Антагонизм - Натали Ният

После дискотеки пила с мамочкой чай, делилась новыми впечатлениями.

— Мам, там так громко было, до сих пор в голове бум-бум.

— А как папа?

— Нормально, он в школе остался, там ещё не все разошлись. Мы ушли пораньше с Оксанкой, — замялась я.

На самом деле мы ушли оттуда не только с Оксанкой, но и с Сашей. Эта парочка проводила меня до дома и отправилась дальше по своим делам. Оксанка сказала, что они немного прогуляются по улице. Честно говоря, не знаю, как бы мама отнеслась к такому повороту событий. Хоть и Оксанка честно исполнила своё обещание, зашла со мной в дом и громко заявила:

— Вот, тётя Раечка, привела вашу Линду, как и обещала.

— Спасибо, Оксаночка. Зайдёшь?

— Нет, спасибочки, я побегу.

— Ну хорошо, хорошо, осторожнее, на улице темно.

— Хорошо. До свидания, тётя Раечка.

— До свидания, Оксаночка.

Сашка в это время стоял на улице, недалеко от нашего дома.

Глава 69

Глава 69

На следующий день к нам приехали бабуля с дедулей. Как же я по ним соскучилась!

— Бабулечка! — кинулась к ней в объятия.

— Внученька моя золотая, Линдочка, — бабуля нацеловала мои щёки. — Как вы тут устроились?

Когда все немного успокоились, начали делиться новостями друг с другом. Жаль, что контейнер ещё не приехал. Если бы он уже приехал, то сейчас всем было бы гораздо удобнее и уютнее. В коридоре бы стоял широкий диван, кресла с журнальным столиком, мягкие стулья. И кроватей бы всем хватило. У нас их четыре, они широкие, на них удобно спать, и ещё есть раскладушка. Не говоря уже о нашей посуде, вещах, занавесках. Но всё равно было решено, что они останутся у нас ночевать. Я лягу спать с братиком, в его комнате, а бабуля с дедулей будут спать на моей кровати, у меня в комнате. Неудобно, но что поделать? Переночуют, а завтра поедут обратно. И наговоримся всласть. Да и им некуда спешить: на работу не надо, дел срочных тоже никаких. Хотя, конечно, Тасе скоро рожать, хлопот хватает. Вся работа по дому сейчас на бабулиных плечах.

— Бабуля, а когда Тася уже родит?

— Да что-то задерживается по срокам, запаздывает.

— Наверное, маленький хочет родиться в своём доме, — шучу я.

— Наверное, — улыбается бабуля. — Уже совсем скоро.

— А как там Лидка?

— Хорошо у неё всё, уже успела матери нервы потрепать. В новой школе с учительницей какой-то не поладила.

— Как?

— Не знаю, Линда. Потом она тебе сама расскажет, мне Ольга сказала. Она переживает за дочку, говорит, непутёвая растёт. — Бабуля взяла ещё кусочек сала. — Вкусное.

«Знала бы она про Эльдара!» — думаю про себя.

— А как у тебя в школе? — спрашивает бабуля.

— Нормально, — пожимаю плечами.

— У вас здесь не так всё устроено, как в нашем селе, наше больше. Честно говоря, не нравится мне тут. Мы с отцом пока ехали — ни одной живой души, берлога, а не село.

— Только две машины проехали, — уточнил дедуля, — навстречу.

— Ну знаешь, мам, тут у Вити работа.

— Можно и в другом месте поискать работу.

— Можно, но не сейчас. Только привыкать начали толком.

— И нравится тебе здесь, Рай? — Бабуля смотрит выразительно на мамочку.

— Нравится! Ты не лезь ко мне. Лучше своим сыном занимайся.

— Эх, Рая, опять ты за своё.

— Вот и оставь меня в покое, — попросила мама.

Через некоторое время бабуля спросила:

— Скоро родится ребенок, вы приедете? Отца за вами пришлем, он отвезет и туда, и обратно.

— У Линды школа, Витя работает.

— Но на выходные хотя бы. В любой день.

— Посмотрим, — мама поджала губы. — Не все вокруг вертится возле Таси. Людям жить надо еще.

— А детей можно на каникулы будет забрать?

— Я же сказала, посмотрим.

— Хорошо, Рая, не надо злиться.

— Никто и не злится.

— Хорошо.

Я знаю, что мамочка переживает по поводу покупки жилья. Ей не нравится здесь, хоть она и заявляет обратное. Но больше ее беспокоит тот факт, что мы до сих пор не приобрели себе никакого собственного жилья. У папы есть деньги, и здесь, в Дождинке, на них мы можем купить очень хороший дом, и еще останется. Но папа не хочет, заявляет, что зачем тратить деньги, если есть дом и так. И мол, не нужно действовать сгоряча. Надо еще подумать как следует, присмотреться. Но мама ему возражает, что мы можем купить дом сейчас, а если что, и продать его потом и переехать куда захотим.

— Вить, — ну ты же не маленький, сам подумай, — просит его мама.

— Не надо торопиться. Чего тебе не хватает? Может быть, они нам этот дом и так дадут потом.

— Придурком был и останешься, — злится мама. — Хрен с маслом тебе дадут, а не дом.

В понедельник я с утра отправилась в школу. Мы все проснулись пораньше, я заранее попрощалась с бабулей и дедулей. Было грустно с ними расставаться, но ничего не поделаешь. Я давно заметила, что когда люди прощаются, тяжелее тому, кто остается. Потому что, возвратившись домой, он будет ощущать отсутствие уехавшего человека, и понадобится несколько дней, чтобы снова привыкнуть находиться без него, особенно если тебе было хорошо и уютно с этим человеком, как мне с бабулей. А тому, кто уезжает, тому все же полегче, потому что он в дороге, он видит новые места, новых людей и новые события. И как бы он ни грустил о прощании, ему все-таки приходится реагировать на происходящее вокруг. Время для уехавшего идет так же, как раньше, иногда даже кажется, что быстрее, когда у него много дел в дороге. А тому, кто остался, ему кажется, что время будто идет теперь медленнее, чем прежде, или вообще остановилось на месте.

— Мам, ты не рада, что у Таси скоро будет малыш? — спрашиваю у мамы уже после.

— Мне все равно! — По тому, как быстро ответила мамочка, понимаю, что это не так.

— Ты обижаешься на нее?

— На Тасю не совсем. Больше на мать.

— Почему? Она же приехала к нам.

— Вот именно! Спустя столько времени! И даже не хотела оставаться ночевать. Все ей надо было быстрее домой поехать. К своему ненаглядному Вадиму. Видите ли, Тасе там сложно, о ней нужно заботиться. Как будто о ней мало заботились до этого!

Вздыхаю, грустно за маму. Хотя мне казалось, что бабуля была очень рада повидаться со всеми нами.

— А мне показалось, что она соскучилась по нам. Она даже плакала.

— Линда,