Свидание со смертью - Келли Крэй

Я должен был догадаться, что это его рук дело…

— Полагаю, в представлениях мы не нуждаемся, — произнес Седрик, кивая на Сэра Черного и мрачно поглядывая на меня. Его холодные синие глаза сулили расплату, даже несмотря на любезную улыбку.

— Что ты сделал с Йоханном? — спросил я. Не то чтобы я сейчас мог хоть чем-то помочь старику — или кому-либо еще.

— Отправил на поиски несуществующего водоплавающего, — ответил Седрик. — Флору тоже. Ничего личного, я против них ничего не имею.

Мне хотелось бы ему верить.

— Какого черта ты вообще выбрался из этого ящика? — прорычал я. Не говоря уже о флорином фонаре.

— Леди Красная пришла меня искать, — отозвался он. — Сама того не зная, мы с ней уже некоторое время… в близких отношениях. Полагаю, я должен поблагодарить тебя за то, что ты нас познакомил.

Подождите. Неужели он намекал на то, о чем я подумал? Что я не единственный, у кого есть секретная девушка?

Он встречается с одной из Немногих?

Еб твою мать. Значит ли это, что они нефелимы?

И разве не это я получал за то, что швырял его в Бассейны каждый раз, когда он умудрялся сдохнуть, а я случайно натыкался на него в глуши?

В отличие от меня, Седрик не давал никаких священных клятв, запрещающих подобные союзы.

По крайней мере, пока.

Хотя, с другой стороны, моя клятва включала в себя запрет на шашни со смертными. Мелкий шрифт? Ну, там не было ни слова о том, что нельзя закрутить роман с кем-то из Немногих.

Внезапно книга о Мрачном Жнеце на полке в библиотеке и записка, которую нашла Хелена, обрели гораздо больше смысла…

Как и второй Обреченный — мистер Блуфорд.

Или, вернее, Сэр Блу10.

Неужели… неужели избавиться от меня со временем стало делом внутренних интриг?

Сколько из Немногих Седрик настроил против меня?

Судя по всему, достаточно, чтобы маг получил то, чего так страстно желал.

— Не думаю, что тебе нужно напоминать, — бросил я, — что ты не сможешь получить эту должность, если я сам ее тебе не передам.

— Но я могу претендовать на нее, если тебя признают не исполняющим свои обязанности, — с ленивым вздохом парировал Седрик — так, будто устал мыслить на шаг впереди меня. — Что вскоре и случится. Учитывая, что ты сейчас исчезнешь… ну, скажем так, надолго.

Прошла секунда, в течение которой моя душа скукожилась, завяла внутри меня и провалилась в пустую утробу.

Седрик загнал меня в мат. Этого нельзя было отрицать.

Хотя я и не рассчитывал, что мое уединение в Элизиуме с Хеленой продлится долго, я никак не предполагал, что оно оборвется с таким громким скрежетом так быстро.

— Очевидно, — сказал я, переводя взгляд с Седрика на Сэра Черного и обратно, — я в любом случае покидаю Священные Чертоги. Но поклянись перед Немногими оставить Хелену в покое, позволить ей жить, даровать ей положенную жизнь, и я пойду на сделку. Я отдам косу — и всё остальное — тебе по собственной воле.

Седрик коротко, презрительно усмехнулся. Затем он склонил голову набок, и на его лице промелькнуло выражение мрачного изумления, прежде чем черты снова застыли в маске затаенной ярости.

— Во-первых, — произнес он, — думаю, ты и сам понимаешь, что мы давно перешагнули ту черту, за которой возможны любые переговоры. Во-вторых, поскольку у меня на эту жизнь были свои виды с самого начала — то, что ты угадал абсолютно верно, — я могу пообещать тебе лишь одно. В отличие от тебя, когда дело касается Хелены, я буду выполнять свою работу.

Крепко сжав косу обеими руками, я шагнул к нему, прекрасно понимая, что не подойду достаточно близко, чтобы снести ему башку, и зная, что даже если бы подошел, это ничего бы не изменило.

И все же, если мне суждено пасть, я сделаю это в бою.

Каждый, мать твою, раз.

Седрик даже не попытался увернуться. Ему и не нужно было — вперед шагнул Сэр Блэк.

Мне было уже плевать, и я нанес удар, но ангел, демон — кем бы он ни был — перехватил косу и вырвал ее из моих рук с такой легкостью, будто ребенок отобрал игрушку у малыша.

Едва оружие рассыпалось дымом и исчезло, другая его металлическая, черно-когтистая рука взметнулась в воздух и мертвой хваткой вцепилась мне в горло.

Пойманный в эту хватку — куда более неумолимую, чем моя собственная, — я принялся отдирать его кулак обеими костлявыми руками, пока он волок меня к своему Бассейну — входу в мой личный ад.

Хелена. Она снова будет ждать меня, а я опять не приду.

Подумает ли она — хоть на мгновение — что я солгал ей насчет своей любви?

Почему эта мысль казалась мне самой жуткой частью всего происходящего?

Сэр Блэк поволок меня к Черному Бассейну, который, стоило нам только приблизиться, выпустил наружу щупальца эбеновой жижи — маслянистые плети, тоже хлестнувшие меня по горлу. Они обвились вокруг моих запястий, ребер и позвоночника, который хрустнул, когда мучитель согнул меня назад над голодной чашей.

Хелена, прости меня.

Хелена, я люблю тебя.

— Прощай, Жнец, — произнес Седрик, даже когда я все еще продолжал отчаянно рваться на свободу. — Можешь не верить, но я буду скучать. Хотя приятно видеть, что ты наконец-то направляешься туда, где тебя действительно ждут.

Я сопротивлялся Сэру Блэку, даже когда он навалился на меня всем весом, вталкивая в Черный Бассейн, который выпустил новые щупальца — все они цеплялись за кости, опутывая их со страшной силой.

Вместе они пытались расшатать и растворить меня, превращая в бестелесный дух, и я боролся с этим каждой унцей оставшейся у меня воли.

Этой воли хватило лишь на то, чтобы показать Седрику один костлявый средний палец.

А потом, в одно мгновение, Омут забрал меня — и коса смерти наконец-то повернулась против самого жнеца.



45 ХЕЛЕНА

Я надела платье цвета шампанского с поясом и рукавами-тюльпанами, но Смерть так и не приехал за мной, чтобы отвезти на свидание.

Сначала я ждала его на диване вместе с Мауи, ожидания, что он материализуется где-нибудь поблизости. В двадцать минут девятого я подошла к окну и выглянула на парковку, надеясь увидеть, не ждет ли