Останься со мной - Брук Монтгомери

Трипп наклоняется и целует меня в висок, а потом идёт помогать брату.

На тридцать восьмой неделе беременности я даже собственные ноги не вижу, так что толку от меня мало. Да и Трипп всё равно не дал бы мне ничего носить. Он ухаживает за мной так, будто я на смертном одре, но меня это устраивает. Ему нравится заботиться обо мне, а мне нравится делать его счастливым.

— Не верится, что тебе осталось всего пару недель, — говорит Ноа, садясь за барную стойку. — Я сама чувствую, что готова лопнуть прямо сейчас.

— Физически я хочу, чтобы она уже вышла и я могла нормально вдохнуть, не боясь сломать ребро, но морально мне до сих пор страшно, — признаюсь я, устраиваясь рядом и поднимая отёкшие ноги на стул.

— Почему?

— Боюсь, что не справлюсь, понимаешь? Не буду хорошей матерью. У меня ведь с собственной мамой отношения так себе… Откуда мне знать, как правильно?

Ноа сжимает мою ладонь и смотрит с сочувствием.

— Ты научишься в процессе. Так же, как и мы все. Но самое главное — ты не одна. Трипп перечитал все книги о детях, скачал десяток приложений и даже прошёл онлайн-курс по кормлению и смене подгузников. Ты в надёжных руках.

Я смеюсь, потому что в её устах это звучит ещё более безумно.

— И у тебя есть я, мои родители, Лэнден. Даже мисс Бун хочет помогать по максимуму. У тебя огромная поддержка, и ты можешь опираться на любого из нас.

Я обнимаю её и стараюсь не разрыдаться.

— Мне тоже страшно, — признаётся Ноа. — Фишер не думал, что у него когда-нибудь ещё будут дети после смерти Лайлы, и теперь боится, что уронит ребёнка. Ну, травма и всё такое. Но вместе мы справимся, будем командой. Так же, как ты с Триппом.

— Мне правда повезло с ним. Если бы не он, я бы не справилась. Кстати, у меня для него сюрприз…

Я тянусь к стопке бумаг и достаю картину, заказанную у местной художницы. На ней спящий младенец в белом боди с надписью: «Будешь моим папой?» А под ним — «Уиллоу Джейд Холлис».

Сначала я хотела дать дочке свою фамилию, но теперь хочу, чтобы она носила фамилию мужчины, который никогда меня не оставил. Который вытатуировал её на своей груди. Который любит её без условий, даже до её рождения. Я знаю, что мы поженимся, и я тоже стану Холлис, но сейчас хочу, чтобы он понял, как сильно мы его ценим.

— Боже мой, Мэгс! Он будет в восторге! Какой милый поступок. Если он не расплачется, я сама ему устрою, — смеётся Ноа, и я вместе с ней.

Мы обе стали слишком эмоциональными на третьем триместре, а Трипп всегда держится. Я знаю, что это его защитный механизм после смерти Билли, но он никогда не заставляет меня чувствовать себя глупо. Хоть это радостные слёзы, хоть грустные — он просто стирает их поцелуем.

— Осталось только вставить в рамку и придумать, как вручить, — говорю я.

— Поставь в детской и посмотри, сколько времени пройдёт, прежде чем он заметит, — предлагает Ноа.

Я смеюсь.

— Я думала о чём-то более романтичном. В прошлый раз, когда я пыталась устроить сюрприз, он всё испортил, вернувшись слишком рано.

— Санни, иди сюда, посмотри, — зовёт Трипп из детской.

Я осторожно слезаю со стула, и Ноа, переваливаясь, идёт за мной. В комнате вся мебель уже на месте, и я сияю от удовольствия. Да, ещё нужно украсить и разобрать горы вещей с бэби-шауэр, но я уже люблю эту комнату.

— Ну как? — спрашивает он.

Я обнимаю его за талию и кладу голову на грудь.

— Идеально.

Он проводит ладонью по моему животу.

— Скоро она будет здесь.

Я поднимаю голову и тянусь к его губам.

— Может, она придёт раньше, если ты займёшься со мной сексом и запустишь роды.

— Господи. Может, вы хотя бы подождёте, пока мы уйдём? — ворчит Лэнден, прикрывая глаза.

— А чего ты стесняешься? Думала, тебе нравится наблюдать… — поддеваю я.

Его рука тут же опускается, и он злобно смотрит на Триппа. Тот поднимает руки, изображая капитуляцию.

— Я молчу.

— Я залезла в его телефон и прочитала ваши сообщения, — признаюсь я без капли стыда.

Брови Лэндена хмурятся, руки скрещены на груди.

— И что? Мне было скучно, а Триппу всё равно, — я пожимаю плечами.

— Отлично. Теперь я больше не смогу слать тебе свои фото.

— О нет, какая трагедия, — мрачно комментирует Трипп. — Но вообще-то можешь прекращать в принципе. Мне не нужны твои восемь вариантов под разным светом.

— Их было два, пошёл ты.

— Стоп, минуточку… — вмешивается Ноа, уставившись на нас. — Вы что, пересылаете друг другу фото члена?

Оба — и Лэнден, и Трипп — только пожимают плечами.

— Зачем? — поражённо спрашивает она.

— У меня был вопрос по стрижке. Не все любят быть наголо, но я не знал, насколько коротко подстричь.

Ноа морщится, а я едва не падаю от смеха.

— По-моему, третье фото было самое удачное, — замечаю я. — Аккуратно подстрижено, не отвлекает от основного. И девушке не будет натирать, если она гладкая.

— Вот видишь? Надо было сразу у Магнолии спросить, — подытоживает Трипп.

— А я-то думал, ты убьёшь меня за то, что я ей такие фотки шлю. Не знал, что так можно.

Улыбка Триппа тут же исчезает, и он зло щурится.

— Нельзя. Никогда.

Лэнден закатывает глаза, а Ноа выглядит так, будто пересматривает несколько решений своей жизни.

— Подождите. Так за кем же Лэнден подглядывает? — спрашивает она.

Лэнден качает головой, а я прыскаю.

— Он любит вуайеризм. Смотреть, как другие трахаются, — объясняю я.

Ноа морщит нос.

— Это же просто порно.

— В реале, дорогая. Или на кам-сайте, — поправляю я.

У Ноа отвисает челюсть, и она уставилась на брата.

— Обязательно было сдавать меня перед моей сестрой? — вздыхает Лэнден. — Одного твоего знания мало?

— А где ты… смотришь? — интересуется Ноа, приподняв бровь. Уголки её губ дёргаются, будто она сдерживает смех.

— Я не собираюсь обсуждать это с тобой, — качает он головой и уходит.

— Почему нет? С Триппом ты можешь, а со мной нет? — возмущается Ноа.

— Именно, — отвечает он уже из коридора.

— Ну и веселье, — складывает руки Ноа. — Только вы с ним делитесь слишком многим, — обращается она к Триппу.

— А вы с Магнолией нет?

— Мы не родственники! — оправдывается она. — Попросить подругу помочь побрить меня — не странно.

Трипп моргает, потом переводит взгляд на меня.

— Что?

Я пожимаю плечами.

— Она помогла мне, так что я ей тоже.

— Да-да, не