Королевская Академия Магии. Неестественный отбор - Наталья Самсонова

сожалению, не все из вас пришли на Отбор с чистыми помыслами. Во время Осеннего Бала была совершена попытка государственного переворота. Сейчас ведется расследование. Так что я хочу лично вас предупредить – с территории королевского дворца не выйдет никто. Все, кто хоть раз был приглашен вами во дворец, сейчас допрашиваются. Работы у Департамента Безопасности много, но наши доблестные агенты не жалуются. Вам запрещено собираться в группы более чем из трех мэдчен, и также вам запрещено общение с родственниками или друзьями. С сегодняшнего дня каждый ваш шаг отслеживается. Приятного вечера, мэдчен Избранницы.

Он эффектно исчез. А в Чайной гостиной долгую минуту царила мертвая тишина. После чего Избранницы заговорили, разом.

Тамира, подкармливающая химер драгоценными камнями, отложила ложечку и хмыкнула:

– А умеет его величество речь держать. И настроение портить.

– А нам-то что? – удивилась Маргарет. – Зато ты теперь знаешь, что впереди у тебя две недели свободы. Пойдем уже, а то вокруг такой гвалт, что уши закладывает.

Подруги вышли из гостиной. Каприз устроился на плече хозяйки, а химера Тамиры предпочла исчезнуть.

– Моя химера последнее время грустная, – пожаловалась мэдчен Кодерс.

– Может, ревнует? Ты Каприза гладишь чаще. Я не считала, просто случайно обратила внимание.

Перед комнатами девушки попрощались. И Маргарет, войдя к себе, подошла к шкатулке. Подарок короля. Она так и не смогла его открыть. Было как-то иррационально страшно.

– Я так и понял, что открывать ее ты не собираешься.

Маргарет вскрикнула и подскочила в кресле.

– Лин, ты едва не довел меня до остановки сердца, – выдохнула Маргарет. – Как расследование?

Король тяжело опустился в кресло, потер переносицу и вздохнул:

– Все очень и очень плохо. Сегодня ночью мы допросим почившую мору Дарвийскую, и в истории заговора можно будет поставить точку. Но уже сейчас видно, что смерть моего отца, Алая Ночь, исчезновение Богини и еще с пяток происшествий – все подвязано в одно.

– Адд-Сантийские? – тихо спросила Маргарет.

– Отметились, – кивнул король. – Я не смогу их пощадить, не проси.

– Мне бы и в голову не пришло. Расскажешь?

Криво улыбнувшись, Лин развел руками:

– Тебе на роду написано быть королевой. Адд-Сантийские пообещали тебя в жены тому дурачку, что уселся на мой трон. Сам дурачок отзывается только на дерра Дарвийского. Людвиг Восьмой Дарвийский. И что самое интересное – он сам в это верит. А еще верит в то, что это я обманул и сломал трон.

– А что взамен? Меня в жены, а им что?

– Не что, а кого – твою мать. У нее, по мнению моры Адд-Сантийской, идеальная родословная. И через нее восстанавливать численность рода куда благородней. Ты же наполовину эйта, а уж при мысли о Тарии их и вовсе перекашивает.

– А дерра Людвига не смущала моя родословная? – нахмурилась Маргарет.

– Мои люди пролистали газетные подшивки, – негромко произнес Линнарт. – Весть о чудо-ребенке разнеслась на весь Кальдоранн. Тебя сравнивали с Богиней, с ее духовицами, с феями. Даже печатали откровенно бредовые слухи о возрождении драконов.

– Зачем?!

– Затем, чтобы заговорщики сами вышли на Адд-Сантийских. И предложили все и еще чуть-чуть, если чудо-девочка станет невестой, а потом и женой самозванца. Поэтому твой отец погиб, а вы с матерью выжили.

Глубоко вдохнув, Маргарет на выдохе произнесла:

– Я должна признаться, моя мама жива. Фух. Я это сказала. Прости, Лин. Но тогда, когда ты меня спросил, мне было слишком страшно подставлять ее. Она ничего не знает об Алой Ночи.

– Может, она просто тебе не рассказывает? – подобрался Линнарт.

– Она потеряла память. Забыла все, что касалось Алой Ночи, и еще три дня после. – Маргарет сморгнула слезинку. – Даже в Башне белаторов ей не смогли помочь. Сейчас она вполне довольна жизнью, но боится возвращаться сюда.

Линнарт серьезно посмотрел на Маргарет:

– Я должен узнать что-нибудь еще?

– Ну, я знаю более тридцати каверзных проклятий, владею человеческим преобразованием – могу вырастить вместо носа клюв, и первые годы в КАМе очень зло и жестоко шутила над окружающими. Вроде все. Лин, а если этот Людвиг считает себя истинным королем, а тебя узурпатором, то где тот, кто его в этом убедил?

– Надеюсь, что мы узнаем это сегодня ночью.

– Ты приглашаешь меня на романтическое свидание? Ты, я, некромант и неупокоенный дух? – Маргарет радостно хлопнула в ладоши. – Спасибо! А то я не знала, как напроситься.

– Сдается мне, свет мой, что это сейчас была ничем не прикрытая манипуляция, – вздохнул Линнарт. – Хорошо, но в ритуал не влезать, некроманта не пугать, призрака не обижать.

– Как-то это неправильно прозвучало, – чуть обиделась Маргарет.

– Ты моя любимая, стойкая, ядовитая фиалка, – тепло произнес король. – Я горжусь тобой. Но и понимаю, что ты не такая, как другие мэдчен. Идем?

– Идем.

Поднявшись, Линнарт вытащил Маргарет из кресла и крепко поцеловал. Прижав ее к себе, он прошептал:

– Ты не обиделась? Я лишаю тебя праздников. Все в один день. Ты достойна блистать и купаться в лучах народной любви. Ты достойна двухнедельного празднества. Но моя воля на исходе. Мне снятся сны, и ты в них главная героиня.

– Я же здесь не ради балов, – отозвалась Маргарет и прикрыла глаза, наслаждаясь близостью любимого человека.

– Точно. Клянусь, сердце мое, у тебя будет лучшая лаборатория. И все новинки в первую очередь будут поступать именно в нее. Кстати, Вальтер уже интересовался, не будешь ли ты в будущем брать себе студентов. На практику.

Маргарет отстранилась и взглянула Линнарту в глаза:

– Когда вы все успеваете?

– Я мало сплю, – отшутился король и серьезно добавил: – Я не сразу понял, что ты та самая, моя. Наша первая встреча, и вторая, и все последующие – мне ведь было не до любви. Этот Отбор был способом выявить заговорщиков. А в итоге я получил сразу всё.

– Так, может, Богиня за нами присматривала? – лукаво улыбнулась Маргарет. – Она никуда не делась, Сарна успела поболтать с келестинцами. Так вот, у них все в порядке, камни полыхают золотым огнем, Богиня отвечает страждущим. Все в порядке. Значит, беда где-то у нас.

– А еще в народе ходят слухи, что есть несколько часовенок, где крохотные камни все так же светятся золотым светом, – кивнул Линнарт. – Я знаю.