Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

Рика и Алан, скорее всего, на самом деле в неё входили. Потому-что девочку, которая продавала со мной амулеты, искали по всему городу, но не нашли. Но это не означало, что их история о сгоревшем доме и погибших родителях была неправдой…

Не от хорошей же жизни они пошли в городскую шайку?

Леди Элоиз вышла провожать нас к главному выходу, как и всегда. Её тонкая фигура возвышалась над каждым во внутреннем дворе. Богато украшенное платье подчеркивало крохотную талию и высокую грудь, одновременно придавая ей статности. Мне даже захотелось выпрямиться, глядя на неё.

Сэр Гектор тут же подошёл к ней, и они долго о чём-то разговаривали. При этом хозяйка Гратана не смотрела на меня, словно я не существовала. Одна из её прислужниц и экономка Дория стояли внизу лестницы, так же как и Зоран из Кмельи.

Именно он повезёт в столицу Мари-Клэр, где для неё наверняка сразу же найдут другого мага. Я могла бы быть на её месте — или на месте других каэри, от которых сэр Гектор отказался, ожидая, пока король определит мою судьбу. Определит моего хозяина. Человека, который будет касаться моего тела, рядом с которым мы настолько уязвимы, насколько вообще возможно.

Почему сэр Гектор выбрал именно меня? Чувствовал вину за всё, что мы пережили? Или же предпочитал меня в качестве каэри, потому что я была рада даже походным условиям?

— На тракте наверняка неспокойно. Разбойники сразу чуют, когда сэр Гектор отсутствует, начинают нападать на путников с повозками и грузами. Не здесь, конечно, а там, где он ещё не прошёл. Там и крепость рода Леру, где все ждут новостей, — недовольно пробормотал рядом со мной один из стражников Гратана. — Зря он столько здесь просидел. Красота ведёт мужчин по ложному пути, сбивает…

Он бросил на меня хмурый взгляд, будто это я принимала решения.

— У вас кто-то из родственников живёт рядом с той частью тракта? — вежливо спросила я.

Мы собирались двигаться верхом, чтобы не задерживаться, не привлекать лишнего внимания и не стать целью для грабителей, хотя такая опасность всё равно оставалась. Дорога займёт четыре дня.

— Нет, все на севере, в сутках пути отсюда, — он посмотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

По всей видимости, он удивился тому, что я вообще подала голос.

— И они, конечно же, благодарны сэру Гектору за то, что та часть тракта уже зачищена? — улыбнулась я.

Он что-то невнятно пробурчал в ответ, но я уже не слушала, наблюдая за хозяйкой Гратана.

Она коснулась его запястья… Медленно, самым кончиком пальца, передавая туго скрученный пергамент и мешочек с чем-то внутри. Леди смотрела прямо в его глаза, пока за ними пристально следил Зоран из Кмельи.

Так больше не могло продолжаться…

Остальные видели, что происходит, просто не могли не замечать. Репутация леди оказалась под угрозой. Что, если в замке поползут слухи о тайной связи? Что, если сэра Гектора заставят жениться, когда разговоры выйдут из-под контроля?

Или же леди Элоиз планировала менять мнение тех, кто начнёт подозревать неладное, используя свою магию? Она не сможет внушить нужное всем и каждому, слухи в деревнях — не то, что поддаётся контролю…

Наконец сэр Гектор бросил несколько слов Зорану из Кмельи, широкими шагами пересёк площадь и подошёл ко мне и Валору. Рядом стояла другая кобылка — спокойная, навьюченная сумками, но сэр Гектор планировал, что мы оба поедем на его коне.

Он помог мне забраться в седло — молча, без единого слова — и сразу же расположился сзади. Я сидела боком, мои ягодицы упирались в его пах, одна его рука крепко обхватила меня в районе рёбер.

Сэр Гектор обернулся в последний раз.

Я всем телом чувствовала тот взгляд, которым они обменялись. Его тело за моей спиной окаменело, казалось, он даже не дышал. Светлые глаза леди не отрывались от его лица, а губы едва заметно что-то шептали.

В этот момент я поняла, что леди Элоиз действительно любит сэра Гектора.

И все её нападки на каэри, включая меня, были обычной ревностью... Дурное предчувствие сковало сердце, но я никак не могла понять, чего я ожидать.

***

На ночлег мы остановились в деревне у тракта, мимо которой проезжали несколько месяцев назад. Сэра Гектора здесь узнавали, радовались ему так, будто он был членом семьи, и наперебой приглашали переночевать. У самого въезда его встретила фигуристая светловолосая девушка в красивом шёлковом платке — вещице, которую обычные жители вряд ли могли себе позволить.

Рыцарь выбрал дом старосты, где нам выделили отдельную комнату. Весь путь сюда он хранил молчание, а едва мы вошли, велел мне ложиться спать, если получится, предупредив, что ночные привалы будут короткими — не дольше четырёх-пяти часов.

Ещё в дороге я замечала, как он сжимает мешочек, полученный от леди Элоиз, и подолгу разглядывает его. Думал ли он о моих словах? О том, что она подчиняет его своей магией? Могла ли она воздействовать на него через вещи?

— Готовься ко сну, — он указал на вторую кровать, стоявшую прямо под окном. — Я вернусь через полчаса.

Я догадывалась, куда он собрался — к той самой улыбчивой девушке. В пути я чувствовала его руку на себе, иногда она сползала с рёбер на живот, прижимала меня ближе к нему, к раскаленному каменному телу.

Он был возбуждён всю дорогу. Но внешне никак этого не показывал, лишь реакции тела выдавали его состояние.

— Ты снимешь с меня ошейник? — спросила я прямо.

Украшение каэри иногда натирало, но дело было не в этом. Для меня оно оставалось символом. Прошлой жизни, слабости и, прежде всего, наших неправильных отношений с сэром Гектором.

— Это не ошейник, это украшение, оно даже инкрустировано, — тихо ответил он, продолжая сборы.

— Сэр Гектор… Мы оба понимаем, что это такое, — я чуть склонила голову.

Между нами повисла тяжёлая, гнетущая, пропитанная ночной прохладой пауза. Услышав мой вопрос, он замер у самой двери. А затем медленно пересёк комнату, возвращаясь, и остановился на расстоянии вытянутой руки.

Я только отвела волосы от своей шеи, обнажая её, откидывая голову назад, позволяя ему рассмотреть ошейник во всей красе.

— Тебе никогда не следовало признаваться мне, что у тебя есть дар иллюзии. Хотя, возможно, если бы ты тогда промолчала, тебя бы убили