Жена – калека дракону (не) нужна - Кристина Юрьевна Юраш

На лице девушки появилась улыбка. Усталая, с тенями под глазами, но счастливая и искренняя.

— Значит, всё действительно возвращается. Ваши ножки восстанавливаются.

Горничная ничего не сказала, однако её движения стали еще осторожнее, бережнее, словно она помогала раздевать не больную женщину, а хрупкую статуэтку из старого фарфора, которую можно было разрушить одним неверным движением.

Меня перенесли на кровать при помощи полотна. Спина отозвалась знакомой тянущей болью, ноги тяжело легли на матрас. Когда пятки коснулись постели, по ступням пробежали мелкие уколы, похожие на электрические разряды.

Я поморщилась, не в силах сдержать гримасу.

Мелли немедленно наклонилась ко мне, ее лицо исказилось тревогой.

— Сильнее заболело? Может, позвать Вейрена?

— Нет. Просто чувствую матрас. Его текстуру. Это нормально. И… хорошо…

— Может, всё-таки позвать? Он прибежит, проверит…

— Он прибежит, снова начнет тыкать в меня своей металлической палочкой, потом запретит вставать до самой свадьбы, а может, и до конца жизни. Не надо. Если станет хуже, я скажу. Честное слово.

— Вы обещаете?

— Обещаю.

Мелли подозрительно прищурилась, оценивая мою искренность.

— По-настоящему? Не как в прошлый раз с библиотекой?

— Мелли, — воскликнула я с укором.

— Хорошо. Пока поверю. Но я буду рядом.

С платья сняли лиф. Развязали мягкие боковые ленты и осторожно вытянули ткань из-под спины, стараясь не потревожить позвоночник. Горничная помогла надеть чистую хлопковую сорочку, после чего собрала платье, накидку и вышла, унося с собой запах бального зала, духов и напряжения.

Мелли осталась разбирать мою прическу.

Шпилек в волосах оказалось столько, что их хватило бы на вооружение небольшого отряда. Она вынимала их по одной, аккуратно складывала в фарфоровую чашку и считала вполголоса, чтобы не сбиться.

На двенадцатой шпильке она широко зевнула, прикрывая рот рукой.

— Иди спать, — сказала я, закрывая глаза.

— Сейчас. Я только волосы распутаю. Осталось совсем чуть-чуть.

Она вытащила следующую шпильку, потянула гребень и снова зевнула. На этот раз так сильно, что глаза наполнились слезами, а плечи дернулись.

— Мелли.

— Я не устала. Честно, — тут же отозвалась Мелли.

— Ты едва не уснула у меня в волосах. Я чувствовала, как гребень остановился. Тебе лучше поспать… Серьезно, — вздохнула я.

— Это просто… от напряжения. День был длинный.

Она села на край кровати и начала осторожно разделять пальцами спутанные пряди, стараясь не дергать.

— Я всю ночь не спала, — призналась она тихо. — Всё думала о бале. Вдруг платье попадет в колеса? Вдруг гости станут смеяться над креслом? Вдруг герцог не сможет придумать танец, и вы расстроитесь? Потом решила, что он вас поднимет на руки, а Вейрен увидит и убьет его прямо перед королем за нарушение режима. А потом начала думать, что на бал приедет Глория.

— Последнее ты угадала, — усмехнулась я.

— Лучше бы не угадывала. Когда она поднялась в воздух, у меня сердце остановилось. А потом она упала, и оно, кажется, снова запустилось, но как-то неправильно. До сих пор колотится где-то в горле.

— Она могла серьезно пострадать. Упасть с такой высоты… — заметила я.

Улыбка исчезла с лица Мелли. Она бросила быстрый, испуганный взгляд на дверь, словно боялась, что стены имеют уши.

— Это вы сняли камень? — прошептала она.

Я не ответила сразу. Перед глазами снова возникло тело Глории, падающее на паркет. Рассыпавшиеся волосы. Выставленные вперед руки, пытающиеся смягчить удар. Испуганный крик, оборвавшийся на полуслове. И тот самый камень, который покатился прямо к моему креслу, словно притянутый магнитом.

— Я не хотела, — прошептала я, чувствуя, как холод пробегает по спине. — Только подумала, что хочу рассмотреть его ближе. Узнать, настоящий у нее дар или нет… Дар среагировал раньше, чем я успела остановиться. Он сам потянул цепочку.

— Но она цела. Хромает, но цела. Это то, что я слышала от слуг.

— На этот раз. А если бы она упала головой вниз? Или просто приземлилась неудачно на спину? Ты сама понимаешь, что дар опасен. Очень опасен. И с каждым днем он все сильнее и сильнее, а я не могу его контролировать. Это меня пугает.

Мелли стиснула в руке гребень так, что побелели костяшки.

— Нам всё-таки нужно рассказать Вейрену. Или герцогу. Они должны знать.

— Знаю, — шепнула я. — Но тогда… тогда он изменит свое мнение обо мне. Он решит, что Глория была права. Что это я обрушила арку, чтобы сыграть на его жалости.

— И вы этого не хотите, потому что влюбились в него? — спросила Мелли.

— Нет! — покраснела я. — С чего ты решила⁈

— Ну… это по вам видно. Вы оба друг к другу неровно дышите, — прошептала Мелли, смущаясь. — И это так мило за вами наблюдать…

— Неправда! — буркнула я.

Она хотела возразить, начать убеждать меня в опасности секретов, но снова зевнула. Слова превратились в невнятный звук.

— Всё, — решила я твердо. — Иди спать. Отдыхай.

— Я ещё не закончила.

— Закончила. Осталось несколько прядей. Я переживу ночь с ними. Ничего страшного не случится.

— А если вам что-нибудь понадобится? Вода? Лекарство? — Мелли встревоженно осмотрелась.

— Колокольчик рядом. Вода рядом. Лекарство тоже. Всё под рукой.

— Вы не станете вставать? — спросила она, глядя на мои ноги.

Я посмотрела на нее с удивлением.

— Мелли, я физически не умею вставать. Мои ноги меня не слушаются.

Она смутилась, покраснев.

— Я имела в виду… не станете пытаться двигаться самостоятельно. Использовать… ну, вы понимаете. Тот дар.

— Не буду. Обещаю. А теперь иди спи!

— И кресло не будете поднимать силой мысли?

— Иди спать, пока я сама не позвала Вейрена и не попросила дать тебе снотворное. Тебе нужен отдых, — прошептала я, тревожась за Мелли.

Мелли положила гребень на столик и поднялась.

— Я ненадолго. Честно. Просто прилягу и сразу вернусь. Я действительно очень хочу спать. У меня даже руки дрожат от усталости, — простонала Мелли.

— Вот и отдохни. Ты заслужила этот сон больше всех нас.

Она поправила одеяло, убедилась, что колокольчик лежит возле моей ладони, и направилась к двери за ширмой, ведущей в ее маленькую комнатку.

На пороге снова обернулась, ее силуэт казался хрупким в полумраке.

— Если что-нибудь случится…

— Позову.

— Обещаете?

— Обещаю. Спи, Мелли.

Дверь тихо закрылась. Даже ее скрип прозвучал