— А может, это твой Лунтьер позаботился? — хихикая, предположил Морф.

— Он не мой, — меланхолично поправила я. — И он не будет этим заниматься. Делать ему нечего, что ли, деньги так на меня тратить? У него нет на то причин.

— Ну-у-у, когда мужчина ухаживает за женщиной, он именно так и делает!

Я скептично глянула на Морфа.

— Лунтьер ухаживает только за одной особой — собственной репутацией. Так что не фантазируй. К тому же, он все еще находится под действием шоколадных конфет, потому ухаживать за мной может только в горизонтальной плоскости, что я ему никогда не позволю.

— Никогда-а-а не говори никогда-а-а, — нараспев протянул Морф с донельзя ехидным выражением.

Я предпочла сделать вид, что ничего не слышала, и уткнулась в тарелки с едой.

Главное — восстановить силы. А там... разберемся, что делать с этим внезапным геройским статусом и эльфами, которые вдруг решили кормить меня, как какую-то принцессу. И с напарником своим разберусь. Наверное...

— Мо-о-орф, — позвала я, осознав один момент. — А как я в номере оказалась? Я же на поле сознание потеряла?

— Ну да. Тебя твой хинкалик на руках донёс до номера!

Опять?! Что ж... В этот раз я хотя бы проснулась в своей одежде.

Вдоволь наевшись запеченной форелью с тирольскими травами и запивая всё это дело гранатовым соком, я привела себя в порядок и вышла на балкон, чтобы подышать вечерним воздухом.

И тут же ахнула от восхищения.

А Лунтьер был прав, вечером рождественские украшения в Героссе выглядели поистине волшебно.

Улицы, утопающие в летней зелени, были усыпаны тысячами мерцающих огней. Гирлянды из крошечных светящихся шаров висели между деревьями, перекидываясь с ветки на ветку, словно паутина из звёзд, случайно опустившаяся с небес. Вместо привычных снежинок — легкие хрустальные подвески в форме листьев и цветов, которые тихо звенели на теплом ветру, создавая мелодичный перезвон.

На каждой двери, на каждом окне висели рождественские венки из еловых веток и серебристых лоз. Они переливались под светом фонарей, будто вплетенные в них крошечные светлячки решили устроить собственный праздничный бал.

А главное — деревья. Огромные, древние, они были украшены не только гирляндами, но и живыми огнями — маленькими, похожими на светлячков, магическими огоньками, которые медленно кружили в воздухе, оставляя за собой искрящиеся следы. Казалось, будто сами духи леса вышли повеселиться, добавив в предпраздничную атмосферу дикую, озорную нотку.

И ни капли снега. Так странно... Теплый летний воздух, аромат цветущих лип и жасмина — и при этом всё вокруг дышало зимним праздником, словно сама природа решила пошутить, смешав два времени года в одном фантастическом коктейле.

Я облокотилась на перила, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

— Красиво, правда? — произнесла, делая ещё один маленький глоток сока.

— О, еще бы, — Морф вдруг странно хихикнул. — Особенно напротив.

— О чем ты?

Я недоуменно перевела взгляд на здание отеля напротив и до побелевших костяшек пальцев сжала стакан в руке.

О. Мой. Бог.

Прямо передо мной, на балконе отеля через дорогу сидел Лунтьер. Он задумчиво листал газету и медленно пил что-то из бокала с высокой ножкой. Айлинор, наверное. Тот самый, премиальный, который мне пожадничали наливать на званом обеде.

И всё бы ничего, но он сидел в одном лишь полотенце.

Он небрежно развалился в кресле, демонстрируя торс, будто позировал для календаря «Маги без рубашек: особо опасные экземпляры». Волосы растрепанные и, кажется, влажные после душа. Свет из комнаты за его спиной мягко подсвечивал рельеф мышц, и я почти физически ощутила, как мое сердце совершает кульбит где-то в районе желудка.

Это вообще законно — иметь такое шикарное тело? Где местная полиция нравов?!

Он выглядел невероятно красивым и соблазнительным, и я поймала себя на том, что невольно приоткрыла рот.

Осознав это, тут же закрыла его и шумно втянула носом воздух.

— А... Почему он остановился тут? — выдавила я, чувствуя, как мой голос внезапно стал на две октавы выше обычного. — А не в какой-нибудь пафосной резиденции генерала Каллоса или еще кого в этом духе?

— Может, решил быть поближе к тебе, чтобы понаблюдать, не будут ли виться вокруг подозрительные личности? — предположил Морф.

Или, что более вероятно, просто решил устроить мне личный стресс-тест на прочность нервной системы, м-да...

В этот момент Лунтьер словно почувствовал, что на него кто-то смотрит: он поднял голову, поймал мой взгляд, сладко улыбнулся и отсалютовал бокалом с айлинором.

Я почувствовала, как к моим щекам прилил жар. Я сама стояла на балконе в одном халатике, в который успела облачиться после ужина. Под халатиком у меня было только нижнее белье, и под жгучим взглядом Лунтьера я почувствовала себя голой.

— Что он вообще тут делает? — продолжала возмущаться я.

Вот надо же ему было сидеть на балконе ровно в тот момент, когда я захотела подышать свежим воздухом!

— Наслаждается видом. И судя по всему, не только городским, — ехидно произнес Морф, явно тоже заметив, с какой алчностью Лунтьер прошелся взглядом по изгибам моего тела. — Впрочем, он любуется тобой, как и ты — им, — хихикнул фамильяр тише.

— Я не любуюсь им!!

— Н-да?

— Да!!! Он специально поселился напротив? Чтобы меня позлить?! — зашипела я.

— Видимо, он предпочитает, чтобы его жертвы знали, что за ними наблюдают.

— Я не его жертва!!!

Морф глубокомысленно покивал, тихонько давясь смехом.

Лунтьер как раз в это время поднялся из-за стола. Неспешно. Грациозно. Он неторопливо складывал газету, давая мне вволю полюбоваться мышцами на его спине и руках. А потом направился в гостиную, и полотенце уверенно поползло вниз с его бёдер...

Я резко отвернулась и залпом допила сок под аккомпанемент хихиканья Морфа и своего гулко стучащего сердце.

— Всё, я ухожу, Прямо сейчас. Пока не увидела чего-то, что нельзя будет забыть.

Морф всё хихикал: