Наследство с проблемами, или Дракон в моей оранжерее - Алена Шашкова

— А вы уверены, что у меня есть интуиция? — спрашивает скупщик.

— Если бы у вас ее не было, вы бы отреагировали иначе на прикосновение темного эфира, — возражает де Вольф. — Это не самое приятное ощущение.

Он надевает перчатку, сжимает кулак, а когда распрямляет его, на ладони оказывается игральная кость. Варрик вздыхает и садится к нам с видом, как будто мы только что самолично захлопнули капкан на его ноге.

— Неара Торн, — произносит он, задержав взгляд на моем капюшоне. — Сочувствую вашей утрате. Графиня Торн была очень великодушна.

«И очень удобно не умела торговаться», — дополняю мысленно я. Киваю, принимая соболезнования, и молчу, чтобы не сказать в ответ что-то язвительное. Марта рядом со мной напрягается, но я не даю ей вмешаться.

— Чем простой гражданин Гримспорта может быть полезен двум уважаемым арканам и одной юной графине? — с наигранно-милой улыбкой спрашивает Варрик.

— Простой гражданин? — поднимает бровь Кайан. — Скупщик? Ноар Варрик, я могу выяснить, кто вас прикрывает из управы, я знаю, с кем вы работаете и как ведете дела. И то, что вы не любите быть должником, я тоже в курсе.

Улыбка Варрика почти не меняется, но взгляд становится осторожнее.

— Вы предлагаете мне испугаться?

— Я предлагаю вам сотрудничество, выгодное для обеих сторон, — отвечает шадхар.

Кайан берет тот самый кубик и крутит его в пальцах. Одна грань чуть подпилена. Шадхар намеренно поворачивает его к Варрику именно этой гранью, намекая, чем именно сотрудничество может быть выгодно скупщику.

— Нас интересуют ваши наблюдения в «Хромом крабе», — говорит шадхар. — Особенно те, где в таверне появлялись странные люди.

Варрик вздыхает с видом человека, которого вынуждают объяснять очевидное не самым сообразительным детям.

— В портовом городе все через один странные, — пожимает плечами скупщик.

— Это не ответ, ноар Варрик, — жестко говорит Кайан. — Мне не очень хочется объяснять очевидные вещи.

Варрик откидывается на спинку стула и впервые позволяет себе посмотреть прямо на него.

— Мне дорога моя жизнь, ноар Рад’Исент, — говорит он. — Те, кто за этим стоит слишком высоко ценят тайны.

— И низко чьи-то жизни, — кивает шадхар. — Даже если это относится ко всему городу целиком.

Эта фраза падает с силой каменного валуна. Варрик бледнеет, хотя я уверена, что лишь отчасти понимает весь масштаб угрозы. Напряжены все до единого за столом.

У стойки вдруг звякает разбитая посуда. Мужчины сосредоточены на разговоре, но я оборачиваюсь.

Та самая девочка стоит возле прохода с пустым подносом в руках, а у ее ног блестят осколки глиняной кружки. На полу расползается темное пятно взвара. Девочка побелела сильнее, чем раньше, и прижимает одну руку к груди, сжимая дрожащими пальцами ткань платья.

Мальчишка, работавший у очага, быстро приседает рядом с осколками. Он ей что-то говорит и кивает на боковую дверь. Девочка хочет ответить, но вместо слов у нее выходит короткий сорванный вдох. Она кивает, отдает ему поднос и, почти не поднимая глаз, проскальзывает к боковой двери.

Обернувшись, я заметила, что взгляд Варрика на мгновение скользнул к девочке, а его пальцы сжались в кулак. Но он тут же сделал вид, что ничего не видел, и это его не волнует.

— Мы можем поговорить тут, — произносит Рейнар. — А можем — после официального вызова. Но ведь есть вероятность, что вы до него вообще не доживете?

Варрик проводит языком по губам. Кайан не отводит от него взгляд. Я медленно отодвигаю миску, будто мне стало неудобно сидеть, и поднимаюсь.

Марта замечает первой. Ее пальцы ложатся мне на запястье, но я едва заметно качаю головой.

— Неара Торн, — Кайан резко поворачивается ко мне.

— Сейчас вернусь, — твердо говорю я.

В его взгляде мелькает нечто, что подсказывает, что потом мне хорошо объяснят, почему я неправа. Но оставить девочку без помощи? Это не про меня история.

Мелькает мысль, что это может быть очередной ловушкой, но… Если это не ловушка, то в этот момент я упускаю очень важные мгновения, которые могут стоить девочке жизни.

Я поправляю капюшон, обхожу перегородку и выскальзываю к боковому выходу как можно тише. Больше догадываюсь, чем слышу, что Марта идет за мной. Не оглядываюсь — пусть решают свои проблемы. Я хочу оставаться человеком.

Глава 45

Боковая дверь выходит на задний двор. В нос сразу ударяет вонь от протухшей рыбы и овощей. Я даже не могу сдержаться и прикрываю нос и рот тыльной стороной ладони.

Девчонка цепляется руками за столбик, поддерживающий крышу над крыльцом, но уже медленно сползает. Я подбегаю к ней, хватаю ее под мышки и усаживаю на ступеньки. Нащупываю пульс на тонком бледном запястье — частый, отрывистый. Плохо.

Она судорожно пытается вдохнуть, кожа вокруг губ уже начинает синеть. Но самое главное — она не может выдохнуть, и это самая большая наша проблема сейчас. Нужно снять спазм.

— Смотри на меня, — жестко произношу я, обхватывая лицо девочки ладонями. — Сейчас ты будешь дуть.

Она честно пытается сфокусировать на мне взгляд, полный паники. Я вытаскиваю из кармана платок и поднимаю к ее лицу.

— Мне надо, чтобы он двигался, — говорю я. — Сделай это. Я буду считать, а ты дуй. Поняла меня?

Она скорее вздрагивает, чем кивает, но мне этого достаточно.

— Один, — я начинаю считать, девочка пытается выдохнуть, вцепляется пальцами в мои руки и снова делает короткий поверхностный вдох. — Два. Давай, ты можешь. Только выдох. Только выдох. Три.

Платок едва заметно дрожит от слабого толчка воздуха.

— Вот так, — выдыхаю я сама, как будто от этого зависит моя собственная жизнь. — Еще выдох. Четыре.

Девочка мотает головой, из горла вырывается тихий сип. Глаза у