Занимательная наука на свежем воздухе - Яков Исидорович Перельман

Да это и неудивительно: ученые силы наши считаются десятками, а площадь, подлежащая изучению — прямо необъятна! Вот тут-то и могут помочь науке простые любители, бескорыстные, скромные труженики науки. Пусть они соберут сырой материал, пусть подготовят почву для тех немногих ученых, которые затеряны в бесконечной равнине нашей страны — и дальнейшая разработка этого материала значительно облегчится. Многие даже не подозревают, какое обилие глубоко интересных вопросов ждут своего разрешения от систематического изучения покрывающей Россию растительности.

Здесь прежде всего надо указать на проблему происхождения наших степей. Что такое наша степь? Действительно ли это остатки болотистых тундр Ледникового периода, как полагают одни, или поднявшееся дно обширного древнего водного бассейна, соединявшего Черное, Каспийское и Аральское моря, как полагают другие?

Действительно ли лес постепенно надвигается с севера на степь, или же, как думали еще недавно, степь опустошает лес, все более расширяясь на север? А наши загадочные торфяники с их странной флорой, столь распространенные во всех хвойных лесах, — правда ли, что это остатки древней тундры, покрывавшей всю северную половину России? Затем, верно ли, что наши обширные боры обречены на постепенное вымирание, как запоздалый пережиток ледниковой эпохи, и всюду уступают место лиственным лесам? С другой стороны — действительно ли широколиственные леса Приамурья и предгорий Алатау в Сибири, а также леса Закавказья суть остатки третичной эпохи, счастливо не затронутые мертвящим дыханием Великого ледника и сохранившие все характерные особенности ландшафта предшествовавшего геологического периода за миллионы лет до нас?.. Словом, целый ряд вопросов, касающихся, так сказать, географической истории нашей родины, связаны с изучением ее растительного покрова.

Не говоря уже о таких изменениях, как распашка степей или вырубленных лесов, косьба, выжигание, осушка болот и других, совершенно изменяющих растительную физиономию страны, — заслуживают серьезного внимания и факторы, косвенно влияющие на флору. Мало кто догадывается, что расселению растительных видов способствуют такие, казалось бы, незаметные факторы, как странствование наших богомольцев и офеней, железные дороги, перевозящие сено, скот, шерсть, сплавление леса, пароходное и гужевое движение и т.п. Всеми этими способами легко разносятся семена, которые, попадая из отдаленных углов страны, иногда пышно развиваются в новых условиях, обогащая местную флору и ставя в тупик ботаников.

Как пример, укажем на внезапное появление во Франции в начале истекшего века новых видов растений, не свойственных этой стране и водящихся лишь на севере России. Явление это немало озадачило французских ботаников, пока не выяснилось, что семена новых видов занесены в Западную Европу в эпоху Наполеоновских войн, когда происходили массовые перемещения воинских частей, артиллерии, обозов. Семена прилипали к подошвам солдатских сапог, к холсту палаток, забирались в складки одежды, в щели лафетов и телег, застревали в конских хвостах, в шерсти «ротных собак» и, пожалуй, тех волков, которые в ожидании добычи стаями бродили по следам армий. Проследить за подобными изменениями флоры, распутать сложную сеть взаимодействия человека и природы и указать каждому фактору его место — все это возможно лишь при широком участии множества любителей, скромных провинциальных собирателей растений — гербаризаторов.

II. Целью ботаника-любителя должно быть составление систематического гербария той местности, в которой он проживает. Гербарий — это собрание растений данного района, высушенных и систематически расположенных. При каждом растении должно быть его название ботаническое и местное — и указание особенностей того грунта, где оно найдено.

Для определения названия растений существуют особые таблицы — так называемые определители. Употребление их несложно и усваивается без большого труда после непродолжительного упражнения. Мы не будем здесь давать наставления к пользованию определителями, так как они приведены в этих книгах. Основной же принцип устройства их тот, что путем последовательного нахождения указанных в определителе признаков все более и более сужается область, в пределах которой находится данное растение; наконец, после нахождения достаточного числа признаков определяется название данного растения.

Определитель растений из книги английского клирика и путешественника Томаса Шоу (1694–1751). 1738 г.

Определять растение можно либо на месте нахождения, либо же дома, смотря по тому, что удобнее. Если растение и не удастся определить, то это не должно смущать любителя: гербарий его не пострадает от того, что в нем есть неназванные растения, так как пробел этот легко восполнить при помощи сведущего специалиста. К тому же очень легко может случиться, что любитель натолкнулся на «новый» вид, т.е. еще не описанный ботаниками и не включенный в определители. Зато неуказание условий местопроизрастания лишает гербарий значительной доли его научного значения.

Весьма важно знать не только то, что данное растение встречается в таком-то уезде, но и то, при каких почвенных и прочих условиях оно растет — найдено ли оно в хвойном лесу, на торфяном болоте, в сухом или сыром лиственном лесу либо кустарнике, на сухом, сыром или пойменном лугу, на глинистых или песчаных размывах, на кварцевых, известковых, мергелистых обнажениях, на дворе, дороге, на воде или у берега моря, реки, озера. Все эти указания, необходимые для ботаника, должны быть дополнены еще обозначением времени, когда сорвано растение.

Понятно, что записывать подобные сведения надо на месте, для чего у гербаризатора должна быть записная книжка: полагаться на память очень рисковано, особенно если любитель сразу приносит домой несколько десятков растений. Отправляясь в экскурсию, гербаризатор должен захватить с собой некоторые необходимые принадлежности. Это прежде всего ботанизирка– жестяная продолговатая цилиндрическая коробка с откидной продольной крышкой; она снабжена ремнем для несения через плечо. Затем небольшая лопаточка для выкапывания растений или металлический совок и, наконец, хороший складной садовый нож.

Для вылавливания из воды водяных растений, а также для собирания представителей болотной фауны очень полезен багор в виде палки с загнутыми кольцами. Ботанизирка длиной до ½–¾ аршина и 5–8 дюймов в диаметре, служит для удобного хранения собранных на местности растений; их складывают туда так, чтобы цветущие части всех экземпляров были обращены в одну сторону, а корни — в другую; в противном случае цветы засорятся песком и землей с корней. Вместо жестяной ботанизирки можно употреблять ивовую или камышовую коробку либо мешок из клеенки. Опытный гербаризатор обходится без всего этого, прямо прокладывая сорванное растение между листьями пропускной бумаги[51] своей папки.

Срывать растения надо по возможности типичные, т.е. нормальные, а не уродливые экземпляры, отклонившиеся от нормального типа вследствие каких-нибудь внешних влияний — болезней, паразитов, недостатка питания и т.п. Затем, надо брать цельные