Цвет Драконьей луны - Ксения Анвиль

яркая пламенная вспышка, и Клэр невольно зажмурилась. По полю прокатился рык, и здоровая, крепкая голова дракона влетела прямо в грудь голема, отбросив его к высокой стене. Несколько камней ударили его сверху. Дракон Арса взлетел и спикировал, впившись длинными когтями в тело чудовища, но они вязли в нем, не причиняя серьезного вреда.

— Отойдите! — услышала Клэр крик Лагерты. — Всем в укрытие и пригнуться! Риран, пламя!

По полю прокатился огненный столб и пригвоздил голема к тому месту, где он стоял. Тот отчаянно ревел и будто покосился, но продолжал размахивать по сторонам ручищами вслепую. Когда залп драконьего пламени иссяк, все увидели, что голем покрылся чёрной коркой, блестевшей в свете луны. Невидяще уставившись всеми своими многочисленными глазами в пустоту, он словно вдруг сориентировался и побежал в сторону Рирана.

— Бей! — донесся голос Арса будто издалека.

И дракон мага вновь обрушился на противника сверху, раздирая его лапами. Послышался треск – неожиданно хрупкий – и голем начал осыпаться, пока не превратился в кучу песка с огромной паучьей головой на её вершине.

Вокруг Клэр повисло безмолвие, словно весь мир на мгновение замер. Нарушили его тяжелое дыхание и бешеный стук сердца.

В глазах ведьмы помутилось. Ноги перестали держать: мир покачнулся и померк. Приглушенно, словно с большого расстояния, она услышала голос, который уже едва могла различить:

— Твоим же оружием, Клэр, — и ведьма потеряла сознание.

Глава 7

Оранжево-жёлтое пламя, растекавшееся вокруг, не оставляло ожогов. Оно расходилось волнами, словно ткань, плещущаяся на ветру, и источало свет в кромешной темноте пространства. Из этой черноты выплывали неясные очертания лиц и исчезали снова. Клэр тянула к ним руки, но они проваливались в пустоту. Всё резко исказилось, как будто невидимые руки растянули окружавший девушку мир, подобно кусочку мягкой смолы, и, когда все схлопнулось обратно, она оказалась на хлипком подвесном мосту. За много миль внизу бушевала бурная река, из которой торчали острые скалы. Ветер раскачивал непрочную конструкцию. Впереди маячило распахнутое окно уходящей в небо башни.

За спиной послышался треск. Клэр обернулась: доски моста падали вниз одна за другой, рассыпаясь как карточный домик. Ведьма побежала вперед, задыхаясь, чувствуя, что земля старается уплыть из-под ног. Едва успев, она запрыгнула в оконный проём и оказалась на винтовой лестнице. Она побежала вверх, но путь казался бесконечным, одинаковые ступени продолжали непрерывной лентой взметаться вверх. Она перепрыгивала их, изо всех сил отталкиваясь ногами и отчаянно дыша, пыталась ускорить темп подъема, но ничего не менялось. Пока вдруг башня не начала рассыпаться камень за камнем. И Клэр полетела прямо в зияющую хищную пасть иссиня-черной реки.

— «Проснись!» — донёсся до неё голос, похожий на Шиайху.

Очнувшись от тягучего, истощающего кошмара, Клэр с усилием вдыхала прохладный воздух, обжигающий лёгкие, словно сжатые невидимой рукой. На лбу и шее проступили крупные капли пота. Она сжала веки и села в кровати, чтобы осмотреться. От других коек её отделяли две белые ширмы из тонкой ткани. Окон не было, и больничное помещение тускло освещали редкие свечи. На тумбочке обнаружился стакан воды, который ведьма опрокинула в себя залпом в надежде избавиться от сухости во рту. Рядом лежал скромный букетик нежных полевых цветов и маленькая квадратная открытка, изображавшая горлицу на ветке. Внутри была надпись:

«Выздоравливай скорее, и мы обязательно отомстим. Я знаю, кто это сделал.

P.S. Цветы не от меня.

Твоя Марша».

— Проснулась? — словно услышав возню, лекарка прошла к Клэр и, склонившись, ощупала её лоб. Он был ещё горячим. — Небольшая температура есть, но в остальном ничего страшного. Это отравление, милочка. Что у вас там творится? Нам пришлось сделать тебе промывание, чтобы очистить желудок.

Только сейчас Клэр вспомнила вино и его странный, горьковатый привкус, от воспоминания о котором тут же замутило. На свою беду, она совершенно не разбиралась в этом благородном напитке.

— Вы там в своем уме, детишки? Это был полынный отвар, который крайне не рекомендуется употреблять при таком малокровии, как у тебя, милочка. Ты что, решила здоровье поправить?

— Больше не буду, — буркнула Клэр, желая отвязаться от прилипчивой няньки. — Я могу пойти к себе?

— Я бы рекомендовала тебе еще полежать…

— Мне уже гораздо лучше, а отлежаться я могу и у себя, зачем вас беспокоить. Спасибо за помощь, Нинель, я правда в порядке.

— Ну, хорошо, как знаешь, — отмахнулась пожилая лекарка, недовольно поджав губы, и ушла.

Клэр осторожно поднялась с кровати, оделась и вложила в карман накидки открытку. Повертела цветы в руках. «Не от Марши. От кого же?» — рассеянно, будто без истинного желания узнать ответ, подумала она. Почему-то очень хотелось увидеть Шиайху. Знал ли он что-нибудь о дружбе? А о вражде? Или такие материи были ему чужды?

И она отправилась глубже в подземелья, туда, где отдыхали драконы.

Она постучала в обитую железом дверь, предупреждая о своем вторжении, и вошла. Конечно, новый дом Шиайхи пусть и был просторным, но имел с лабиринтами тропиков мало общего, кроме нескольких растущих пальм и папоротников, которые каким-то чудесным образом росли прямо из каменного пола. Клэр догадалась, что они уходили корнями в порталы, ведущие на их родину. Тем не менее помещение было уютным: на возвышении, напоминающем плоский валун, лежала мягкая перина, а по углам разгоняли сумрак зависшие в воздухе огоньки. В драконьей пещере было тепло и влажно, и воспоминания о путешествии нахлынули неожиданно приятно.

И все же Клэр показалось, что здесь для него слишком тесно.

— Здравствуй, Шиайха, — нерешительно, словно недолгая разлука могла их разъединить, негромко произнесла Клэр, — как тебе тут?

— Кормят исправно, по расписанию, — вальяжно развалившись на своем лежбище, как плотно пообедавший леопард, сообщил Шиайха, — а вот ты выглядишь неважно. Сдается мне, твои дела хуже, чем мои.

— Ты прав, — ведьма не знала, стоит ли рассказывать дракону о покушении, она чувствовала, что в этом есть и её оплошность, — кое-что случилось.

— Знаю, хотя и не могу сказать, что именно, — склонив свою морду, Шиайха, казалось, все ещё внимательно изучал свою союзницу.

— Знаешь?

— Почувствовал.

— Так это правда был твой голос во сне? — вздрогнула Клэр.

— Да, наша связь обрывалась, — кивнул Шиайха. Забавно, когда только он успел перенять этот жест от людей?

— А драконы поддерживают друг друга? В смысле, дружат, хотя бы в пределах одного вида?