Девочка, которая полюбила - Мария Михайловна Гербер

как такая безупречная девчонка может быть настолько неуверенной и недовольной собой. Эти разрушающие чувства, казалось, были в каждом её извиняющемся движении. Ей хотелось занимать меньше места в пространстве, быть невидимкой. Я знал, что мои фотографии заставят её взглянуть на себя по-другому. В этом была моя миссия. Как бы пафосно это ни звучало.

– Проводить тебя? – спросил я.

– Куда? – Она расхохоталась, но мне показалось, что она стала относиться ко мне с большим доверием.

– В кабинет химии, – я зачем-то пожал плечами.

– Ну проводи! – неожиданно сказала она и направилась к выходу.

Два клоуна, стоявшие в дверях, мои друзья, расступились, картинно выставив руки вперёд, указывая нам дорогу.

– Просим! – заржали они, как ослы.

Но я не обращал на них внимания, а просто шёл следом за самой красивой в мире девчонкой.

Глава 6

Красота в глазах смотрящего

Я сидел за компом и рассматривал фотографии. Мне нужно было отобрать штук пять самых лучших, которые я планировал отправить на конкурс. Дело это оказалось непростым, потому что, честно говоря, на всех фотографиях моя модель была обворожительной. И я зависал на каждой, рассматривая и восхищаясь то ли своим мастерством фотографа, то ли её очарованием. Но, учитывая тот факт, что собой я восхищался редко, в этот раз я тоже, скорее всего, восхищался не собою. Что уж кривить душой, я не мог глаз отвести от неë. Сначала я хотел пригласить этих двух макак, Фила с Тонычем, но потом решил, что не вынесу их очередных ужимок и подначивания меня на предмет влюблëнности и потери головы. Знаем – проходили. Но совет мне всё же был нужен, поэтому я вышел из комнаты и направился на кухню, где в это время обычно пила чай НЕмама. Ноутбук я припëр с собой.

Она с недоумением воззрилась на меня, подняв голову от чашки с дымящимся чаем, который распространял умопомрачительный аромат апельсина и корицы.

– Привет! Решил тут поработать? – удивилась она. – Кстати, как успехи с фотографированием той девушки, о которой ты говорил?

– Вот! – обрадовался я.

Здорово, что она всё всегда помнила и буквально растворялась в моей жизни!

– Я как раз пришёл посоветоваться, – признался я.

– Отлично! Садись. Чай будешь?

– Ага. Спасибо!

Она встала из-за стола, чтобы достать мне чашку, а я пока устроился за столом с ноутбуком.

– Вот, листай мышкой влево, – проинструктировал я.

И отпил чая. Он сразу обжëг мне горло, и я закашлялся, но НЕмама не обратила на это никакого внимания, увлечëнно рассматривая фотографии. Я отметил про себя, что это был хороший знак.

– Фантастика! – наконец сказала она, откинувшись на спинку стула и отведя глаза от ноутбука. – Это лучшая твоя работа на сегодня!

– Вот как? – опешил я.

Не то чтобы я жаждал похвалы, но это было чертовски приятно.

– Девушка. Она чудесная. Как будто создана для того, чтобы её фотографировали.

А-а-а, ну конечно. Стоило этого ожидать. Этот комплимент был сделан не в мой адрес, а я всего лишь запечатлел эту неземную красоту. Она увидела моё обескураженное лицо и добавила:

– Ты молодец. Нашëл нужные ракурсы, создал объëм в кадре, кое-где поиграл со светом. Классно! – Она одобрительно кивнула.

– Ну супер! – сказал я. – Я рад, что тебе нравится. А я как раз хотел посоветоваться, какие отправить на конкурс. Нужно выбрать пять.

НЕмама ткнула на первые пять. Просто так, что ли?

– Ты уверена? – спросил я и отхлебнул уже изрядно остывший, но всё ещё такой ароматный чай.

– Уверена! – ответила она.

Сам-то я сомневался по поводу одной и планировал выбрать те же четыре фото, что и НЕмама.

– Ладно, спасибо. Пойду отправлять на конкурс.

– А ты не хочешь посоветоваться с твоей моделью? – уточнила НЕмама.

– Думаю, что нет. Там дедлайн буквально сегодня-завтра, не хочу тратить время. К тому же я предупредил, что выберу фото на свой вкус. Она согласилась.

– Аа, ну тогда хорошо. Я даже не думала, что ты так потрясающе фотографируешь людей, – призналась, наконец, она. – Может, именно это и есть твоё призвание. А не фото еды.

– Может быть, – кивнул я. – Это отец посоветовал снимать еду, помнишь? Он ещё сказал, что такой дикарь, как я, не способен общаться с живыми людьми. А вот супы и каши моя тема, – я усмехнулся: ведь и правда беспрекословно верил отцу, и если бы…

– Если бы не эта девочка, ты бы никогда не открыл в себе новый талант! – продолжила мою мысль НЕмама. – Это же потрясающе. Может, пригласишь её как-нибудь в гости?

– Не думаю, что она согласится, – пробурчал я и пошëл отправлять фото.

* * *

Она ответила мне практически сразу, после того как я написал ей СМС с просьбой проверить почту. Решил всë-таки спросить совета. Вернее, не совсем совета. Просто решил, что будет правильно поставить её в известность.

«Привет! Ну…» – написала она. А потом три точки появлялись и снова исчезали. Появлялись и исчезали. Я уже начал нервничать, но потом решил, что мне не нужно её одобрение, бросил телефон и пошёл отправлять фото. Нажав на кнопку «отправить», я вскочил со стула и ударил себя три раза в грудь. Как бешеная горилла. Мой танец победителя. Не то чтобы я был уверен в своей победе, вовсе нет, но радовался, что не слился, не испугался и довел дело до конца. Теперь оставалось только ждать. Результаты должны были объявить через пару недель.

«Круто», – наконец написала она. «Только это будто не я, а кто-то другой. Я не такая».

«Красота в глазах смотрящего», – ответил я. «Не хочешь выпить что-нибудь в кафе внизу?» – предложил я. Покраснел и тут же добавил: «А то скучно одному гулять с Гариком».

«Ок», – написала она, чем меня сильно удивила.

* * *

Когда запыхавшийся и всклокоченный, я выбежал на улицу с ничего не подозревающим Гариком, я увидел её спину. Она направлялась к «Буханке».

– Подожди! – окликнул я. И эхо моего голоса прокатилось по всему двору, от чего даже Гарик вздрогнул и поджал от страха хвост. Потом, правда, вовремя пришёл в себя, заозирался, боясь увидеть, что кто-то стал свидетелем его трусости, но, не найдя таковых, снова задрал хвост морковкой. Похожи мы с Гариком, не первый раз уже замечаю это.

Она потянула дверь, но замерла на входе, обернулась. Мы с Гариком припустили, чтобы не заставлять её ждать. Я чувствовал, что готов к какому-то важному разговору. Что я к нему не просто готов, но что он мне был нужен. Не ради неё, не ради конкурса, а ради