Измена. По нотам любви - Мари Соль

Так им придумали имя. Теперь это бренд. Уся-Буся уже на прилавках повсюду. Есть усе-бусечный мерч. Дети в восторге! И взрослые тоже. Ведь у нас есть контент и «для взрослых». Из серии «пчёлки тусят»! Меня так понесло, что я теперь никак не могу остановиться. Уся с Бусей уже поженились и съехались. Обитают в уютном дупле. А скоро, наверно, детей заведут. Только свекровь, мама Буси, мешает. Всё нудит и нудит, точнее, жужжит…

— Покажи! — тут же требует Люба.

Мы обсуждаем, как Уся стоит перед зеркалом и комплексует. В отражении видится то, чем она не является. Как у всех женщин! Тем временем Бусе о комплексах некогда думать. Его ждёт вишнёвый пирог…

— Ой, Ульяшка, ну ты просто мастер! Я без твоих Уси-Буси уже и заснуть не могу. Это ж надо такое придумать, — смеётся Любаня.

Мы угораем над тем, как у Буси раздуло живот. Над тем, как Уся осуждающе смотрит на мужа. И жужжит ему на ухо!

— Так похож на моего Борьку! Ну, просто вылитый, — Люба делает фото рисунков, намереваясь продемонстрировать мужу его прототип в насекомой среде. А я принимаю бумаги из рук, — Ульяшенька, будь другом, передай Тисману? — шепчет Любаня, суя мне отчёт.

Продажи стоят. Это лучше, чем падают! Но всё же печатная отрасль нынче в упадке. И Тисман не рад тому, что вместо художки мы вынуждены принимать заказы на печать методичек, учебников. Он помнит былое, когда книжных магазинов в нашем городе было не счесть. А теперь только два, оба — Тисмана.

— А сама? — говорю с укоризной.

— Ой, — Любаня кивает, — Опять будет ныть, будто я виновата, что книги никто не читает.

— Читают, Любань. Электронные, — вздыхаю я. Сама, признаться, всегда покупаю бумажные. И не только из долга, а просто, люблю полистать.

— Вот именно! Нужно перепр… пе-ре-про-фи-лироваться, — удаётся ей вымолвить.

— Во что? В электронный ресурс, коих великое множество? Тогда нас с тобой здесь не будет, — спешу уточнить. У самой аж мурашки по коже! Ну, как я без Тисмана? Точнее, без работы. Без пчёл и без фоток. Без нас.

— Короче, пускай сам думает. Я — человек маленький. Он у нас — босс. Вон, рекламщики ему столько идей предлагали, — хмурит брови Любаня.

— Каких? Выпускать вместо книг электронные ридеры? А на станке штамповать упаковку? Ага, — говорю я с улыбкой.

Любаня вздыхает:

— Короче, отдай. На тебя он ругаться не станет, — и опять отдаёт мне бумаги.

— Почему же не станет? — шучу.

Люба машет рукой:

— Да он на тебя никогда не ругается!

Я хмурю брови, пытаясь припомнить, когда Тисман ругался на меня в последний раз. Кажется, вспомнила? В день, когда я отказалась давать свои фото на выставку. Калининградский музей тогда выставлял экспозицию «Город в огне», в честь великой победы. А мне не хотелось участвовать в этом. Ведь «Город в огне» для меня был метафорой. Я делала фото осенней листвы! А Марк убеждал, что типаж подходящий. Вот именно это и нужно для выставки. Я постеснялась. А зря.

Открываю дверь его кабинета. Тихонько вхожу. Марк снова печатает. Так увлечён. И всё же! Как мне интересно узнать, что он там пишет? Детективный роман? Приключения? А, может, любовное чтиво? О, нет! Представить Маркушу с подобными мыслями…

«Грейс почувствовала, как её сосцы набухли и проступили сквозь ткань. Коул готов был вонзиться в неё своим твёрдым жалом…», — представила я, издав громкий смешок.

Марк дёрнулся, резко оставил насиловать клавиши. Выдернул лист, на котором уже было что-то написано. И сложил в дальний ящик стола.

— У-уля, — произносит с запинкой. Когда он волнуется, то заикается. Совсем чуть-чуть. Но заметно, на фоне обычной уверенной речи.

— Помешала? — смеюсь. И кладу ему на стол, сперва Любанин отчёт, а поверх него — новые комиксы пчёлок.

— Ну, как ты можешь мне помешать? Я в целом, не занят. Это что у нас тут? — он берёт мой рисунок, и тень от улыбки скользит по лицу. Марк улыбается редко. А зря! Улыбка у него очень даже приятная.

— Это сказочный лес, — говорю. На рисунке… грибы. Правда, больше похожи на фаллосы.

— И что же растёт в этом сказочном лесу? — Марк отставляет рисунок, чтобы оценить его во всей красе. Да уж, грибочки! Один краше другого. И шляпки такие, красноречивые. И стволики в тон. У одного подлинней и потоньше. У другого потолще и покороче. Всё, как в жизни.

Вижу румянец у Марка на скулах.

— Ты покраснел! — говорю.

— Да, неправда, — кладёт он рисунок на стол.

— Покраснел, покраснел, — повторяю.

— Пожалуй, что это мы поместим в категорию 18+, — произносит, откашлявшись, — А вот это и в детскую можно, — берёт он другой рисунок, на котором Уся и Буся пьют сладкий нектар из цветка.

Я сажусь на подоконник и тереблю край листа. У Марка растёт большой и пятнистый фикус. Это единственное растение, которое когда-либо было в его кабинете.

— Оставь Иммануила, слезай с подоконника, — требует Марк.

Я прыскаю со смеху:

— Простите, Иммануил, что побеспокоила вас!

— Уль, — возвращается Марк к своему обычному состоянию и берёт календарь, что всегда у него на столе, — С понедельника начинается региональный культурный форум. Ты в курсе?

— Ну, естественно, — поправляю воображаемые очки на носу.

Марк продолжает:

— Значит, смотри. В эту пятницу в библиотеке будет день открытых дверей. Наши книги там тоже стоят, в рамках благотворительной акции. Я планирую сплавить туда ещё несколько старых не проданных книг. Тебя назначаю куратором.

— Марк… — я смотрю на него и кусаю губу, — Но ведь в пятницу будет концерт.

— Какой концерт? — хмурит он брови. Как будто не знает, какой!

— В филармонии! — напоминаю ему.

Марк, откинувшись в кресле, недовольно вздыхает. На лице видно всё, что он хочет сказать.

— Эти концерты… Они каждый месяц. А это — раз в год! — он тычет в настольный календарь так, что тот падает.

— Марк, — я с обидой смотрю на него, — Ну, пожалуйста? Там будет Артур выступать.

— Кто бы мог думать, — парирует Тисман и смотрит с укором, — И что?

— Ну, — пожимаю плечами, — И то! Я обещала прийти поддержать.

— И во сколько концерт? — он стучит пальцем по подлокотнику.

— В шесть часов вечера, — отвечаю поспешно, — Ты, кстати, тоже приглашён! Я для тебя билет раздобыла.

— У меня есть дела поважнее, — поджимает он губы.

— Ну, Марк!

— Я в это время буду представлять наше издательство в областной библиотеке. Так как мой зам по культурной работе не справляется со своими обязанностями, — тычет он