Последний черновик - Лили Мокашь

Машину трясло на кочках лесной дороги, и довольно скоро я сбросила скорость, не то после отпуска пришлось бы заглянуть в автомастерскую: риск повредить что-нибудь в машине с низкой подвеской казался слишком большим, а я не планировала в ближайшем будущем расставаться с единственной вещью, которая досталась мне от отца после его смерти. Именно материальной вещью. Не статусом, не банковскими счетами, а чем-то осязаемым. Тем, к чему он прикасался и по-своему любил.

На местных ухабах от машины легко отлетит какая-нибудь деталь, если не проявлять осторожность. Из-за сброшенной скорости мы продвигались к пункту назначения чудовищно медленно, что изрядно портило мое настроение. Больше всего на свете я хотела кинуть сумки на входе и отправиться на кухню заваривать себе нормальный кофе. А ведь еще предстояло отвезти машину обратно на паркинг и вновь плестись, но уже пешком, ведь Марк наверняка отправится вместе со мной…

Смирившись с собственной участью, я рассеянно слушала Марка, давая ему выговориться.

– Кстати, в главном здании есть старая библиотека. Атмосферная такая, тебе наверняка понравится.

Упоминание библиотеки заставило меня вновь включиться в разговор и прислушаться.

– Да? А столы внутри были? – искренне поинтересовалась я.

– Ага, несколько. Ты вполне сможешь поработать за одним из них.

Работать. Писать.

Все только и ждали, когда я закончу этот чертов новый роман.

– Очень даже возможно. – Вопреки всему я попыталась улыбнуться и понадеялась, что Марк не заметит фальши.

– Лиз, не пропусти поворот!

– Да вижу-вижу. – Пальцы плотнее сжали рулевое колесо.

Машина медленно катилась по узкой дороге. Когда я оглядела соседние дома, мои надежды оставить машину неподалеку от временной обители разбились о густые ветви растущего повсюду олеандра. Странный выбор для глэмпинг-парка, куда сквозь раскидистые верхушки сосен едва пробивался солнечный свет, но, даже несмотря на это, растения выглядели бесподобно и пышно цвели.

– А вот и наше жилье, – радостно протянул Марк и указал на дом и деревянный указатель перед ним с жирно выжженным номером тридцать семь. Я остановила машину напротив узкой мощеной дорожки и поспешила помочь Марку занести сумки с вещами внутрь. Он, как всегда, сопротивлялся моему порыву, напоминая, что девушкам не стоит таскать тяжести. Если бы он только знал, с какой легкостью я могла пронести его самого на вытянутых руках от порога прямиком до Аляски и даже не устать по дороге, то сильно бы удивился. Но, к моему счастью и одновременно несчастью, Марк был хорошо воспитан. Он считал долгом джентльмена помогать своей девушке в простых бытовых вопросах и окружать меня заботой.

Я взяла с собой немного вещей. В основном технику: беспроводную колонку, ноутбук, шумоподавляющие наушники, игровую приставку и бесчисленное количество зарядных устройств с отдельным пакетом со всевозможными видами кабелей в придачу. Большую часть барахла из московской квартиры потащил в пригород Марк: в одном из пакетов я даже приметила край покрывала, что мы обычно клали в изножье кровати перед сном.

Не знаю, к чему Марк готовился, но он был готов. Внутри арендованного дома вещей было предостаточно, а вместе с нашими теперь и вовсе намечался хаос. Пожалуй, здесь было раза в два больше мебели, чем мы успели завести с Марком в нашей общей квартире.

– Пожалуйста, скажи мне, что мы разберем сумки попозже, – жалобным тоном протянула я, больше всего ненавидя находить для каждой вещи место.

Марк поставил игровую приставку на пол рядом с телевизором и протянул ко мне руки. Он, как обычно, вздрогнул, когда я коснулась его кожи своими холодными пальцами, но продолжил улыбаться.

– Ты же знаешь, я сам все разберу. Тебе ничего не нужно делать. – Марк притянул меня к себе и принялся мягко покачивать. – Потанцуешь со мной?

– Но здесь нет музыки. – Я поморщилась. – Придется колонку доставать, подключать…

Марк зарылся лицом в мои волосы, едва касаясь губами уха:

– Тише, Лиза, тише. – Он увлек меня за собой в медленном танце, напевая под нос знакомый мотив, который я слышала, наверное, больше сотни раз. Марк всегда пытался меня успокоить именно этой мелодией, отчего она стала казаться родной и теплой. Во время каждой бессонной ночи, когда мои мысли не могли замедлить бег, мелодия возвращала меня в реальность и позволяла перевести дух прежде, чем Марк укутывал в своих теплых объятиях.

Я хотела утонуть в его объятиях, как в пуховом одеяле, и размякнуть, но никогда по-настоящему не могла себе этого позволить. В подобные моменты шея Марка оказывалась так предательски близко. Опасно близко. Яремные вены так и призывали впиться в них зубами и разорвать плоть, сдерживающую кровь: высвободить сладостную жидкость наружу, попробовать ее на вкус и окрасить светло-бежевые стены вокруг в красный.

Любить Марка стоило мне усилий. И я знала только один способ, как не поддаться жажде, когда зверь внутри напоминает, в какую глушь нас занесло. Никто не услышит, если Марк закричит, как и не удивится, узнав, что городской мальчишка забрался в лес посреди ночи и потерял дорогу назад. Все поверят, если я так скажу. Замести следы будет легко. Мне даже не придется особо стараться или звонить помощнице, чтобы она направила из клана команду зачистки.

Рука скользнула к шее Марка. Подушечками пальцев я чувствовала, как бешено по его венам несется кровь. Такое соблазнительное, такое приятное чувство осело сладким предвкушением на кончике языка – ему хотелось поддаться.

Пальцы уцепились за ворот кожаной куртки и оттянули мешающую ткань. Я потянулась к шее Марка, завороженная тем, какая у него фарфоровая кожа: хрупкая и полупрозрачная.

Наконец я решилась коснуться ее губами. Марк резко вздрогнул и охнул от наслаждения, как делал всегда. Шея – его особенная зона. Достаточно было немного поиграть, и его взгляд потемнел. Я знала его слабости. Знала каждую точку на теле, чтобы доставить особенное удовольствие, и умело этим пользовалась.

Клыки зудели от нетерпения, и я была близка к тому, чтобы вонзить их Марку под кожу, но вместо этого лишь провела кончиком языка по шее, наслаждаясь тем, как Марк дрожал. Интересно, сколько он еще мог вытерпеть?

Ответ пришел в то же мгновение. Марк запустил пальцы мне в волосы и мягко потянул за них, заставляя меня откинуть голову назад и изогнуться. Только в такие моменты я любила притворяться слабой. Любила подчиняться его воле и видеть, как свожу Марка с ума от желания.

Он смотрел мне в глаза из-под опущенных ресниц, и в радужках