Жена – калека дракону (не) нужна - Кристина Юрьевна Юраш

Люди расступались перед ней.

Ещё несколько минут назад они окружали нас, восхищались танцем и моим платьем. Теперь разговоры смолкали по мере её приближения. Все взгляды следовали за сверкающими крыльями.

Я ненавидела себя за то, что мне стало больно.

Глупо было надеяться, что я смогу сохранить их внимание. Но их внимание было ерундой по сравнению с вниманием герцога. Что бы он ни говорил, его взгляд безотрывно следил за ней.

Глория умела появляться так, словно весь зал строили исключительно ради одного её выхода.

Она остановилась перед королём и присела в глубоком реверансе.

— Ваше величество. Прошу простить моё опоздание.

Король не предложил ей подняться сразу. Но даже в его глазах проскользнул интерес.

Глория медленно выпрямилась. На её лице появилась очаровательная улыбка.

Глория повернулась к Руалю. Её улыбка стала теплее. Почти интимной.

— Ваша светлость, я не хотела причинять неудобства. Услышала о предсвадебном бале и решила лично поздравить вас.

Она перевела взгляд на меня. Улыбка осталась прежней, но в глазах появилось нечто острое.

— И вашу невесту, разумеется. Мисс Моллард, вы выглядите значительно лучше. Я искренне рада, что лечение приносит результаты.

— Благодарю, — сухо ответила я.

Если бы я каким-то образом выразила свое недовольство, это было бы расценено неправильно. Поэтому мне оставалось только отвечать ради сохранения репутации.

Глория посмотрела на кресло, на серебряные ленты и золотые колёса.

— Мне сказали, что Вы даже открыли бал. Как смело с вашей стороны.

— Почему для танца требуется смелость? — спросила я, чувствуя, как в горле пересохло.

— Нет, что Вы. Я имела в виду не танец. Я говорила о том, что не каждая женщина решилась бы выйти в общество… в подобных обстоятельствах, — заметила Глория.

Она произнесла это с таким участием, что несколько дам поблизости одобрительно вздохнули.

Руаль шагнул ближе ко мне.

— Моя невеста не нуждается в разрешении общества, чтобы появляться в моём доме, — произнёс он. — В отличие от некоторых гостей.

Улыбка Глории дрогнула.

Всего на мгновение. Потом она рассмеялась, словно Руаль сказал нечто чрезвычайно забавное.

— Разумеется. И я уже вижу, что опоздала к самому необычному танцу вечера.

— К первому танцу, — поправил Руаль.

— Конечно. Именно это я и хотела сказать. К самому необычному первому танцу вечера.

Она повернулась к гостям. Бриллиантовые крылья скользнули за ней по паркету.

— Как жаль, что я не успела увидеть его целиком. Но, возможно, мне позволят преподнести будущей герцогине небольшой свадебный подарок.

— Какой? — настороженно спросила я.

— Танец, — ослепительно улыбнулась Глория.

Вокруг нас стало тихо.

Глория едва заметно коснулась пальцами камня на шее, отворачиваясь от нее. Я уловила это движение. Оно могло быть как маленьким ритуалом, так и активацией камня.

— Я давно готовила новую композицию. Ещё никому её не показывала. Мне хотелось бы впервые исполнить её сегодня. В честь девушки, которая так мужественно борется за возможность однажды снова выйти на паркет, — объявила Глория под восторги общества.

Слова были прекрасными. Каждое из них звучало как пожелание выздоровления. Но я слышала то, что скрывалось под ними.

Смотри. Смотри на то, что доступно мне и недоступно тебе. Смотри, Руаль, что ты теряешь. Ты же любишь мой танец? А это особенный танец! Лучший из лучших!

— Очень благородно, — произнесла одна из дам.

— Леди Глория давно не выступала на частных балах, — добавил мужчина рядом с ней. — Это большая честь увидеть красоту ее выступления.

— Просим! — раздалось из толпы. — Один танец! Пожалуйста, леди Глория!

Она опустила ресницы, изображая сомнение.

— Я не уверена, что это будет уместно. Сегодня всё внимание должно принадлежать невесте.

Она сделала всё возможное, чтобы это внимание окончательно забрать.

Гости просили настойчивее. Руаль наклонился ко мне.

— Я могу приказать ей уйти.

Он говорил так тихо, что слышала только я.

Мне хотелось согласиться.

Хотелось, чтобы Глория исчезла вместе со своими крыльями, бриллиантами и идеальными ногами. Чтобы гости снова смотрели на меня.

Но если я прогоню её сейчас, все решат, что несчастная невеста испугалась настоящей танцовщицы.

— Пусть танцует, — ответила я.

— Вы уверены?

— Нет. Но всё равно пусть.

Руаль несколько мгновений смотрел на меня, затем выпрямился.

— Моя невеста принимает ваш подарок, леди Глория.

— Какое счастье, — улыбнулась она.

Музыканты зашевелились. Глория передала кузену веер и вышла в центр зала.

Лорд Марвин отошёл к колонне. Он держался в тени, почти незаметный рядом с сияющей родственницей. Его правая рука скрылась под камзолом.

Я продолжала смотреть на него, пока первые ноты не заставили Глорию поднять руки.

Крылья раскрылись. Бриллианты вспыхнули.

Она действительно танцевала прекрасно.

Каждое движение было лёгким, точным, лишённым видимого усилия. Глория скользила по паркету, едва касаясь его носками туфель. Рукава следовали за её руками, превращаясь то в крылья, то в сияющий шлейф.

Гости замерли.

Даже те, кто ещё недавно восхищался нашим танцем, теперь не могли отвести глаз.

Глория ускорилась. Сделала несколько поворотов, оттолкнулась от пола и поднялась в воздух. По залу прокатился восхищённый вздох.

Она зависла над паркетом. Сначала совсем невысоко, затем поднялась ещё на несколько футов. Ткань платья расправилась вокруг неё, крылья задрожали под светом люстр.

Я смотрела не на неё.

На камень. Он вспыхивал в такт музыке. Сначала тускло, потом ярче. А возле колонны, под чёрным камзолом лорда Марвина, отвечал едва заметно второй свет.

Слабый. Почти незаметный. Голубоватое мерцание проступало сквозь ткань возле его груди. Мужчина стоял неподвижно, но на виске у него выступил пот. Пальцы под камзолом напряглись.

Невидимая связь тянулась от него к камню Глории.

Я не видела её глазами.

Чувствовала.

Под рёбрами отозвалась знакомая холодная нить. Та самая, которая поднимала подсвечник, листала страницы и вытаскивала ключ из замка.

Она потянулась к камню.

Я замерла.

Нет.

Только не сейчас.

Я попыталась отвести взгляд, но не смогла. Камень словно звал меня. Чужая магия проходила через него ровными толчками, и каждый толчок отзывался внутри меня неприятной дрожью.

Мне хотелось увидеть его ближе. Понять, что спрятано под серебряной оправой. Всего на одно мгновение мне показалось, что достаточно потянуть. Холодная нить натянулась.

Застёжка цепочки дрогнула.

Я увидела это отчётливо. Крошечный серебряный крючок приподнялся на шее Глории.

«Остановись!» — прошептала я себе.

Я вцепилась пальцами в подлокотник, пытаясь оборвать связь. Но она была неконтролируемой. Дар уже услышал первое