Замуж за зверя. Попала! - Каролина Бром

хоть малый вред от тебя людям будет… Хоть царапину от клыков на чьём-то заборе увижу, так и знай, брак ваш со Златкой объявлю пустым, а тебя выгоню. Так что как следует докажи, что ты в узде зверя своего держишь.

Адамир крепко сжал мою ладонь и ответил:

— Справедливо. Но ради жизни с дочерью твоей и не такое сделаю.

— Что? Нет! Нельзя же считать все царапины на заборах! Папа!

— Не папкай! — прикрикнул Власий. — Не то до тебя тоже очередь щас дойдёт!

— Тогда и меня выгони! Или я сама сбегу с Адамиром!

— Ишь чего выдумала! Ну да! Давай, беги за хвостом кабаньим! Лишай нас с матерью единственной дочери! Я ж ведь не только о вас думать должен, но и о покое остальных! Или запамятовала уже?

— Не манипулируй!

— Чего-чего?! Материшься?!

Я прикусила язык, поняв, что употребила словечко не отсюда, но муж поспешил сгладить спор.

— Тятька твой прав, милая… У него долг защищать других жителей от беды. Но ты не кручинься, ладно? До следующей луны ещё есть времечко, мы будем готовыми.

— Угу… — Я отвернулась и всхлипнула.

— Ну-ну, моя родная, не лей слёзы…

Адамир притянул меня к себе и укутал в тёплых объятиях, чтобы я могла выплеснуть эмоции. А они, предатели, всё не шли, потому что головой я понимала, что не велик у нас выбор.

Мы не могли друг без друга, а я ещё и не могла уйти из общины, потому что мне предстояло стать жрицей вместо Ванды.

— Ванда… — пробормотала я, вспомнив. — Где она, отец?

— У нас дома отсыпается, — ответил тот без радости.

— У вас? Почему?

— Сначала над Всеславом колдовала, дабы всё забыл, что про кабана видал, а опосля всех вестей твоих мамку с бабкой в разум возвращала. Растратила силы и, уходя, прямо на пороге нашем свалилась. Но ничего, она уж очухивалась, говорила, что ей просто отдых хороший нужен.

Адамир с отцом ещё немного поговорили. Один рассказывал другому про привычки и про поведение зверя. Про то, чем его можно остановить, если вдруг из-под контроля выйдет.

Провожая Власия, мы с Адамиром смотрели ему вслед, обнявшись, и понимали, что это ещё не полная победа, но уже большой шаг к ней.

За следующий месяц нам обоим предстояло многому научиться. Как зверю и как жрице. Но главное, что всё время мы будем друг у друга, и, этого для счастья и покоя точно хватит.

Эпилог

Несколько месяцев спустя…

В ту решающую луну мы справились. И в следующие луны тоже. Поначалу было сложно. Адамиру приходилось проводить ночи в лесу, чтобы не сорваться, и я уходила с ним, ведь в моём присутствии зверь вёл себя намного спокойнее. Это потому, что от меня стало пахнуть иначе после замужества. Я стала для чудо-кабана родной, своей…

Когда мой отец через пару полнолуний понял, что Адамир может себя контролировать, то принял наш союз и перестал быть настолько строг.

Хотя, если честно, до сих пор поглядывает и говорит, что это до первой промашки.

Ну ничего, я верила, что со временем моя семья окончательно свыкнется. А пока того, что секрет Адамира хранился внутри нашей семьи и не выносился в общину, было достаточно.

Уроки быстро дали плоды, и к моей роли жрицы люди тоже в конце концов привыкли. Когда пришло время Ванде отправляться в столицу, то она была спокойна. Уехала, правда, почти налегке, взяв с собою только свою ящерицу и небольшой сундук. Дом свой и всё, что внутри, оставила мне. Как сказала — в наследство, и потому что скоро может пригодиться. Она ещё так странно подмигнула, что мы сначала не поняли…

А теперь я сидела на лавке рядом с тёплой печью и писала Ванде радостную весть:

«Милая наставница!

Не обижайся, что не писала раньше. Я так и не узнала, где именно в Столице ты решила поселиться, но когда приедет гонец из Стрибограда, я дам ему поручение объехать все-все дворы. Очень надеюсь, что письмо до тебя всё-таки доедет. О плате не волнуйся, мы уже всё решили.

Ты оказалась права, твоё жилище нам пригодилось. Как бы ни было уютно и спокойно в лесном домике, а места для троих там всё же тесновато. После того, как ты уехала, я узнала, что беременна.

Мама и все знающие женщины в общине как одна радостно трещат, что Корочун* дитя принесёт. Теперь по ночам чутко спится, спина болит и постоянно хочется молока… и мяса. Хоть я и плачу над бедными копчёностями, но понимаю, что надо. Дар подсказывает, что у нас родится сын, и расти он должен сильным и здоровым.

Адамир в тоже восторге, до сих пор не до конца верит и сдувает с меня пылинки. Ещё ворчит, что нам пришлось перебраться под чужую крышу и настаивает на том, что это временно. Пока к нашему дому ещё парочку горниц не пристроит.

Мне, если честно, всё равно, где жить, главное — с ним, в покое и уюте.

Чего бы ещё тебе рассказать?

Ждан так и не вспомнил, кто на них напал, а Всеслав не лезет ко мне больше после той ночи. Гуляет с какими-то девками, а меня с мужем сторонится… Ну и Чернобог с ним! Знала бы — раньше бы к тебе обратилась, чтобы ты его дурную головёшку прочистила.

Хорошо, что я и сама научилась это делать. Как ты того и желала, продолжаю твоё дело. Каждый день хожу к священному древу, как ты учила. И Адамир со мной стал ходить, как узнал о моём положении. Благодарит богов за наше чадо, говорит с ними. Мне даже разок показалось, что боги хотели ему ответить…

Как знать, может, всё же есть надежда, что не до конца отвернулись?

В общине пока есть те, кто ещё сторонятся меня, но большинство привыкли. Кажется, тут дело в весе отца, но ничего, мой личный вес как жрицы тоже день за днём увеличивается. Подружке своей, Сияне, вот буду на скором девичнике гадать… Помнишь её? Так вот, бабы местные сами пришли ко мне, помощи попросили, по доброму так… Ну как откажешь? Я ведь долг свой поклялась выполнять, да и мне в радость.

А где-то с пару деньков назад мне