Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

— У тебя еще есть год на раздумья, — с улыбкой отвечаю я.

— А вот у тебя уже нет времени думать, — смеется в ответ он. — Удачи и счастья, Алисия.

Он открывает двери, и передо мной предстает потрясающе красивый зал, украшенный живыми цветами — и это зимой! Потолок высокий, но само помещение не очень большое. По обеим сторонам от прохода стоят приглашенные близкие люди: я позвала всю нашу пятерку, а Эльмар магистра Курт и профессора Ругро. Ну и, конечно, у дверей меня встречает Его Величество, который берет меня под руку и ведет по короткому проходу к тому, кого так больше всего на свете хочется видеть.

Вальгерд не сводит с меня горящего взгляда. Вижу, что ему нравится и платье, и прическа, но я всем телом ощущаю, что снять это все с меня будет для него гораздо более привлекательной идеей. Щеки мгновенно вспыхивают от воспоминаний, что было прошлой ночью…

— Спасибо, что позволили быть частью вашей истории, — говорит Его Величество, передавая меня Эльмару. — О ней однажды напишут в книгах.

Вальгерд склоняет уважительно голову, а его теплая ладонь, без перчаток и шрамов, обхватывают мою. Его настоящая сила, прорвавшись сквозь толщу всех барьеров, не только уравновесила ту темную магию, к которой привык Эльмар, но и потихоньку исцеляла тело.

Я верю, что однажды и его душа полностью исцелится. А я приложу к этому все усилия.

Мы приносим клятвы на обелисках, священник объявляет нас мужем и женой, Вальгерд притягивает меня к себе и упоенно целует. В мою ладонь ложится что-то тяжелое, смутно знакомое, но что это я понимаю только тогда, когда опускаю взгляд.

Это часы! Те часы, которые мне пришлось отдать! Он… помнил о них и смог вернуть! Тут уже я не выдерживаю и кидаюсь к нему на шею, целуя с еще большим напором.

Все присутствующие радостно аплодируют, под сводами часовни слышен клекот Ори.

Но я чувствую, как наши с Вальгердом сердца поют унисон. Что мы вместе. Мы рядом. Мы любим. И мы постараемся сохранить то, что далось нам с таким трудом, навсегда.

Эпилог

Вальгерд сжимает мою руку под столом, как будто я впервые отчитываюсь о результатах работы. Я глажу большим пальцем тыльную сторону его руки и тепло улыбаюсь.

На самом деле мы с ним уже договорились, что на какое-то, возможно, довольно продолжительное время, это будет моим последним делом. И понятно, что он очень переживал, когда мне пришлось задержаться, чтобы собрать чуть больше информации.

— Что ты можешь сказать о девочке? — кинув взгляд на мрачного Ругро, Ферст снова сосредотачивает внимание на документах, что я положила перед ним.

— А что о ней скажешь? Я ее… понимаю. Сложно быть не такой, как все. Сложно, когда все вокруг враги. Сложно, когда некому тебя любить, — отвечаю я и поворачиваюсь к Вальгерду.

Все то, что было до него, сейчас кажется далеким кошмарным сном. Мы научились чувствовать себя любимыми вместе. И теперь нам предстоит научить этому кое-кого другого.

— То есть никаких пагубных… наклонностей? — уточняет ректор со свойственной ему деликатностью.

— Нет. Она, я бы даже сказала, чище душой, чем некоторые студенты из семей аристократов, — честно признаю я.

Ругро скептически хмыкает и отворачивается к окну. Зато Курт, до этого почти неподвижно сидевшая в стороне на диванчике, довольно кивает.

— Те, кому приходится терпеть несправедливость, знают о ней гораздо больше, — говорит она. — А что с ее силой?

Вот тут я ненадолго замолкаю. Потому что там все очень сложно.

— Очень высокий магический потенциал, — отвечаю, наконец я. — Но классифицировать магию я не смогла.

— Нестабильная? — спрашивает Ферст с надеждой.

Качаю головой. Конечно, он знает, что нет. Потому что первые данные я передала ему еще две недели назад. И уже тогда стало понятно, что легко не будет.

— Другая. Просто другая. Возможно, не с одним даром. Но контролировать не может.

— Неужели нельзя было узнать подробнее? — слишком резко спрашивает Ругро.

Вальгерд напрягается, глядя на своего старого друга, но я накрываю его руку своей, показывая, что все в порядке.

— Если кто-то входил в их дом, он уже не выходил оттуда, Мортен. Впрочем, все в отчете, сам посмотри, — пожимаю плечами.

— Посмотрю. Потом, — он гневно сверкает глазами и выходит из кабинета.

За прошедшие три года Ругро стал самым настоящим другом нашей семьи. Может, даже отчасти семьей, поскольку из его родных никого не осталось, так же как и у Курт, которая заглядывала, особенно последнее время даже чаще.

Когда Эльмар был свободен от своих обязанностей, в том числе одного из советников короля, а у меня была передышка между заданиями, мы все вчетвером собирались у нас в особняке и могли говорить часами. Обо всем и ни о чем.

Я поднимаюсь из кресла, давая понять, что нового мне рассказать нечего. Ферст понимающе кивает, и мы с Вальгердом и Курт тоже покидаем кабинет ректора, пересекаясь в дверях с истерического вида женщиной и девушкой лет двадцати. Тихой, сдержанной, но с блеском стального характера в глазах.

Но это уже не мое дело и не моя история.

— Ну что, на положенный отдых? — с теплой улыбкой спрашивает Курт, когда мы выходим к воротам академии.

Вальгерд обнимает меня со спины и словно невзначай кладет руки мне на живот. Как только Эльмар узнал о моей беременности, он делает это каждый раз, когда появляется повод. Кажется, до сих пор не может поверить, что у нас будет ребенок. А уж как ликовал его дракон!

Я так тогда хотела сделать ему сюрприз, но меня сдал Ори. До сих пор на него за это дуюсь.

Поднимаю голову к небу, зная, что этот несносный фамильяр летает где-то рядом, но почти всегда так, чтобы не быть на виду. Он давно мне говорит, что магию все сложнее контролировать. Поэтому на отдых ли я?

— Да, — отвечаю целительнице на ее вопрос и прижимаюсь к Эльмару спиной. — Там сейчас есть кому заняться делами. Один Хорл чего стоит!

— Это точно, — посмеивается Курт. — Думаю, что Его Величество ни разу не пожалел о своем решении.

Она обнимает нас с Эльмаром по очереди и уходит в лазарет. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть в глаза моего мужа, и