Заложница дьявола - Аделина Жемчужева

— Ты правда уверен, что победишь?

Я посмотрел на него спокойно.

— Я не оставляю себе выбора, кроме победы.

Аэрин медленно кивнул.

— Мама бы гордилась тобой, — тихо сказал он.

Я поднял руку, раскрывая ладонь, ясно давая понять, что этот разговор закрыт. Я не хотел говорить о ней. Не сейчас.

Она бросила нас. Просто ушла.

И я не мог это отпустить. Не мог забыть, как она наорала на меня в тот день, как её слова врезались в память, оставляя за собой горький след.

— Мама всегда была к тебе добра, Эмир, — не унимался Аэрин.

Я стиснул зубы.

— Аэрин, я не хочу говорить о ней. Она сделала свой выбор и ушла, оставив нас.

— Ты обещал, что дашь мне шанс найти её.

Я вздохнул, но голос остался жёстким:

— Дам. Но тебе придётся подождать. Она не в Тенебрисе. Она далеко. Возможно, на землях наших врагов.

Аэрин смотрел на меня напряжённо, с ожиданием.

— Как только война закончится… Обещай мне, что позволишь её найти. Я хочу вернуть её домой.

Я посмотрел в его глаза, полные упрямства и надежды.

— Если победа будет за мной, то обещаю.

Аэрин кивнул.

* * *

Я был вымотан к чёрту. День выжрал из меня все силы, но даже через усталость, через напряжение, что тянуло мышцы, я чувствовал одно — я хочу её.

Лилу.

Сука, как же я хочу её.

Меня разрывало изнутри от этого грёбаного воздержания. Я сжал кулаки, пытаясь успокоиться, но какого хрена? Зачем я вообще даю ей время? Жду, пока она «придёт в себя»? Чушь.

Она моя.

Её тело принадлежит мне.

Я должен просто взять её, прямо сейчас, прижать к кровати, раздвинуть её чёртовы ножки и поиметь так, чтобы она запомнила, кому принадлежит.

Но я жду.

Почему, мать его, жду?

Её изгибы, её кожа, её проклятые взгляды, когда она думает, что я не замечаю. Чёрт, я всё вижу. Я чувствую, как она сама жаждет этого.

Но делает вид, что ненавидит меня.

Глупая девчонка.

Я усмехнулся, облизывая пересохшие губы.

Если она думает, что я долго смогу сдерживаться, то она ошибается.

Я ходил по комнате, словно зверь в клетке. Чёрт. Меня трясло от напряжения, от злости, от дикой, звериной жажды её тела. Почему я, как последний идиот, дал ей столько времени прийти в себя?

Я хотел её. До дрожи. До боли в кулаках. До помутнения рассудка.

Дни без неё тянулись как грёбаная пытка. Я пытался заглушить желание делами, тренировками, но оно только разгоралась сильнее. Она сидела у меня в голове, в каждом чёртовом мгновении.

А главное — она тоже этого хочет.

Я это вижу.

Я это чувствую, когда ловлю её взгляд. Когда она думает, что я не замечаю, как её тело выдаёт её с потрохами.

Но упрямая.

Сука.

Может, стоит зайти к ней прямо сейчас? Просто взять её и напомнить, кому она принадлежит?

Я выругался, потирая шею.

Если я сейчас зайду к ней, то уже не смогу остановиться.

Чёрт бы её побрал.

Я хотел трахнуть её так, чтобы она до утра не смогла встать с постели. Чтобы её тело помнило меня даже тогда, когда я уйду на войну.

Я знал, что сделаю это.

Просто ждал момента.

Ждал когда оправится.

Несколько дней назад, когда я приказал лекарше осмотреть её, та сказала, что Лилу слишком измотана и ей нужно время, чтобы прийти в себя.

Но у меня этого времени больше нет.

Скоро я уеду на войну.

Я не могу ждать.

Я распахнул дверь и направился в её комнату.

Достаточно. Она хорошо отдохнула.

Мои шаги были быстрыми, решительными. Приоткрытая рубашка слетала с плеч с каждым движением, но мне было плевать.

Я знал, чего хочу.

Я распахнул дверь, не утруждая себя стуком. Комната была погружена в полумрак — лишь тусклый свет от камина плясал по стенам.

Она спала.

Лилу лежала на боку, её дыхание было ровным, спокойным. Тонкое покрывало сползло, обнажая стройные ноги, изгиб бедра, соблазнительную линию талии.

Чёрт.

Я прошёл внутрь, закрыв за собой дверь. Шагнул ближе, сел на край кровати, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Я хотел её.

Хотел разорвать эту грёбаную ткань, разделяющую нас. Хотел впиться в её кожу губами, оставить следы, чтобы она помнила, кому принадлежит.

Но вместо этого я лишь медленно провёл ладонью по её ноге. От колена и выше, к чёртовому притягательному изгибу бедра.

Её кожа была тёплой, мягкой.

Я знал, что должен остановиться.

Но не мог.

Я наклонился ближе, вдыхая её запах.

Сладкий, сводящий с ума.

Дьявол.

Что со мной?

Я вёл себя, как влюблённый мальчишка, который не может дождаться, когда прикоснётся к своей первой женщине.

Я сжал челюсть, злясь на самого себя.

Я — воин. Хищник.

Я не должен быть таким.

Но, чёрт возьми, рядом с ней я не мог иначе.

Какого хрена она делает со мной?

Какого чёрта после всего, что она устроила, я всё ещё хочу её?

Она предала меня. Смотрела на меня, как на врага, когда я был готов вырвать своё сердце и бросить к её ногам.

Но даже это не помогло.

Даже теперь, когда мне следовало ненавидеть её, желать забыть, стереть её из памяти — я жаждал её больше, чем воздуха.

Мои пальцы сжались на её бедре, пока я пытался бороться с собой.

Сука.

Она ведь знала, что делает.

Знала, что разрывает меня изнутри.

И всё равно сделала это.

Чёртово упрямое создание.

Я закрыл глаза, но это не помогло. В темноте передо мной вспыхнуло её лицо — губы, что так часто кривились в усмешке, цепкие глаза, что могли пронзить меня до костей.

Я помнил, как они смотрели на меня в ту ночь в подвале — красиво, со слезами.

Я всё ещё чувствую этот взгляд, как она обнимала меня.

Внутри. В каждом чёртовом вдохе.

Я убью её за это.

Или трахну.

Я медленно поднял руку, коснувшись её лица. Лилу пошевелилась, едва заметно.

Я замер.

Если она проснётся и увидит меня рядом, я уже не смогу себя сдерживать.

Я чертовски устал бороться с этим.

Но ещё сильнее я устал от неё.

От того, как она разрушает меня.

От того, как я позволяю ей это делать.

Глава 36: Тени соблазна

Лилиана

Я резко открыла глаза, когда почувствовала острую боль в бедре, и инстинктивно приподнялась, упираясь руками в простыню.