Скованная сумраком - Паркер Леннокс

— Как? — наконец спросила Векса.

— Я убил его, — тон Эфира был ровным и сухим. Он просто констатировал факт. — И вместе с ним дюжину его Дампиров.

— Что ты сделал? — Эффи вскочила со стула. — Ты с ума сошел?

— Единственный плодородный регион, что у нас оставался, — хрипло проговорил из своего угла Терон, — и ты убил его Лорда?

— Должна была быть причина, — сказал Ретлин, но неуверенность буквально пропитывала его голос.

— Разумеется, причина была, — огрызнулась Векса.

— Ты вообще понимаешь, что натворил? — вмешалась Мира. — Политический хаос, который это вызовет? Совет потребует⁠…

— Мне плевать, чего требует Совет, — в голосе Эфира было что-то такое, от чего все разом замолчали.

— Тогда объясни, — тихо сказал Рейвен. — Почему?

Челюсть Эфира напряглась, и на мгновение мне показалось, что он не ответит. Но затем он нашел меня взглядом, и по его лицу скользнуло нечто темное, жестокое. Остальные проследили за ним, и внезапно я ощутила тяжесть каждого взгляда в комнате.

Эффи первой заметила бинт, выглядывающий над воротом. Ее глаза расширились, а затем сузились до щелок.

— Он не мог.

Я попыталась отпрянуть, сжаться под их вниманием, но было поздно. Понимание расцвело на их лицах и тут же сменилось ужасом, а затем яростью.

— Этот монстр, — выдохнула Эффи, и с ее лица схлынула вся краска. — Он действительно⁠…

— Он заслужил это. И это все, что я скажу по этому поводу, — резко перебил Эфир, хотя в голосе все еще звенела опасная нота. — У нас есть другие вопросы. Потому что у нас есть план, как двигаться дальше. Но Уркин не поддержит его.

— В каком смысле не поддержит? — спросила Векса, хотя ее взгляд то и дело возвращался к моему вороту, а пальцы по-прежнему сжимали оружейный ремень.

— Я больше не собираюсь выполнять его приказы, — слова Эфира, казалось, отдавались в стенах. — Тридцать лет он служил этому миру верой и правдой, но застрял в прошлом и отказывается меняться. Если мы продолжим идти по его пути, мы уничтожим все, что пытаемся спасти.

— Ты говоришь о дезертирстве, — осторожно заметил Ретлин.

— Я говорю о выживании, — Эфир обвел комнату взглядом. — Арканитовые башни. Мы должны прекратить попытки их уничтожить.

— Прекратить уничтожать? — Терон выпрямился на стуле. — Это вся наша стратегия.

— Стратегия, которая провалится, — голос Эфира стал жестким. — Потому что если мы разрушим эти башни, вся накопленная в них эссенция либо исчезнет, либо навсегда уйдет к Сидхе.

— Откуда ты это знаешь? — спросила Мира.

— В Драксоне мы кое-что нашли, — Эфир сделал паузу, и его взгляд снова остановился на мне. — Кое-что, что меняет все, что мы думали об этой войне.

— И что именно вы нашли? — Рейвен подался вперед.

— Мы нашли информацию о том, что такое сифон, — голос Эфира обрел вес, от которого все невольно наклонились ближе. — О человеке, способном перенаправлять поток эссенции по всему миру.

— Я никогда о таком не слышал, — Ретлин нахмурился, сдвигая брови.

— И не мог слышать, — челюсть Эфира напряглась. — Во все времена следы их существования стирали из истории. Их считали мерзостью.

— Но почему? — спросила Векса.

Я шагнула вперед, привлекая к себе внимание.

— Потому что они не просто перенаправляют эссенцию. Они могут ее красть. Вытягивать из самой земли. Из других людей.

— Звучит как Дампир, — тихо сказала Мира.

Эфир подошел ближе, и его голос стал мрачнее.

— Есть сходства, да. Но Дампира создают, искажают сам акт существования через убийство другого Кальфара. Их способность вытягивать эссенцию противоестественна, насильственна. Сифон же рождается с этой силой. Это его привязь, его якорь, такая же часть его существа, как дыхание, — его взгляд снова опустился на меня. — Но если Дампиры могут питаться лишь своими собратьями-Кальфарами, то сила сифона простирается на саму землю. Он может вытянуть эссенцию в одном месте и направить ее в другое. Обе способности искажают естественный поток эссенции, вот почему наш народ всегда относился к ним с такой… крайней ненавистью.

— И какое это имеет отношение к арканитовым башням? — спросил Терон.

— Самое прямое, — сказал Эфир. — Потому что теперь мы наконец знаем, как Сидхе это делают. Как они истощают наш мир.

В комнате воцарилась тишина. Ожидание. Я шагнула вперед.

— Король Сидхе — сифон.

— Король… — выдохнул Рейвен, быстро что-то записывая в блокнот. — Это общеизвестно среди самих Сидхе?

Я прислонилась к каменной стене, скользя взглядом по узору на полу.

— Никто никогда не знал, в чем его фокус… его привязь. Это всегда было тайной.

— Это многое объясняет, — сказала Векса, начиная мерить шагами комнату. — То, как распространяется засуха. Как они способны высасывать одни регионы, не трогая другие…

— Как долго? — резко спросила Мира. — Как долго он это планировал?

— Десятилетиями, — ответила я. — С тех пор как они начали добывать арканит в Рифтдремаре. Это и было целью с самого начала.

— И что теперь? — спросил Терон. — Убить короля? Устроить покушение?

От одной этой мысли по коже пробежал холод, но я не могла сказать, что сама не думала об этом.

— Мы не знаем. Но это меняет все. Нам нужен совершенно иной план.

— А пока, — вмешался Эфир, — у нас есть идея, которая может помочь вернуть хотя бы часть украденного. Но для этого нам понадобится помощь каждого, кто находится в этой комнате.

Ретлин наклонился вперед.

— Что за идея?

Эфир кивнул мне, и я шагнула ближе к центру комнаты. Сердце грохотало в грудной клетке, ведь то, что я собиралась предложить, было не просто опасным, а, скорее всего, невозможным. Но после всего, что мы узнали, мы обязаны были попробовать хоть что-то.

— Я считаю, что если мне удастся заполучить арканит, я смогу насытить его эссенцией.

— Смелое предположение, — Мира прищурилась.

— Когда Тэлон меня осматривал, он сказал, что эссенция течет через меня иначе, чем через привязь. Между мной и землей нет связи, — я сделала паузу, собираясь с мыслями. —