Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

Я хочу, чтобы это продолжалось вечность, но страсть Эльмара и его опыт берут свое. Я не могу сдержаться, остановиться, дождаться Вальгерда, рвущегося за мной в этом полете. Нега и истома накатывают горячими волнами, поднимая меня на своем гребне все выше и выше, пока не обрушивают под свою толщу, накрывая с головой, заставляя забыться.

Я не смогла бы дышать, если бы не Эльмар, толкающий меня в высь. И я взлетаю наверх, разрывая гладь воды, и взмываю в небо, где растворяюсь, становясь лишь маленькими искорками в бесконечном океане наслаждения.

Краем затухающего сознания я чувствую, как Эльмар, стиснув меня в объятьях, замирает с хриплым сдавленным стоном и перекатывается на спину, укладывая себе на грудь.

— Ты все-таки вернул себе свою силу? — заплетающимся языком спрашиваю я.

— Это ты мне ее вернула. Ты мне вернула меня самого, подарила смысл жизни. Ты сама моя жизнь, — поцеловав в макушку, произносит он. — Ты же выйдешь за меня замуж?

— Да, — не задумываясь, отвечаю я и тут же уплываю в негу сна.

А вот осознание того, что он спросил и что я ответила, приходит только утром. Но ни опомниться, ни обдумать хорошенько, мне, конечно же, времени никто не дает. И хорошо.

Эльмар настаивает на том, чтобы мы сильно не откладывали и провели небольшую тихую церемонию в его поместье, где из гостей будут только “свои”. Я не спорю, потому что король уже намекал на то, что не будет откладывать в долгий ящик первое мое задание, поэтому у нас может быть на самом деле очень мало времени.

Король, кстати, решает, что еще мало вмешался в наши с Эльмаром отношения, поэтому выделяет распорядителя свадьбы и снова присылает госпожу Перье, которая хлопочет по поводу нарядов. С ними же он передает распоряжение на временный отпуск для меня, не забыв напомнить, что с нетерпением ждет возвращения “госпожи Вальгерд” на службу.

Его дознаватели, а еще несколько моих коллег активно работают сейчас с тем, что осталось от “горной империи” герцога Вайоленса. Он умудрился очень глубоко проникнуть во все слои власти. Но сделал это так ювелирно, ловя на темных пятнах в их истории, что все молчали. Абсолютно все.

Теперь же на поверхность начали всплывать такие факты, что порой волосы на голове шевелились. И ведь это длилось почти десяток лет.

Я вижу, что Вальгерд при упоминании этого дела каждый раз мрачнеет, считая, это его недоработкой. Хотя по большей части, он-то как раз и нашел первую зацепку два года назад, когда мы с ним встретились при очень неприятных обстоятельствах.

В общем, работы там еще много, особенно потому что сам Вайоленс не идет на сотрудничество и не спешит ничего рассказывать. Впрочем, его уже приговорили к ментальному допросу, а после этого, учитывая, что своей магии у герцога уже давно нет, от его разума останутся крохи.

Поэтому я даже не знаю, что для него лучше — казнь или доживание оставшихся лет в состоянии овоща.

Джуна отказалась встречаться со мной, передала мне записку с извинениями и поздравлениями. А еще — дневник мачехи. Оказалось все запутаннее, чем мне виделось изначально.

Отцом Джуны оказался тот самый дракон, истинной которого была моя мама. Но он отказался признавать дочь и уж тем более не пылал любовью к Драббе. Но это был позор.

И тогда да, она пришла к Вайоленсу с намерением жестоко отомстить моей матери. Изощренно. Хотя, честно говоря, мне никогда не понять, чем же она виновата. И я. И отец…

Утром перед свадьбой на моем окне появился долгожданный гость. Ори я не видела с того дня, когда Его Величество назначил меня ищейкой. Мой фамильяр, оправившись от ранений, улетел, сказав, что он всегда рядом и ни за что меня не оставит.

Я это чувствовала, но мне и не требовалось постоянное присутствие его рядом, хотя мы стали намного ближе, чем были до всех этих странных событий.

“Ты совсем выросла, Алисия”, — рассматривая меня из-под сурово сдвинутых бровей, говорит Ори.

— Или это ты привык меня воспринимать ребенком? — поддеваю я его.

“Мне нравится этот дракон, — внезапно говорит фамильяр. — Он сильный и светлый. Просто никто этого не видел раньше”.

Я видела. А если и не видела, то всегда чувствовала, хоть разум и заставлял меня бояться его.

“Ты красивая. И сильная”, — с этими словами Ори отворачивается и взлетает с подоконника в открытое небо. Мне показалось, или он расчувствовался?

— Вам еще передали вот это, — госпожа Перье, отходившая, чтобы забрать у посыльного какое-то украшение для моей прически, передает мне письмо.

Точнее, два письма в одном: Эмма и Элла писали его так же, как часто говорили — одно на двоих. Два разных почерка, переплетенных в убористых строчках, и забавные рожицы на полях.

Они писали, что всегда верили, что я очень способная и что Вальгерд не дурак, меня упускать. И вообще, значит, правду болтали, что он за невестой пришел в академию.

Ректор Ферст уже вернулся из отпуска, так что скоро все будет в академии по-старому. Кстати, Фрейд тоже прислал поздравление и извинился, что не может присутствовать на свадьбе: его отправили куда-то далеко. А жаль, я хотела ему лично сказать спасибо, ведь если бы не его сфера, неизвестно, сколько времени потребовалось бы Вальгерду, чтобы найти меня.

— Эй, когтистая, ты все, что ли? — в дверь просовывается голова Хорла. — Я устал ждать.

— Как неприлично, молодой человек! — возмущается госпожа Перье. — А если бы Алисия была тут без одежды?

— Тогда бы я возмущался еще больше! Опаздывать на свою свадьбу — вот что неприлично!

Я искренне смеюсь, а Перье заканчивает прическу красивой заколкой с бриллиантами и крупными изумрудами, идеально подходящей к моему платью. Я решила, что хочу его изумрудного цвета, такого же, как мне дарил Вальгерд для похода в кабаре.

Оно прекрасно подходит к тихой церемонии в фамильной часовне Вальгердов даже с учетом того, что Таракс Пятый уже занял свое место в рядах немногочисленных гостей.

Хорл сопровождает меня вниз, к высоким двустворчатым дверям часовни, за которыми меня ждет мой мужчина. Тот, ради которого я прошла через самое темное дно. Тот, кто ради меня добился невозможного.

 — Ну что, когтистая, — Никос намеренно вспоминает прозвище, которое дал мне в самом начале знакомства. — Встретимся на службе? Я теперь тоже не согласен на