Кондитер-попаданка. Жена, от которой отказался дракон - Лилия Тимолаева

Я провела пальцем вдоль внутреннего края переплета.

Там оставался тонкий обрывок бумаги.

Страницу не вырвали.

Ее аккуратно вырезали почти у самого корешка.

Я поднесла тетрадь ближе к свету.

На следующей странице возле края сохранился маленький след чернил.

Всего несколько букв.

Но это означало главное.

Кто-то уже держал эту тетрадь в руках до меня.

И забрал именно одну страницу.

Глава 3. Чужое имя

Я еще раз провела пальцем вдоль обрезанного края.

Лист не вырвали в спешке. Его удалили аккуратно, оставив у корешка полоску шириной в несколько миллиметров. Тот, кто это сделал, явно не хотел повредить соседние страницы.

Я поставила лампу ближе и посмотрела на лист под углом. На следующей странице сохранились слабые вдавленные линии от письма, но разобрать слова было невозможно. Иногда угадывался изгиб буквы, иногда короткая черта, и только в самом низу я заметила нечто похожее на цифру.

Пытаться восстановить целую страницу по нескольким следам сейчас было бессмысленно.

Гораздо важнее было понять, когда она исчезла.

Я вернулась к началу третьего раздела.

Записи прежней Мавены шли последовательно. Она ставила даты почти возле каждой попытки, иногда пропускала день или два, потом возвращалась. На последней сохранившейся странице третьего раздела стояла дата примерно за три недели до заседания Гильдии.

Следующая страница отсутствовала.

После нее начинался четвертый раздел, и первая запись там появилась на два дня позже.

Выходило, что вырезанный лист относился либо к завершению третьего десерта, либо к переходу между третьим и четвертым.

Я открыла свою маленькую книжку расходов, которую забрала из дома Вальдов, и проверила даты.

В тот же период прежняя Мавена покупала продукты для кухни почти ежедневно.

Никакого ответа.

Зато появился еще один вопрос.

Если страницу забрали ради рецепта, почему только одну?

Одел получил все семь работ.

Человек, имевший доступ к тетради, мог забрать ее целиком. Мог переписать нужное. Мог вырезать несколько страниц.

Но пропала одна.

Я закрыла тетрадь и посмотрела на часы.

Было уже поздно, однако спать после этой находки я все равно не смогла бы.

Поэтому достала чистый лист и записала то, что знала наверняка.

Одел зарегистрировал семь рецептур раньше Мавены.

У прежней Мавены существовали рабочие записи, сделанные задолго до его регистрации.

К тетради имел доступ человек, который вырезал одну страницу.

Этого человека я пока не знала.

И еще оставалась девушка, иногда помогавшая на кухне.

Пока слишком мало.

Я убрала бумаги в ящик и заперла его.

Тетрадь положила под одежду в кофр.

Паранойя обычно мешает жить, но в моей ситуации она начинала казаться вполне разумной чертой характера.

Утром я пришла на кухню раньше Брины.

Она появилась минут через десять, увидела меня за столом и даже не удивилась.

— Вы все-таки решили не отдыхать?

— Я отдыхала.

— Сколько?

— Достаточно.

Брина поставила корзину на стол.

— Значит, мало.

Я достала зеленую тетрадь.

— Мне нужно вам кое-что показать.

Она сразу перестала заниматься корзиной.

Я открыла нужное место.

— Здесь была страница.

Брина наклонилась ближе.

— Была?

— Ее вырезали.

Она провела пальцем рядом с остатком бумаги, не касаясь его.

— Вы уверены?

— Посмотрите на корешок.

Брина несколько секунд молчала.

— Я никогда не замечала.

— Вы видели эту тетрадь раньше?

— Конечно. Вы с ней почти не расставались.

— Давали кому-нибудь?

— При мне нет.

— Оставляли здесь?

— Иногда.

Это мне не понравилось.

— Где?

Брина указала на высокий шкаф у дальней стены.

— Обычно там. Когда работали допоздна и не хотели тащить все домой.

— Шкаф запирается?

— Да.

— У кого ключ?

— У меня. У вас. И у хозяина здания.

Три человека.

Плюс помощница, если кто-то давал ей ключ или оставлял шкаф открытым.

— Когда Мавена последний раз оставляла тетрадь здесь?

Брина задумалась.

— До регистрации Марвена точно оставляла. Потом перестала. После того дня вообще забирала все бумаги с собой.

— Значит, страницу могли вырезать еще до того, как она узнала о краже.

— Могли.

Я села.

Это уже было важнее.

Если лист исчез до регистрации рецептов Оделом, его пропажа могла быть связана с утечкой.

— Что было в третьем разделе?

— Центральные земли.

— Я видела. А конкретно на последних страницах?

Брина взяла тетрадь и полистала записи.

— Вы мучились с одной начинкой. Там были груши, жареные семена и темная патока.

Я нашла нужное место.

Ранние варианты действительно сохранились.

Прежняя Мавена несколько раз меняла способ приготовления, а возле одной записи крупно написала:

«Не добавлять молотые семена в горячую грушу. Горчит».

Я перечитала пометку.

— Помните, почему?

— Помню вкус.

Брина поморщилась.

— Этого достаточно.

Я улыбнулась.

— Значит, ошибка была заметной.

— Очень.

— А потом она исправила рецепт?

— Да. Семена стали добавлять уже после охлаждения основы.

Я посмотрела на место, где отсутствовала страница.

Возможно, там была окончательная версия.

Возможно, что-то совсем другое.

Пока строить догадки было рано.

— Ничего не говорите об этом никому.

— Даже Гильдии?

— Пока особенно Гильдии.

Брина удивилась.

— Почему?

— Потому что у нас есть обрезанный лист, но нет человека, который его вырезал.