Дикие куры и счастье на земле - Корнелия Функе

одна из девочек не ответила. Фрида хлебала чай, спрятав лицо за «Ромео и Джульеттой», а Шпрота напряженно всматривалась в пейзаж за окном, как будто деревья и луга были для нее чем-то невиданным.

– Я его вчера вечером видела! – Труда натягивала джемпер. – А что, симпатичный. Так мне кажется.

– Ну да, ну да, ты ведь считаешь, что твой двоюродный брат тоже образец мужской красоты! – прошипела Мелани, подводя брови перед маленьким зеркальцем. – Спасибо, я лучше сама посмотрю и сделаю выводы.

– Мелли, ну прекрати! – Фрида не могла скрыть раздражения. – Я думала, что у тебя есть друг – Вилли! С какой стати ты разузнаешь про внешность других парней?

– Привычка у нее такая, – пояснила Шпрота.

– Вилли тут совершенно ни при чем! – напустилась Мелани на Фриду. – Я, между прочим, с ним вчера вечером созванивалась, тупые гусыни!

– Куры, – поправила Шпрота, наблюдая, как Майк внизу под окном идет по двору и останавливается возле своей мамы. Поспешно, словно он мог ее заметить, Шпрота отступила от окна.

Мелани посмотрела на нее, пораженная, но тут, к счастью, в комнату вошла Вильма.

– Ох, поймаю я их! – закричала она, вся пунцовая от гнева. – Задница от щетки болит уже так, словно я сто часов на лошади сидела.

– Давай гляну, не осталась ли там черная краска? – предложила Мелани.

– Спасибо, дорогая. – Вильма надела сапоги и достала из шкафа безрукавку. – Мне бы только узнать, кто из этих маленьких тварей все это сделал.

– Можешь спросить у Бесс, кто мог такой наглости набраться, – предложила Труда.

Но и Бесс Вильме помочь не смогла.

– Ох, такие штуки регулярно случаются, когда новенькие приезжают, – сказала она, подсев к Курам за завтраком за их стол. За соседним столом сидели трое из возможных преступников. Они сидели, тесно сдвинув головы, и истерически хохотали всякий раз, когда Куры на них оборачивались. Вильма угрюмо посматривала на эту троицу в надежде, что кто-нибудь из них зальется краской стыда, если она посмотрит на них построже. Но, к сожалению, этот метод не срабатывал.

– Прошлый раз, когда приехали новенькие, – шепотом рассказывала Бесс, – парочка маленьких отморозков принесли к ним в комнату миски с теплой водой и опустили туда руки новеньких.

Труда побелела как полотно.

– Не поняла, ну и что? – спросила Вильма.

– Люди тогда мочатся в постель, – пояснила Шпрота. – Ничего себе, невинные детки!

Вильма огляделась, словно вдруг узнала, что за соседним столом сидят людоеды.

– Фантастика! – возмущенно прошептала она. – Мне бы и в голову никогда не пришло так поступить.

– Может, и пришло бы, – зло сказала Мелани и стала разглядывать девочек за двумя соседними столами. – Их семеро, – сосчитала она. – Их однозначно больше. Остается только надеяться, что они не все заодно.

Бесс прихлебывала чай.

– Точно нет, – сказала она, – Вот те четверо сзади нас, – она показала на стол у окна, – все очень воспитанные дети. У нас с ними еще вообще никаких проблем не было. Только Дафна по вечерам начинает тосковать по дому, но, к счастью, утешить ее не сложно. Но вон те трое, – Бесс кивком показала на соседний стол, – они очень наглые. Ничего, кроме глупостей, в голове. К счастью, Верена иногда уговаривает остальных не увлекаться, но Лилли и Роберта здесь уже третий раз, и, боюсь, всех новеньких они воспринимают как непрошеных гостей. Те шуточки с теплой водой как раз они организовали.

Труда с беспокойством оглянулась. Все трое тут же начали покатываться со смеху.

Мелани разглядывала их с холодным презрением.

– Только не говори, что уроки верховой езды у нас вместе с этими маленькими монстрами! – сказала она Бесс.

Бесс пожала плечами и налила себе еще чаю.

– Все зависит от того, умеете ли вы ездить верхом. Эти монстры уже неплохо сидят в седле.

Задетые за живое, Мелани, Труда и Шпрота начали переглядываться.

– Мы, э-э… – Мелани теребила свои взятые напрокат рейтузы, которые реально были ей велики. – Мы не так уж хорошо ездим верхом, я имею в виду, что…

– Что мы вообще не умеем ездить верхом! – Шпрота завершила фразу за Мелани.

Труда вздохнула и смущенно посмотрела на Бесс.

– Вот оно что! – Бесс попыталась скрыть улыбку, но это ей не совсем удалось. – Ну тогда на первый урок верховой езды вы попадаете к моей маме. А Верена, Роберта и прочая мелюзга занимаются со мной.

– А твой брат? – спросила Фрида и тут же прикусила язык и сжала губы, словно хотела проглотить свой собственный вопрос.

– Майк? Понятия не имею. У него по утрам полно работы на выгоне и в конюшне. А когда он заканчивает работу, то в основном скачет в Дагельсбюттель и встречается там с друзьями.

– Бесс! – Одна из девочек с соседнего столика неожиданно выросла рядом с Бесс. – Можно мы посмотрим, как эти вот… – Она пососала мармеладину за щекой. – Первый раз верхом поедут? Наверное, ухохочешься.

Две ее подружки в этот момент от смеха чуть не макнулись лицами в тарелки.

– Нет, нельзя, Лилли, – ответила Бесс. – Когда вы начинали, за вами никто не подглядывал.

– Спасибо! – облегченно простонала Труда.

После завтрака мелюзга обступила Бесс, потому что каждый хотел получить любимую лошадь. Но Бесс написала имена лошадей на маленьких бумажках, аккуратно сложила каждую, бросила в хлебную корзинку и пустила ее по рукам.

Потом пошла на пастбище вместе с Вильмой и Фридой и показала им лошадей, на которых они будут кататься. Мелани, Труда и Шпрота в нерешительности прислонились к ограде и наблюдали, пока Мона к ним сама не подошла.

– Первый урок верховой езды, – сказала она, вручая каждой недоуздок и корду, – это волнующий момент. Как только Бесс умчится вместе с остальными, мы возьмем трех лошадей, которые лучше всего смогут показать вам, что такое верховая езда.

Прошла почти вечность, пока Бесс вместе со своей группой седлала лошадей, но в какой-то момент они все-таки ускакали. Фрида выехала со двора последней. Она обернулась и помахала им, прежде чем ее лошадь скрылась среди разноцветья осенних деревьев.

– Да уж, остается им только позавидовать! – пробормотала Мелани, а Шпрота стояла, разглядывая недоуздок, который дала ей Мона. При всем желании она не могла понять, как надеть эту штуку на голову лошади.

– Да ладно, у нас тоже сейчас будут свои радости, – сказала Мона и отворила решетчатые ворота на выгон. Тесно сгрудившись, они шли через пастбище. Далеко за деревьями стояли бок о бок семь лошадок, пощипывая короткую, уже обглоданную травку. Лишь трое из них подняли головы, когда Мона и девочки к ним подошли.

– За те несколько дней, которые вы проведете здесь, вы успеете привыкнуть только к одной