Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

– До еды ли тут – видишь, огонь в печи погас!

– Ну а масло сбил?

– Нет, я горшок к поясу подвесил, а как побежал цыплят выручать, упал, горшок разбился, а сметану собаки съели.

– А что у тебя на полу? – спрашивает жена.

– Это все теленок проклятый, – ругается муж. – Только я во двор выбежал, он влез сюда, опрокинул квашню, зерно рассыпал…

– Вижу, ты тут горы свернул, дел наворотил, – смеется жена. – А я всю землю вспахала да раньше соседей домой поехала.

– Тоже сравнила! Там одна работа, а здесь сорок: и то делай, и это не упусти, и туда беги, и сюда. Везде разве поспеешь!

– Ну а я как поспеваю? Так-то вот, муженек, не будешь впредь с женой ссориться да укорять, что ей делать нечего!

Алдар

В давние-предавние времена один человек пас стадо овец. Заболели у него глаза. Пришел Алдар.

– Надо, – говорит, – к глазам лекарство теплое приложить.

– Да ведь тогда не увижу я ничего, – возражает пастух.

– Зато услышишь. Блеют овцы – все хорошо, значит. Перестанут блеять – дело другое, тут и посмотреть можно, – убеждает Алдар.

Согласился тот. Принес Алдар теплого кизяка, приложил к глазам пастуха, потом одну овцу привязал к дереву, остальных угнал. Кричит привязанная овца, а пастух спокоен. «На месте мои овечки», – думает. Через некоторое время смотрит – одна овца осталась.

Алдар между тем овец продал, дом себе построил, живет-поживает, горя не знает.

Раз приходит к нему вор. Алдар его перемячами, пирожками потчует. Удивляется вор:

– Откуда у тебя столько всего?

– Возьми палку да поковыряй под деревом – вот и узнаешь, – говорит Алдар.

Пошел вор, взял палку и ну под деревом ковырять. А там нет ничего. Назад к Алдару возвращается:

– Ты зачем обманул меня?

– Да что ты, и не думал! – убеждает Алдар. – Вон видишь бревно, а в нем щель? Попробуй сунь туда руку, а сам отвернись.

Послушался его вор, сунул руку, а Алдар выбил клин топором, вору руку и защемило.

…Как-то вор снова с Алдаром встретился.

– Только попробуй обмануть меня! – говорит.

– И обману, будь уверен, только вот мешок с хитростями я сегодня дома оставил.

– Так сходи принеси, – говорит вор.

– Я бы сходил, да не могу: видишь, березу плечом подпираю.

– Так давай я за тебя подержу, – предлагает вор.

Люди уверяют, будто вор и теперь там стоит, березу подпирает, Алдара поджидает.

Недотепа

Давно это было, коза тогда в командирах ходила, сорока сотником служила, а ворона урядником. Жили-были старик со старухой. И была у них дочка единственная. Добра у стариков было мало, а спеси много. К девушке из разных мест сватов посылали, но никто из женихов старикам не понравился, всем отказали.

Шло время. Пропали вдруг женихи. Ждали старики, ждали и сами пошли дочке жениха искать. В деревне своей и по соседству никого не нашли, отправились за шестьдесят верст.

Вошли в одну деревню, видят, на пустыре ветхий домишко стоит, а возле человек сидит в драной рубахе. Подходят к нему.

– Здравствуй, сынок, – говорят.

– Здравствуйте.

– Жена у тебя есть? – спрашивают.

– Нет.

– Жениться не собираешься ли?

– Я не прочь, – отвечает человек.

Переглянулись старики. Старуха и спрашивает:

– А как звать тебя, сынок?

– Недотепой, – отвечает.

Пошептались старики между собой. Нет, решили, не подходит он им: и хозяйство у него никудышное, и имя незавидное. Идут дальше.

А джигит один-одинешенек жил, ни матери у него, ни отца, в деревне первый бездельник и лодырь был. За то и прозвали его Недотепой. Недотепа да Недотепа, а настоящего имени никто и не знал. Да и сам он забыл со временем.

Джигит был ленив, но не прост. Понял он, чего старикам нужно, пробежал задами и снова у них на пути стоит. А старик со старухой видели плохо, не узнали они Недотепу, за другого человека приняли и снова стали его расспрашивать. Под конец говорят:

– Как же тебя зовут?

– Недотепой, – отвечает джигит.

Не понравилось старикам имя, дальше пошли. Снова обогнал их джигит, уже под другими воротами стоит, их поджидает. Не узнали его старики и теперь. Опять дело до имени дошло.

– Как звать тебя? – спрашивают.

– Недотепой, – отвечает джигит.

Удивляются старики. «Видно, в этой деревне нет людей с другим именем, – рассуждают между собой, – знать такая уж наша судьба».

И решили выдать дочку за Недотепу.

Сыграли свадьбу, взяли Недотепу к себе в дом. Вот тут он и показал себя.

Велел ему раз старик в лес за дровами ехать. Обвязался Недотепа кушаком, топор за пояс заткнул и отправился в лес. Привязал лошадь к дереву и храбро принялся за толстую сосну. Повалил сосну, да прямо на лошадь. И лошадь убило, и телега в щепки разлетелась.

Что тут делать? Почесал Недотепа в затылке и домой побрел. Идет мимо озера, видит, утки плавают. «Дай-ка, – думает, – поймаю, хоть не с пустыми руками домой приду». Метнул он в них топор, утки улетели, а топор на дно ушел.

Недолго думая разделся Недотепа и полез в воду. На дно ныряет, топор ищет, а топора нет. Из воды вышел, глядь – одежда пропала. Пока он топор искал, кто-то вещи его унес. Пришлось Недотепе нагишом домой идти. Так вот без лошади, без телеги, без дров, без топора, без одежды крадется он в деревню, пришел домой и тихонько на полати залез, так что никто и не заметил, как он вернулся.

Вот отец с дочерью стали хлебы из печи вынимать. Вынимает жена хлебы и приговаривает:

– Этот батюшке, этот матушке, этот мне, а этот мужу.

А Недотепе есть охота, потянулся он, чтобы посмотреть, большой ли для него хлеб отложили, и свалился с полатей. А под ними короб с гусиным пухом стоял, Недотепа в него и угодил. Увидели домашние, как он из короба вылезает, до смерти перепугались – думали, джинн. Закричали они и выбежали из избы. А Недотепа за ними.

– Я это, – кричит, – не бойтесь.

Тело у Недотепы мокрое, пух и налип на него – очень был он на джинна похож. Мчится по улице, а люди кто от него бежит, кто за ним гонится. Долго бежали они так, наконец поймали Недотепу. Увидел народ, кто это такой, и ну хохотать. Недотепа со стыда сквозь землю рад был провалиться.

Привели его домой, отмыли, одели и с миской в ледник за медом отправили. Недотепа хлеб свой с собой прихватил. Оставил он хлеб на пороге, а сам вниз спустился, мед из бочонка цедит. Тут откуда ни возьмись