Безумное странствие сквозь ночь - Вальтер Моэрс

— В самом деле?

— Конечно. Для этого нужно только отправиться в будущее.

— И ты это можешь?

— А как же, — воскликнул Хрюнос. — Ведь я — Время.

Гюстав уселся на спину Хрюноса, и тот, выплюнув еще немного крови и гноя в горное озеро, расправил перепончатые крылья и пустился в полет. В мгновение ока они пролетели сквозь облака и стали подниматься. Все выше и выше. Время еще раз взмахнуло крыльями, и они вылетели за пределы земной атмосферы. Со всех сторон их окружала колоссальная чернота, обрызганная звездами, сверкавшими так ярко, что у Гюстава заболели глаза. Земля под ними скукожилась до размеров маленького бело-голубого шарика.

— Вот это да! — крикнул Гюстав. — Я могу дышать! А я думал, что в космосе нет воздуха.

— Глупости, — откликнулся Хрюнос. — В космосе есть все! Болтают, что здесь и звука нет. Будь это так, как бы ты меня услышал?

Гюстав был поражен: акустика в космосе была отличная. Он слышал потрескивание солнечного огня и даже хруст далеких звезд. Они пролетали прямо над Луной, и Гюставу казалось, что глубоко внизу в одном из кратеров мерцает свет.

— Mare Tranquillitatis, — пояснил Хрюнос. — Это дом Косаря. Свет горит, значит, он дома.

Прежде чем Гюстав успел ответить, Хрюнос уже снова взмахнул крыльями, и они пронеслись мимо полудюжины планет, еще большего числа лун и огромного скопления астероидов. Некоторое время они скользили сквозь черное Ничто, только далеко-далеко тлела парочка крошечных солнц. Потом световые точки умножились и уплотнились, превратились в туманности и пути и, наконец, в целые созвездия. Гюставу показалось, что он узнает знакомые очертания, например, галопирующую лошадь, до боли напомнившую ему Панчу Сансо. События так быстро следовали одно за другим, что у него даже не нашлось времени достойно почтить память своей верной спутницы.

— Да-с, вот она, Вселенная, — назидательно произнес Хрюнос. — Я хочу сказать, что мы и на Земле находимся во Вселенной, но по-настоящему осознаем это, когда движемся здесь, наверху. Не правда ли? А когда смотришь в телескоп, все-таки нет этого впечатления величия.

— Верно, — тихо отозвался Гюстав, потрясенный бесконечностью панорамы.

Но Время его успокоило:

— Не слишком поддавайся впечатлениям, мой мальчик! Хоть отсюда все кажется таким величественным, универсум устроен не сложнее, чем... — Хрюнос подыскивал сравнение, — ...чем, скажем, универсам.

Гюстав вспомнил старую женщину в лесу, которая тоже несла всякую чушь про какой-то супермаркет.

— Есть три этажа, и на разных этажах — разное время. На первом — настоящее, здесь мы и пребываем. В подвале — прошлое, так сказать, склад, где сложено все, что уже произошло. А на втором этаже — будущее, все, что еще случится. Или, лучше сказать, может быть, еще произойдет. Нам нужно туда.

— Я познакомился с одной старой женщиной, которая утверждала, что мир сновидений тоже похож на магазин. Если я правильно понял.

— Если она когда-то была принцессой грез! — рассмеялся Хрюнос. — Их профгруппа любит воображать, что весь универсум — всего лишь сон. Это явно выраженная субъективная интерпретация универсума, но едва ли интересная философия.

— А будь это правдой, — задумался Гюстав, — то кому бы этот сон приснился?

— Вот именно. В том-то и вопрос. Кто, собственно говоря, видит во сне космос? Трудно сказать. Может быть, я? Допущение весьма субъективное, — Хрюнос весело хрюкнул. — Ведь я не вижу снов. Я даже не сплю. Может, это общий сон многих? Может быть, космос — всеобщее сновидение, кто знает? Какой-то бульон, в котором варятся все. Не слишком аппетитное представление, как по-твоему?

Гюстав кивнул. Маленький метеор размером с его голову проскочил мимо на расстоянии вытянутой руки.

Он весь был усеян крошечными кратерами, и один подземный вулканчик извергал прелестное облачко огня.

— А может, это ты видишь во сне универсум? — сказал Хрюнос. — Кто знает?

— Но я в данный момент не сплю, — усомнился Гюстав. — Как же я могу видеть сон?

— Тоже верно. Тем самым мы снова возвращаемся к вопросу: кто видит универсум во сне? По крайней мере, нас двоих из числа подозреваемых можно исключить. А может, его видит во сне муравей, живущий на Сатурне?

— А на Сатурне действительно живут муравьи?

— Конечно. Муравьи живут везде. А ты знаешь, что на Сатурне у муравьев имеются три головы?

— Знаю, — сказал Гюстав.

— Ты удивительный мальчик. Ты не знаешь наверняка, есть ли на Сатурне муравьи, но знаешь, что у них три головы.

Гюстав мог бы ему это объяснить, но не стал.

— А что произойдет, если тот, кто видит это все во сне, вдруг проснется?

Хрюнос снова рассмеялся.

— Тогда доброй ночи, спи спокойно, мой милый!

Промелькнуло еще несколько метеоров, теперь они двигались немного быстрее, и Гюставу показалось, что он слышит не то журчание, не то потрескивание. Что это? Водопад? Костер? Может, какое-то солнце?

— Сейчас будем на месте! — крикнул Хрюнос. — Держись крепче, входим в зону турбулентности.

Мощный астероид прогрохотал над их головами. Гюстав почувствовал, что его и Хрюноса тянет вперед некая сила. Казалось, невидимая огромная рука схватила их и тащит за собой.

— Мы прибыли? Где мы?

— Видишь вон ту красную точку? С оранжевой аурой?

— Да. Это звезда?

— Нет, не звезда. Это желоб. Галактический туннель. Мы спустимся по нему, так будет быстрее. Эти спуски немного жестковаты, но зато они сообщают большую скорость, чем вялые черные дыры. И к тому же мы там не превратимся в свет