Воскресшая жена младшего принца - Наталья Смеречинская

Де Севран лишь пожал плечами.

— Вы наместник и должны контролировать всё, что происходит в выделенном вам домене. Принц рассчитывает, что его приказ будет исполнен в точности.

— В точности, — задумчиво повторил наместник и снова перевёл взгляд на меня. — Королевская воля для меня закон.

В его холодном тоне слышалось что угодно, но только не смирение. И де Севран это отлично понял.

— Его высочество желает лично получать от вас послания о здоровье и самочувствии леди Рошваль. Для этого я оставлю в крепости одного из моих солдат. Он будет привозить письма раз в месяц в столицу.

— Не стоит, — лорд Этчер покачал головой. — У меня достаточно людей.

— Это не моё решение, а приказ его высочества, — де Севран был спокоен как глыба и шёл напролом, как боевой конь.

Наместнику ничего не оставалось, как уступить.

— Ну что ж, я понял, — поспешил заключить он, чтобы оборвать неприятный для него разговор. — Если у его высочества больше нет для меня распоряжений, я предлагаю вам отдохнуть и отправляться в дорогу, капитан. Не смею задерживать верную стражу, что может понадобиться наследному принцу.

Это прозвучало так... на грани. В воздухе отчётливо запахло недовольством и... изменой?

Я напрягла усталый мозг, пытаясь вспомнить, мелькало ли имя лорда Этчера среди списков заговорщиков, поддержавших Теодора в его успешной попытке захватить трон, но так и не вспомнила.

Когда всё произошло, я уже крепко обосновалась в подвалах личного замка младшего принца, а потом лишь сменяла одну темницу на другую, и, как результат, всё жестокое «веселье» прошло мимо меня. Ну почти всё...

Знаю, что первые волнения начнутся примерно месяцев через пять, а к концу года Теодор уже надел на себя корону.

Надеюсь, в этой жизни всё сложится иначе, и монстр, получив желанную добычу, просто уползёт в своё логово. Кривая улыбка слегка исказила мои губы. Дракон, охраняющий Жемчужину. Сколько скрытого смысла в его гербе.

Но пусть будет так. Занятый Теодор — относительно безопасный Теодор.

— А леди Рошваль? — к моему огромному удивлению, де Севран поинтересовался моей дальнейшей судьбой.

— Для девицы Сент-Олент у меня уже всё приготовлено, — ответил лорд наместник, слегка продемонстрировав лёгкую ехидцу. — Эдит!

Стоило ему только рявкнуть, как горбунья оказалась тут как тут.

— Да, ваша светлость, — поблёскивая глазами от предвкушения, она влетела в кабинет.

— Отведи заключённую в приготовленные для неё покои.

Покои? Я удивлённо вскинула взгляд, но, увидев довольное лицо горбуньи, заподозрила подвох.

Ничего хорошего от этих двоих мне ожидать не стоит.

— Иди за мной, — прокаркала Эдит и протянула руку с длинными, кривыми пальцами, чтобы схватить меня за локоть, но тут же отдёрнула их.

Причиной тому был взгляд де Севрана, которым он наградил горбунью.

Кто бы мог подумать, что этот грубый вояка будет меня так яростно защищать. Правда, когда он уедет, заботиться обо мне будет некому.

— Иди, — повторила горбунья и махнула в сторону двери.

— Прощайте, капитан, — я не стала её слушаться и сделала то, что должна была — поблагодарила де Севрана. Присев перед ним в низком реверансе, я с искренней благодарностью посмотрела на него. — И спасибо вам за всё.

— До встречи, леди Рошваль, — оптимистически ответил он и улыбнулся впервые за время нашего знакомства.

— Эдит, уведи заключённую, — с раздражением напомнил о себе лорд Этчер, которому не понравились наши расшаркивания.

Больше не сомневаясь, горбунья схватила меня за руку и потащила в коридор. Навстречу новой реальности. Надеюсь, не очень долговечной.

Глава 6

— Вот это да! — проговорила я, оглядывая предоставленную мне комнату. Можно было ожидать чего угодно: камеры, дыбы, кандалов, но это...

Покои действительно оказались покоями, но какими!!!!! Стальные решётки на окне, крепкая дубовая дверь с двойным засовом и ни одного, НИ ОДНОГО, острого предмета.

В остальном комната и правда была сносной. Небольшая мягкая постель с тёплым одеялом, круглый столик и стул, прибитые к полу, шкаф, полка с тоненькими книгами. Совсем не то, что ожидаешь увидеть в этой жалкой крепости.

Это была комната, где держали пленницу, а не ссыльную.

— Что это такое? — спросила я горбунью, оборачиваясь, но ответом мне была закрывающаяся дверь и звук засова.

Потом в двери открылось небольшое окошечко, которое я ранее не заметила, и оттуда послышалось довольное:

— Будешь сидеть здесь, пока господин не велит тебя достать. Нужник за шкафом. Хотя для тебя я бы и конуры собачьей пожалела, но его...

Она вдруг замолчала, проглотив недосказанные злые слова. А потом резко добавила:

— В общем, пока ты не понадобишься, сидеть будешь здесь.

О, нет-нет-нет! Сидеть и дожидаться, пока чьи-то длинные руки меня достанут?

Я ринулась к двери, попытавшись помешать ей захлопнуть окошечко, выкрикивая на ходу:

— Но его высочество приказал отправить меня в ссылку!!! Вы должны меня выпустить и сопроводить!!! Вы не имеете права!!

Но ответом мне было только громкое фырканье Эдит.

— Думаешь, это тебе папочкин дворец? — спросила она язвительно через дверь. — Ты теперь никто, жалкая ссыльная, мусор и отребье. Благодари богов, что принц замолвил за тебя слово, иначе гнила бы ты в темнице, а то и вовсе отправили бы тебя на потеху солдатне. Радовалась бы ты тогда своему красивому личику и тонкой фигуре?

Причины её неприязни с первых минут стали понятны — она банально завидовала. А вот что делать в такой ситуации, я не знала.

Меня заперли, а значит, побег и Дьявольские горы могут не состояться. Нет, только не это!!!

— Пожалуйста! — начала умолять я, задвинув гордость подальше. — Мне нужно поговорить с лордом Этчером!

Тут уж горбунья расхохоталась. Искренне, злорадно, гротескно.

— Ты никого не увидишь. Отныне всё, на что ты можешь любоваться, — это стены твоей конуры. Даже мне не разрешено разговаривать с тобой, и это в последний раз, когда ты слышишь человеческое слово. Принц дал чёткие указания насчёт тебя. Сидеть тебе здесь в полном одиночестве до конца дней.

И снова этот злобный смех. На этот раз он вызвал настоящую ярость во мне вместо отчаяния.

— Как ты смеешь, — прорычала я, ударив в двери обеими руками и пытаясь рассмотреть Эдит сквозь окошечко