Девочка, которая полюбила - Мария Михайловна Гербер

– Эти фото я сделал случайно… Ещë летом. Без разрешения вашей дочери… – начал я, глядя на маму и не глядя на дочь.

– Мы это уже поняли, – нервно ответила «модель».

– Котёнок, дай молодому человеку договорить, не перебивай, – аристократично сложив руки на груди, попросила мама. – Продолжайте.

– Так вот… – Я замялся и начал мямлить. Как обычно. – Сейчас проходит конкурс фотографий на одном крупном сайте для фотографов. Тема там свободная, и я… Раньше я даже не думал, потому что не был уверен, что мне есть с чем участвовать. Но после того, как снял… Как сделал эти фото, я подумал, что…

– Нет! – выкрикнула девчонка и резко встала из-за стола.

– Продолжай, – бесстрастно попросила мама девочки.

– Я… я подумал, что мог бы сделать ещё несколько фото… Но, в любом случае, можно и не делать… Можно взять то, что уже есть… Но если попробовать ещё, можно сделать ещё более удачные фото… И…

– И что? – опять перебила девчонка. Интересно, что встать-то из-за стола она встала, но никуда не ушла. Значит, в целом, тема её заинтересовала. А я ведь ещё не выложил свои козыри. Я приосанился и на радостях запихнул в рот ещё одно печенье.

– И? – с нажимом поторопила меня девчонка.

– И фанс фыиграть будет боль… Кхе-кхе-кхе, – я судорожно закашлялся, отплёвываясь и отфыркиваясь.

– Ну ты даёшь! – Женщина осуждающе посмотрела на девчонку и стала выдвигать ящики с витыми ручками.

Потом она бросилась ко мне с пачкой салфеток и стаканом воды. Я всё ещё кашлял и хрипел. Вот ведь неудачник. Крошка попала не в то горло, и я, ведя важные переговоры – пожалуй, самые важные на сегодняшний день и за всю мою никчёмную жизнь, – выставил себя в очередной раз полным идиотом. Всё пропало. Я бросил растерянный взгляд на девчонку. Она стояла, прислонясь к стене, и снисходительно наблюдала за суетящейся передо мной мамой и за моими неловкими попытками не потерять окончательно лицо. А я вдруг отметил, что черты лица девчонки смягчились, что она вся как-то расслабилась и углы её губ даже поползли вверх. Да! Она сдерживала себя, чтобы не расхохотаться.

– И? – повторила она ещё более требовательно, но уже не безразлично, а с интересом.

– И мы сможем выиграть! Тобой могут заинтересоваться как моделью. А мной – как фотографом.

Там, на самом деле, ещё был денежный приз, но про него я решил пока не говорить, потому что ну с какого перепугу я буду призами разбрасываться? Если она откажется, я возьму те фото, что у меня есть, и тем более делить деньги в случае моей победы не будет никакого смысла. А если не откажется… Тогда и будем думать.

– Мне это неинтересно. Я не модель, – девчонка была непреклонна, скрестила руки на груди и всем своим видом давала понять, что разговор окончен.

– Котёнок, а почему бы не попробовать? Ты же ничего не теряешь.

– А что приобретаю? – Девчонка уставилась на маму не моргая, и мне даже показалось, что в глазах у неё стояли слёзы.

Я решил, что мне пора сматываться. Опустевшая банка с печеньем напоминала мне о моём позоре. Но, как говорится, мне не привыкать. Отряхнуться и забыть. Я встал из-за стола. Теперь мы все трое стояли, как будто ожидая прихода именинника, чтобы сказать в его честь пафосный тост.

– Молодой человек, простите, я не спросила, как вас зовут?!

– Ник.

– Да, Ник, а что получает победитель конкурса? Кроме того, что выигрывать неимоверно приятно, там, наверное, и призы предусмотрены?

Вот взрослые! Всегда такие. Всё у них чётко и по делу. Раскусили меня. Придётся все карты раскрыть перед девчонкой и её мамой. Я даже разозлился на себя за своë такое коварство. Они ещё и не согласились даже, а я пытался скрыть от них информацию о денежном призе.

– Да, в конкурсе будет денежный приз за первые три места. А фотографию напечатают в специализированном журнале.

– Здорово! – вырвалось у девчонки.

«Ага, ещё бы не здорово», – вырвалось у меня. Хорошо, что только в мыслях.

– То есть ты согласна? – Я вперился в неё строгим взглядом.

Теперь мы партнёры, раз уж на то пошло. А отец говорит, что с бизнес-партнёрами надо общаться строго, не сюсюкаясь. А то на шею сядут.

– Пожалуй, да. Согласна, – кивнула она и наконец-то улыбнулась открыто и широко.

И, блин, она была офигенно красивой. Я от волнения даже взял ещё одно печенье и, когда мама «модели» хихикнула, пояснил:

– Гарику – за то, что тихо меня ждал.

Гарик и правда спокойно сидел у двери, на коричневом коврике с надписью home, sweet home, вывалив пупырчатый язык себе на лапы.

Глава 4

Голодные курицы

Я радостно размахивал руками, катя впереди себя тележку с продуктами. Нужно было помочь НЕмаме, потому что отец всё ещё был неваляшкой, вернее, наоборот, отлёживал бока в обнимку с телефоном и ноутбуком. Работу он не откладывал до лучших времён, а семью, то есть нас можно было поставить на паузу.

– И тогда, «бинго», она согласилась, узнав про денежный приз! – закончил я свой рассказ.

– Что ж, это здорово, ты молодец! – похвалила НЕмама, а я, чтобы не расплываться в улыбке от похвалы взрослого, как какой-то первоклашка, криво ухмыльнулся.

– О, чёрт! – выругался я и подтолкнул тележку в сторону НЕмамы.

Она закатила глаза к потолку, но всё сразу поняла и одними губами прошептала: «Иди, всё хорошо!»

Я послал ей воздушный поцелуй, ощущая себя свободным и крутым, взъерошил волосы и направился к шумной компании, которая толпилась у прилавка с чипсами. Своих парней я узнал ещё издалека.

– Давай попробуем с трюфелем! – орал на весь магазин Фил, убеждая Тоныча попробовать чипсы с новым вкусом.

– Извращенец! – сопротивлялся Тоныч, хватая с полок классические чипсы с беконом и вырывая из рук Фила упаковку с новым вкусом.

– Вы что тут устроили «кококо», как голодные курицы? – вместо приветствия, я похлопал друзей по спинам.

– Оо, Ник! Сам ты «кококо», а мы чипсы выбираем! – хохотнул Фил. – Убеждаю этого динозавра попробовать новый вкус! – Он потряс передо мной пухлой и шуршащей пачкой.

– Да я же не девчонка какая-то, чтобы закидываться трюфелями, – презрительно хмыкнул Тоныч.

– Развели базар, вы двое! Берите и то и то! Завтра на большой перемене всё смолотим! Вы, кстати, сделали инглиш? – уточнил я.

– «И то и то!» Не жирно ли? Мы криптой не торгуем! – скривился Фил. – А по инглишу разве что-то задали?