Ветер с Северного моря - Анна Морион

– Это написал вам… – неуверенно начала Хелен, взглянув на мужа с изумлением на лице.

– Да, Хелен, именно он, – спокойно ответила н это он.

– Король… Вам написал сам король!

– И пригласил нас на королевский бал.

– Это… Это так… Это льстит мне, но… – В один миг радость в сердце Хелен исчезла: королевский бал. Все эти гордые, разряженные дамы и господа, когда-то пускающие в ее адрес реплики и распускающие слухи о ее происхождении. Нет, она не хочет вновь встречать их – ни на обычном балу, ни на королевском.

– Я думал, вы будете рады, – тихо, грустно сказал Бьорн-Магнэ.

– Как я уже сказала вам, Лондон не любит меня и одаривал меня лишь жестокостью и дурными сплетнями, – уверенно ответила на это Хелен. – Но как так случилось, что мы получили приглашение самого короля?

– Думаю, он впечатлен моими кораблями и моей работой. Но, если вы не желаете идти на это бал, я сейчас же напишу наш вежливый отказ…

– Но что вы? Желаете ли вы?

– Нисколько, но показаться рядом с королем пошло бы моему бизнесу на пользу. Я буржуа, и никакие акулы не заставят меня робеть и сменить курс корабля, – с иронической улыбкой ответил Бьорн-Магнэ. – Но если моя супруга не желает идти туда, туда не пойду и я.

– Ваш бизнес – это наше общее имущество, и мы, как настоящие буржуа обязаны использовать каждую возможность обогатиться еще больше, – тоже улыбнулась Хелен. – Если там со мной будет мой капитан, я не боюсь никаких акул и никаких волн.

– Миссис Нордстранд, вы заговорили, как настоящий моряк. – Он поцеловал ее в губы. – Но теперь плывите в гавань Сольеров.

Вместо ответа Хелен страстно поцеловала его, а затем покинула его кабинет.

«Он… Он флиртует со мной? А я с ним? – вдруг пронеслось в ее разуме. И эта мысль настолько поразила ее существо, что она невольно, тихо рассмеялась. – Но разве его флирт мне не по душе? Разве мне не нравится флиртовать с ним? Еще как!»

Глава 39

Платья (одно для королевского бала, второе – для бала Нордстрандов) были заказаны. Новые украшения куплены. Хелен провела весь остаток дня с Мэри и ужинала в ее доме. Все забылось, все было прощено. В жизни Хелен вновь появилась Луиза… Казалось, она была вознаграждена за то, что поняла свои ошибки, за то, что возродилась из пепла. Словно все это счастье было подарком Судьбы.

После ночного раскаяния Мэри открылась и мужу. Тот был неприятно поражен, но с готовностью простил ей заблуждения и грехи юности. Он любил ее, несмотря ни на что, уверил он. Нужно сказать, и Сольеры и мистер Блаквэлл были искренне благодарны мистеру Нордстранду за такое мудрое, хладнокровное вмешательство, и, когда тот появился на ужине, он был встречен аплодисментами и радостью.

В этот вечер мистер Блаквэлл и мистер Нордстранд значительно сблизились, и Хелен даже ненароком подслушала их добродушную беседу о ней самой.

– Не знаю, известно ли вам это, но годы назад я просил мисс Валент стать моей женой, – поведал мистер Блаквэлл новому другу, когда они стояли на балконе и пили скотч.

– Мне известно об этом и о том, что она отказала вам, – ответил на это мистер Нордстранд.

«Должно быть, это мой отец написал ему об этом, только в более мягких красках, чем как все произошло на самом деле!» – хихикнула про себя Хелен.

– Именно. Поэтому, когда я узнал о том, что мисс Валент стала вашей супругой – буржуа, да еще и заморского, я, признаться, сначала не поверил этой новости. Она отказала мне по причине моего буржуазного происхождения, но вышла за вас. Не думайте, я не зол, и не ревную. Я не имею к вашей супруге романтических чувств, лишь дружеские, – сказал мистер Блаквэлл. – И я рад за нее. Рад за вас.

– А я рад тому, что она отказала вам, мистер Блаквэлл, – с добродушной улыбкой сказал на это Бьорн-Магнэ. – Но не принимайте ее отказ близко к сердцу: за меня она вышла лишь потому, что у нее не было выбора.

– Но у вас был? – удивился мистер Блаквэлл.

Хелен затаила дыхание: что ответит на это ее муж?

– Несколько отцов местных семейств в Дэвоне имели со мной беседы на этот счет. Но мне была нужна Хелен, и только она.

«Как приятно это слышать… У него был выбор, но он выбрал меня…» – подумала Хелен и тепло улыбнулась от этой мысли, но подслушать дальнейшую беседу джентльменов ей не удалось: Мэри потянула ее к роялю.

Дамы играли на рояле и пели. Джентльмены курили сигары и общались о политике. Этот вечер прошел быстро и ощущался свежим глотком чистой, вкусной воды после долгих дней употребления затхлой.

А, когда пришел новый рассвет, особняк Нордстрандов покинула ледяная статуя Вибеке, конечно, с неудовольствием и долгой, возмущенной речью на норвежском. И на Мидскуг-Хаус наконец-то опустился мир и покой, словно долгожданное затишье после бури.

Через две недели пришли платья Хелен, и уже на следующий вечер мистер и мистер Нордстранд, одетые по последней лондонской моде, но элегантные и скромные, зашли в королевский бальный зал, тотчас услышали возмущенный шепот и ощутили на себе насмешливые, брезгливые взгляды английской высшей знати.

Ладонь Хелен, лежащая на плече ее супруга, дрогнула. Ее пальцы нервно вцепились в ткань вечернего фрака Бьорна-Магнэ. Сердце громко застучало, дыхание участилось. В ее голове зазвенели все обидные слова и сравнения, которыми осыпали ее эти люди годы назад… Хелен почувствовала себя той же робкой, испуганной дебютанткой, входящей в обществе в самый первый раз. Она вдруг стала той мисс Валент – нескладной, тихой, вызывающей лишь насмешки…

– Вы выглядите краше самой богини красоты Фреи, моя дорогая миссис Нордстранд, – тихо сказал супруге Бьорн-Магнэ.

Он без труда заметил увидел робость жены и ее несколько испуганные глаза, и прочитал ее мысли. Бьорн-Магнэ улыбнулся Хелен своей спокойной улыбкой, давая ей знать, что в этот раз она была здесь не одна, а с ним.

«Верно. Я больше не мисс Валент. Я миссис Нордстранд. Гордая, уверенная в себе, сильная женщина-буржуа. Я ведь