Корона Олимпа - Кейт Ашер

«Скорее, они боятся, что он вышвырнет их за борт, когда придет их час, — хохотнула Велира. — Пойду добавлю его рыку веса». Она оскалилась в своей змеиной манере, выпустила из ноздрей струйки дыма и вальяжно устроилась за спиной Харона.

Охранная система размером с лошадь и со способностью выдыхать пламя.

Под перекрестными взглядами я вздернула подбородок и встала между Келисом и Аросом. Мы замерли полукругом перед небольшим возвышением, где нас ждала Гера. Рядом, на белом мраморном постаменте, покоилась на пурпурной подушке золотая Корона Олимпа. Она лежала неподвижно и скромно — до поры до времени.

Гера откашлялась. — Поздравляю, чемпионы. Голос ее был тверд, ни намека на вчерашние рыдания и крики. — Вы успешно прошли все двенадцать испытаний, доказав, что обладаете качествами, необходимыми правителю Олимпа.

«Которыми ты сама не обладаешь», — ехидно подумала я.

— Для начала церемонии каждый из вас должен подойти к помосту и отдать Короне каплю крови, — объяснила Гера. — Она проанализирует каждое испытание сквозь эту каплю и каждую секунду вашей жизни до них. В итоге Корона выберет достойнейшего из вас.

Гера метнула в меня колючий взгляд. — Вы могли заметить, что одна из наших чемпионок, — она выплюнула это слово, — носит то, что ей принадлежать не должно.

— Почему на ней корона Аида? — прошипел Арес.

Посейдон подхватил: — И где сам Аид? Его не было на протяжении всего Обряда.

— Вчера на моем испытании открылись некоторые истины… — начала Гера.

— О да, истины были что надо, верно, супруга Зевса? — протянула я, многозначительно вскинув бровь.

Я перевела взгляд на Геру, оставляя решение в ее идеально ухоженных руках.

— Она несет чушь, — отрезала богиня. Гера глубоко вздохнула, собираясь продолжить церемонию, но ее прервал глубокий, громоподобный голос. Голос, который я знала слишком хорошо.

Келис чеканил каждое слово: — Вчера вечером моя дорогая мать призналась в убийстве нашего покойного короля Зевса, повелителя молний. Моего отца. Ее мужа.

Удар был тихим. Детонация последовала мгновение спустя.

Боги повскакали с мест, перекрикивая друг друга. Гера попятилась, в ее ледяных глазах застыл неподдельный страх. Харон наблюдал за этим с первого ряда, восседая на троне Келиса с самой ехидной ухмылкой.

Посейдон метнул трезубец — тот вонзился в подол платья Геры, прервав ее бегство. — Ты посмела убить моего брата?! Своего мужа?! — взревел он, наотмашь ударив ее по лицу. На щеке Геры расцвел багровый след.

— Их были тысячи! — вскричала Гера. — Ты хоть представляешь, как это унизительно быть богиней брака и знать, что муж сует свой член в каждую встречную?!

Келис издал короткий звук отвращения.

— И твое решение — убийство?! — Посейдон брызгал слюной от ярости. — Дай мне хоть одну причину не убивать тебя на месте!

Гефест, незаметно оказавшийся рядом, положил тяжелую руку на плечо бога морей. — Она должна страдать. Быстрая смерть — слишком мягкое наказание.

Из глубокого кармана он достал тяжелые бронзовые оковы. Воздух вокруг них затрещал. Он с силой защелкнул цепи на запястьях Геры.

— Зевс был мне как брат. В его честь я лично прослежу за правосудием. В этих оковах ты — всего лишь смертная.

Когда Гера закончила бесноваться, Гефест оттащил ее в угол и встал на страже. Гермес взял на себя продолжение церемонии.

— Теперь, когда с этой грязной историей покончено, вернемся к делу. Архимед, начнем с тебя.

Арх уколол палец. Капля жидкого золота упала на поверхность короны. Ничего не произошло.

— Аполлон, твоя очередь. Аполлон повторил действия Арха. Снова ничего.

— Арос. Яростный сын Ареса шагнул вперед — и снова тишина.

— Келис, прошу. Как и остальные, Келис уронил каплю золота. Наши глаза встретились, и он улыбнулся. В это мгновение я поняла, что пропала.

Я любила его.

Каким-то образом он пробил лед вокруг моего сердца. Я любила его. И мне стало плевать на все обиды. Я просто знала, что не могу представить себя без него.

— И наконец, Нисса. Я подошла к постаменту. Тенью вызвала кинжал в ладонь, но Гермес прошипел мне на ухо: — Почему на тебе корона Аида?

— Я и есть Аид. Мой отец мертв. Во всех смыслах. Игнорируя гул вопросов, я полоснула ладонь. Капля упала на золотую поверхность.

Корона исчезла. Минуты тянулись, и вдруг — вспышка. Золотой отблеск метался над головами: над Аросом, над Архимедом, над Келисом, над Аполлоном...

И тяжесть на моем лбу.

Я взглянула на Харона — он подался вперед. Я чуть не пропустила долю секунды, когда золото блеснуло над его головой. Корона рассматривала и его, пусть и на миг.

Но знакомая тяжесть окончательно опустилась на меня. Корона Олимпа сделала выбор.

«Вел?» — прошептала я. Она ответила образом: моя голова, увенчанная сразу двумя коронами. Золотая Корона Олимпа и черная Корона Теней слились воедино.

Аполлон опустился на колено и коснулся губами моих пальцев. Его руки сложили фразу: «Но носить ее должна смерть».

Один за другим боги склоняли головы. Даже звери пали ниц. Я ненавидела это. Особенно то, что Келис был среди них.

Я решительно зашагала к нему и коснулась его подбородка. — Никогда больше, — тихо скомандовала я. — Ты не склоняешься ни перед кем.

Он поднялся. Его изувеченные ладони легли на мои щеки. — Я склоняюсь только перед тобой. Моя королева. Моя женщина.

Со стороны Ароса донесся свист, когда Келис прильнул к моим губам. Он углубил поцелуй, и я провалилась в него, чувствуя, как его любовь эхом возвращается ко мне по нашей связи.

Металлический звон вырвал меня из забытья — Келис с силой оттолкнул меня назад. Я врезалась в Ароса. Сердце прошила острая боль.

Я вскинула взгляд на Келиса — как раз вовремя, чтобы увидеть, как злоба на лице Геры сменяется ужасом. Келис в шоке приоткрыл рот, глядя на свою грудь. На торчащий из нее бронзовый кинжал.

Гера закричала, когда Келис с глухим стуком рухнул на пол. Я упала рядом.

— Нет, — прошептала я. Он смотрел на меня, и серебряные вихри в его глазах затихали.

— Только попробуй меня оставить, — всхлипнула я, беспорядочно касаясь его лица. Но я не могла это остановить.

Он поднял дрожащую руку к моей щеке. Я чувствовала, как нить между нами рвется. Сердце под моими пальцами замирало.

— Нис… са… — выдохнул он.

— Нет!

Слезы смешивались с золотой кровью бога на его груди. Моя власть над смертью шевельнулась, и я поняла: это конец.

Его душа в последний раз нежно коснулась моей. И отступила. — Я люб… — голос Келиса оборвался, рука безжизненно упала на пол.

Его глаза остекленели. Я закричала, когда нить лопнула с болезненным звоном. Келис был мертв.

ГЛАВА 46