Между жизнью и смертью - Жаклин Кот

глубже в объятия этой слишком роскошной кровати. Выглядывая поверх мягкого, как шелк, меха, я в шестнадцатый раз за сегодня обвожу взглядом лозу, вырезанную на столбике у изголовья.

Ладно, я соврала.

Не всё здесь серое — этот столбик вполне можно отнести к кремовым оттенкам. Он сделан из белого палисандра27? Думаю, я бы смогла это определить, если бы встала и дотронулся до него.

Но в этом и проблема. Для этого нужно вставать.

Арочная деревянная дверь, окованная железом, распахивается, и из нее выходит последний человек, которого хотела бы видеть. Насыщенный красный цвет его камзола режет глаз.

Отворачиваюсь и натягиваю шкуру на голову. Мне больше нравилось, когда мир оставался серым.

Он подходит к моей кровати, берет что-то с нетронутого подноса с едой и бросает обратно. Кажется, это звук металла о тарелку. Вероятно, ложка — единственный столовый прибор, который разрешен в моей комнате.

— Вижу, ты по-прежнему отказываешься есть. Ты не можешь умереть от голода, богиня, но ты ослабнешь, — произносит Аркин, и меховое одеяло ничуть не приглушает его голос.

Ничего не отвечаю. Оказалось, что это самая безотказная тактика. За прошедшие дни — сколько бы их там ни было — мы разыгрывали эту короткую сценку приветствия десятки раз. Он входит, говорит что-нибудь о том, что мне нужно встать, поесть или принять ванну, я молчу, и он уходит. И так по кругу.

Поэтому сворачиваюсь комочком, словно маленькая постельная блоха, в которую я и превратилась, и жду его ухода — момента, который можно было бы подтвердить звуками захлопывающейся двери и глухими шагами по коридору.

— Аурелия, нам нужно поговорить, — мягко произносит Аркин.

Хмурюсь в темноте под шкурой. Проклятье, хочу услышать глухие шаги.

— Мы должны выяснить, почему Бесконечный Туман не принимает тебя.

Ах да, Бесконечный Туман.

После смерти Вона Аркин повел меня в лес, прямо к Бесконечному Туману. Не то чтобы я шла добровольно, однако, когда он потребовал, прикоснулась к нему сама, надеясь, что туман унесет меня подальше от него. Вот только ничего не произошло. Голоса снова спросили, кто я такая, на что ответила: «Богиня Жизни». А затем голоса заявили, что мне нужно зайти в другой раз — как будто я заявилась в лавку за минуту до ее закрытия.

Аркин был крайне недоволен тем, что наше путешествие в Бесконечный Туман не увенчалось успехом, и пробормотал себе под нос, что мы попробуем позже. Это его «мы» уже просто смехотворно — всё равно, что мужик, который перебивает свою партнершу, которая рассказывает о родах, и ведет себя так, будто это он сам выдавил младенца из своего хера.

После этого Аркин разрешил зайти в хижину, чтобы собрать кое-какие вещи. Предложение показалось странным, словно он пытался загладить свою вину за всё, что произошло в тот день. Еще одна смехотворная мысль. Под его пристальным взглядом я собрала немного вещей, но он не заметил лист бумаги, которую я нашла, поднявшись на чердак. Там, на моей постели, лежало письмо от Эзры — ее почерк всегда был на удивление разборчивым для слепой. В письме говорилось, что она уедет на некоторое время, что возвращается в место, которое наполняет ее надеждой. Я знаю, что это значит — она отправилась в Проклятые Земли. Крошечная часть меня почувствовала облегчение, по крайней мере, она будет в безопасности.

Аркин громко вздыхает.

— О, ради Создателя, это уже переходит все границы. Ты оплакиваешь смерть бога, который не раз пытался тебя убить.

Великие боги, какой же он сегодня настойчивый.

Ничего не отвечаю. Еще немного, и он уйдет.

Кровать со стоном прогибается, когда он садится на край.

А вот это что-то новенькое. И мне это совсем не нравится.

— Послушай, я понимаю, что на тебя слишком много свалилось. Ты сейчас на самой ранней стадии своего становления богиней, в тебе заперты сотни лет воспоминаний, к которым ты еще даже не начала прикасаться. Я могу помочь тебе разобраться в них, разложить всё по полочкам и осмыслить. Просто доверься мне.

Поджимаю губы, твердо соблюдая свой обет молчания. Да пошел он на хуй вместе с королевской каретой, на которой сюда приперся.

— Мне нужно кое в чем признаться, — он делает паузу и глубоко вдыхает.

Закатываю глаза. О, боги.

— В тот день в купальне ты решила, что я говорю о бывшей возлюбленной. Мне следовало поправить тебя еще тогда, — слышу, как он запускает пальцы в волосы. — Я понял, что должен сказать правду, когда ты повторила это у Бесконечного Тумана. И хотя временами меня к тебе влекло, мы с тобой никогда не были любовниками. Мы всегда были просто друзьями. И могли бы стать ими снова.

Дружить… с ним? Его не такая уж и маленькая рыжеволосая башка совсем поехала. Он заявляет, что это смешно — оплакивать бога, который якобы пытался меня убить. Какое лицемерие. Он не только швырнул меня в Бесконечный Туман, но и угрожал Терновым Венцом и жарким, прожорливым костром.

На данный момент в игре «покушение на убийство» он явно ведет в счете.

— Знаю, мы обсуждали это уже много раз, но чувствую, что должен сказать это снова. Я не планировал отнимать твою жизнь в тот день, но мне нужно было сделать так, чтобы всё выглядело правдоподобно. Бог Смерти был королем наших врагов. Он мог в любой момент отобрать у нас Царство Живых. Я не мог этого допустить, поэтому у меня не оставалось выбора, и пришлось использовать то, что делало его уязвимым — к сожалению, это оказалась ты. И я прошу за это прощения. Но, как я уже говорил, когда к тебе вернется память, когда ты вспомнишь, кто он — вспомнишь, что он злодей — тогда ты поверишь в то, что я поступил правильно, и поймешь, почему это было необходимо.

Мы обсуждали это много раз, под самыми разными углами.

И слова всегда пролетали мимо моих намеренно оглохших ушей.

— Аурелия, пожалуйста, рано или поздно тебе придется со мной заговорить.

А вот тут он ошибается. Не придется. И как же я хочу, чтобы он перестал называть меня этим именем — возможно, в других жизнях оно и принадлежало мне, но прямо сейчас всё, чего хочу — это быть просто Сейдж.

— Ладно, — резко бросает он. Кровать скрипит, давая понять, что он встал и направляется к выходу.

Мысленно размахиваю флагом в знак победы.

— У меня дела за городом. Вернусь через неделю. Надеюсь, когда вернусь, мы, наконец, сможем всё обсудить. Король с нетерпением ждет встречи