Поздравляю, тренер! Теперь вы – папа! - Татьяна Донченко

В голове пульсировала только одна мысль: «Я хочу его!»

— Что ты чувствуешь? — прозвучал его шепот, горячий и обжигающий. — Это в тебе гормоны или это… ты?

Я задохнулась.

Он играл со мной, и ему это нравилось. Он видел, как я борюсь с собой, как сдаюсь под натиском нахлынувших чувств.

Я ослабила шарф, словно пытаясь глотнуть воздуха. Лицо горело, тело дрожало. Было жарко. Невыносимо жарко. Просто от его дыхания, от его слов, от осознания того, что сейчас произойдет.

Такси остановилось у его дома.

Дима вышел из машины и, обогнув ее, распахнул мою дверь.

Он протянул руку, помогая выйти, и я послушно вложила свою ладонь в его. Его хватка была сильной, уверенной, обжигающей.

Такси отъехало и скоро скрылось за поворотом, оставляя нас наедине в темноте ночи на пороге дома.

И тут Дима резко притянул меня к себе.

Я потеряла равновесие и уткнулась лицом в его грудь. Он обнял меня крепко, не давая упасть, и я почувствовала тепло его тела, услышала стук его сердца.

Он смотрел на мое лицо, изучающе, внимательно, словно пытался прочитать мои мысли.

— Я говорил тебе, что ты чертовски красивая? — прошептал он, и его дыхание коснулось моей щеки. Он провел пальцем по контуру моих губ, медленно, дразняще, и у меня перехватило дыхание. — Хочу почувствовать твой вкус, — его голос звучал хрипло, страстно. — Я на эти губы слишком долго смотрел…

Он приблизился, расстояние между нами сократилось до критической отметки. Я ощущала его тепло, его запах, его желание. Мои глаза закрылись сами собой.

— Прости, — прошептал он совсем близко, почти касаясь моих губ. — Но у меня больше нет сил сдерживаться.

И он поцеловал меня.

Это был не нежный, робкий поцелуй. Это был взрыв. Ураган. Пожар.

Его губы накрыли мои с жадностью, с нетерпением, с такой силой, что у меня подкосились ноги.

Он целовал меня глубоко, напористо, требуя ответа. И я отвечала. С такой же жадностью, с такой же страстью, с таким же безумием.

Его язык проник в мой рот и по телу пробежала волна мурашек. Я обвила руками его шею, прижимаясь ближе, желая слиться с ним воедино.

Это было не просто прикосновение губ. Это взрыв эмоций. Торнадо ощущений.

О, как же я его хочу!

Все в нем меня манило: его внешность Аполлона, его чарующий голос, его голодный восхищенный взгляд, его уверенность…

Его поцелуй был как наркотик. Я не могла оторваться. Не хотела отрываться. Я хотела, чтобы это длилось вечно.

Когда воздух в легких закончился, он оторвался от моих губ. Его глаза горели, лицо раскраснелось.

Он смотрел на меня с обожанием, с вожделением, с такой любовью, которую я никогда не видела в глазах Артема.

— Пойдем, — прошептал он, взяв меня за руку. — Пойдем ко мне.

И я пошла. Не раздумывая. Без колебаний. Зная, что назад дороги нет. Зная, что это изменит мою жизнь навсегда.

10

Дима распахнул дверь и, не давая мне опомниться, затащил внутрь за руку.

Едва дверь захлопнулась, он набросился на меня с такой жадностью, с такой первобытной страстью, что я потеряла дар речи.

Его поцелуи были жаркими, влажными, требующими. Он целовал мои губы, шею, ключицы, не давая мне перевести дыхание.

Я даже не заметила, как оказалась практически полностью раздетой. Платье скользнуло на пол, бюстгальтер остался валяться у порога забытым символом ушедшего приличия.

И на секунду, всего на долю мгновения, я заколебалась. Смущение, неуверенность в собственной привлекательности, в праве на эту внезапно обрушившуюся на меня волну страсти.

Но он, словно почувствовав мою секундную заминку, нежно коснулся моего лица, заставив посмотреть ему в глаза.

Его взгляд был полон восхищения, неподдельного, искреннего.

— Ты невероятно красивая! — прошептал он, и эти простые слова словно растопили лед в моем сердце.

Я увидела в его глазах не похоть, а признание. Признание моей женственности, моей красоты, моей… меня.

Он взял мою ладонь и медленно, но дерзко положил себе на пах. Мои глаза расширились. Ого! Я почувствовала под своей ладонью его напряженное, пульсирующее мужское достоинство.

— Видишь, как ты меня возбуждаешь? — прошептал он хриплым голосом, его дыхание обжигало мою щеку. — Это не гормоны, это ты, София. Ты сводишь меня с ума. Уже очень давно…

И он снова поцеловал меня. Этот поцелуй был другим. Не таким безумным и требовательным, как первые. Этот поцелуй был нежным, ласковым, полным обожания.

— Боже, как долго я об этом мечтал! — прошептал он, оторвавшись от моих губ. — Ты такая сладкая на вкус, София. Невероятная.

Затем он начал опускаться поцелуями вниз по моему телу. Медленно, чувственно, дразняще. Моя грудь вспыхнула от его прикосновений. Я задыхалась от желания, мои руки перебирали его волосы, пытаясь прижать его еще ближе.

Он опускался все ниже и ниже, целуя мой живот, мои бедра. Мое тело горело, желая большего напряжения.

Дима прижал меня спиной к холодной стене, и контраст температуры только усилил мои ощущения. Я прикрыла глаза, отдаваясь во власть его любви.

— Давай проверим, везде ли ты такая сладкая на вкус, — прошептал он, и я почувствовала его горячее дыхание между моих ног.

Языком, только языком, он довел меня до грани, до самого края пропасти, а потом — толкнул в нее. Дважды.

Дважды мое тело содрогалось в конвульсиях неистовой страсти, дважды я кричала от восторга, не веря, что способна на такие ощущения.

Я была в шоке, как мое собственное тело реагирует на него, как оно изнывает от жажды, как откликается на каждое его прикосновение.

А потом он поднялся. Вернулся к моим губам, которые все еще ловили воздух, задыхаясь от пережитого.

Его поцелуй был глубоким, нежным, со вкусом меня на его губах. Он подхватил меня на руки, словно пушинку, и понес.

Я снова засмущалась.

— Что ты делаешь? Поставь меня! Спину сорвешь, нам не нужен тренер с радикулитом!

Он рассмеялся, его смех был низким и бархатным, обволакивающим.

— Не выдумывай! — Он продолжал нести меня, и оставил у подножия кровати, словно поднося к алтарю.

— Но я слишком много…

— Будем возвращать твою потерянную самооценку, красавица, — прошептал он, опустившись на одно колено. Его взгляд был полон нежности и похоти. Сочетание противоположности. — Шаг за шагом. Сантиметр за сантиметром. Каждый изгиб твоего тела достоин поклонения.

Он провел пальцем по моей ноге, медленно поднимаясь выше. Затем повторил то же самое поцелуями.

— И когда ты поймешь, как сильно я боготворю тебя, — его голос звучал хрипло, едва слышно, — тогда