Счастливые Ботинки. Сказочная дилогия - Катришка Трям (Кейт Андерсенн)

Но – нам необходимо попасть во дворец. Хотя никто теперь не заставлял писать о Мадлен, ее история крепко засела у меня в голове – и я, как и Мия, не могла уже остановиться в распутывании загадки. А начиналась она во дворце. Чтоб иметь повод туда заявиться, нам было нужно сделать «Лакомство феи». Для джема же были необходимы баночки. А баночки могли оказаться только у таинственной Минделе. Потому нам просто позарез требовалось найти кудесницу.

Охотник отправил Геклу нам в проводники. После приключения с деревом (теперь Мия вновь с наслаждением шагала босиком) Рыжик оставил нас снова, потому ни один член нашей команды не был против ее общества. Гекле лишь потребовалось понюхать какой-то платок (видимо, от Минделе), и она, уже повизгивая, помчалась вперед. И мы – за ней, стараясь не терять проводницу из виду.

Несколько минут спринта Гекле нипочем, но мы!

– Я… понимаю, что… – попыталась выразиться я, хватаясь за сердце, – если… когда-то надо будет… спасать жизнь бегством… точно меня убьют…

Мия была не в лучшей форме. Она даже вообще ничего выговорить не могла. Но Гекла вернулась за нами – какое счастье, что ее так хорошо надрессировал охотник Дэйв.

Мы с горем пополам добрались до поляны, где стоял, притулившись к опушке, небольшой домик. Однако первое, что мы заметили: восклицание Мии:

– Смотри, там дым зеленый!

На заборе сидели два кота, что мигом выгнули спины в реакции на Геклу. Одним из них был наш Рыжик! Вторым – вернее, второй (ибо явно Рыжик не стал бы искать общества представителя своего пола) – оказалась полосатая болотная кошка с янтарными глазами.

Внутри звучала музыка. И что-то гремело и звякало.

Гекла залаяла, не выдержав недостижимости кошачьего племени на плетне. Музыка исчезла.

Глава 25. Кудесница Минделе

Дверь отворилась с таинственным скрипом. Гекла завиляла хвостом.

– Гекла! – вышла на порог хозяйка, с упреком глядя сначала на собаку. Это… была та самая девушка-одуванчик, которую мы видели вчера в лесу! Добрые темные глаза и мягкие, расплывчатые черты лица и даже фигуры. Но и, в то же время, в ее облике сквозила полная уверенность в том, что и как делать в этой жизни. Кудесница Минделе – ибо это была она – из тех, кто, летая головой, ногами умеет стоять на земле. – Девчонки, ну, надо же! – сдержанно улыбнулась она нам, хотя, кажется, ей больше всего на свете хотелось взорваться смехом. – Рада, что у вас все в порядке. Мне тогда пришлось скоро уйти.

– Ничего страшного, – мотнула я головой, стараясь вернуть на место почему-то отвисшую челюсть. – Вы кудесница Минделе, верно?

Она кивнула, мило и дипломатично улыбаясь, словно не зная еще, насколько нам можно довериться, но склоняясь к такому желанию.

– Я Какатоесть, а это Мия, – кратко и поспешно заговорила я, Мия успела только кивнуть. – Мы пришли к тебе от охотника Дэйва, он сказал, у тебя может быть то, что нам нужно. Словом, мы ищем стеклянные баночки для варенья. Можно было бы у тебя попросить? – как всегда в таких случаях, слова не вязались в ровную вязанку. Минделе слушала внимательно и серьезно, сосредоточенная морщина на лбу над сведенными бровями красноречиво вещала об этом. Хотя в карих глазах блестели огоньки веселья. В конце концов она кивнула:

– Думаю, что-то можно придумать, – решила она и пригласила нас войти внутрь.

Домик ее, и правда, был кудесным. На печи что-то булькало в котелке, исходясь уже виденным нами ранее зеленым дымом. На полках куча пузырьков и баночек с разнейшими этикетками и наполнителями. Мы подняли головы вовремя: с потолочной балки чуть ли не скользнув по нашим волосам, ухая, спорхнула маленькая сова и перелетела на другой край комнаты.

– София, не пугай гостей, – пожурила мягко ее Минделе совершенно спокойно. Кажется, она все делала по-кошачьи ласково мягко. – Не бойтесь, – сказала кудесница нам ободряюще. – Сейчас посмотрим… – обратилась она взглядом к полкам. – Мариус, подвинься, – это уже предназначалось зайцу, сидевшему на столе.

– Это… твои питомцы? – спросила Мия, с восторгом запуская ладонь в густую шерсть на макушке Мариуса. – Что… тю-тя… – ласково проворковала она, и Мариус сделался ее слугой навеки.

– Мои друзья, приходят ко мне иногда, – по ходу дала пояснения Минделе, вставая на табурет и роясь на верхней полке. Потом она сделала какой-то странный жест, словно пульт нажала,.. снова заиграла музыка!

– Ой! – вдруг воскликнула Минделе, пока мы ошарашенно озирались, ища источник звука и воззрились на… настольный ПК в соседней комнате! – Какатоесть, пожалуйста, помешай в котелке!

Да, там пена собралась сбежать за приключениями. Я бросилась к печке, успев взглядом найти поварешку в каком-то сосуде с порошком, Срочно высунула ее и, дуя на пену, запустила в странное зелье. Пена затихла. Я отошла, чтобы снова заглянуть в комнату украдкой и убедиться, что это, и правда, был компьютер. И за моей спиной что-то рвануло. Комната наполнилась дымом изумрудного цвета и удушливым запахом.

Глава 26. План начинает осуществляться

Мия с испуганным Мариусом на руках и я стояли возле дома, из открытых Минделе окон которого валил уже слабенький по цвету дым. Кудесница внутри наводила порядок. Она не сказала ни слова об инциденте, но голос ее сделался холодным, когда она попросила нас не входить. Я чувствовала себя очень виноватой, ведь это я ненароком несколько крупинок порошка опустила в зелье. Кто знал, что у Минделе химические реактивы?.. Я была угнетена, хотя Мия уверяла меня, что Минделе, конечно, расстроилась, но, как человек мудрый, все прекрасно понимает, надо только дать ей остыть. Тем не менее, она ничего не ответила, когда я сказала уныло:

– Не видать нам никаких баночек.

Но тут я сжала кулак. Если уж это я натворила, то я и исправлять должна. Я решительно поспешила в дом, не реагируя на окрики Мии: «Какатоесть, ты куда?!».

Минделе полотенцами махала туда и сюда по комнате; котелок с куда меньшим содержимым уже был отставлен с печи. Она мужественно выгоняла зеленый дым из окна и отчаянно кашляла.

– Уходи, – кратко, но не сердито бросила она, снова кашляя. – Этот дым не полезен.

– Нет, я помогу тебе, – заупрямилась я.

– Иди же, – возразила Минделе, взяв меня за плечи и толкая к выходу.

– Не пойду! – я выкрутилась из ее рук и, схватив еще одно полотенце, стала гнать вонючий дым прочь, сильно закашлявшись тоже.

Минделе с мгновение поглядела на меня, тряхнула короткими льняными волосами и рассмеялась, вполне открыто и искренне. Правда, смех перешел в кашель, когда она сказала:

– От ты чудо!

Дым был изгнан вон. Софии уже под балками не было. Перепуганные глаза Мариуса, прижавшегося к груди Мии, показались в дверном проеме вместе со странницей. И тут Мия радостно хлопнула себя по лбу, вспомнив то, что ее так мучило (Мариус при этом неожиданно для себя свалился на пол):

– Конечно! Минделе, ты же странница! Я видела тебя у пещеры. А я-то думаю…

– И ты… тоже?! – с недоумением и легким недоверием переспросила кудесница. В ответ от Мии – энергичный многократный кивок с улыбкой до ушей. И тогда кудесница хлопнула в ладоши восторженно: – Какая прелесть!

– А это Какатоесть, – указала ладонью на меня Мия. – Моя фея.

Минделе расцвела улыбкой, как будто перестав колебаться и поняв, что мы не лишь бы кто, и сердца могут открыться навстречу друг другу. Бросив взгляд на плачевно выглядевшую печь, она отмела все печали, стерла кистью руки со лба усталость и сказала:

– Как насчет поесть?..

Мия и Минделе сразу нашли общий язык. Не знаю, как, но, просто посмотрев друг на друга, они уже могли понять достаточно точно, что делается внутри каждой. Это как нет никаких преград между людьми. Я тоже чувствовала себя раскованно, но, если с Мией я была на равных, то от Минделе исходила некая покровительственная атмосфера старшей умудренной опытом сестры.