Двенадцать дверей - Анастасия Александровна Логинова

Как же его уговорить? Стыдить бесполезно. Лично мне слова «как не стыдно бояться» никогда не помогали преодолеть страх. Приказов моих он больше не слушается. И силой я навряд ли затащу его в теплицу. Надо упирать на то, что Тим ценит больше всего на свете. Буду соблазнять его новым знанием!

– Подумай, сколько ты сможешь выяснить нового про архетипы! Какие разворачиваются возможности для исследования!

Тим наконец-то взглянул на меня. Взгляд его был мрачен. Воодушевления в нём не было. В этот момент за моей спиной раздался спокойный голос. Подошедший к нам Густав сказал:

– Она права. Если зайдёшь внутрь, то сможешь исследовать кое-что весьма любопытное. Свой страх. Если ты будешь от него убегать, он всегда будет владеть тобой. Но если изучишь его, будешь знать, что за ним стоит, то сможешь его победить. Решать тебе.

Тим заколебался.

– А сколько у вас всего гусениц? – с деланной беззаботностью спросила я.

– Всего одна, – весело ответил Густав.

– Одна для каждого ученика? – недоверчиво уточнил Тим.

– Да нет же, одна на всех.

Это решило дело. Тим поднялся на ноги и не очень твёрдой походкой направился в сторону Школы Гусеницеводства.

Изнутри стеклянный домик ещё больше напоминал оранжерею. Плотно росли деревья и кусты, пол устилал густой ковёр ярко-зелёной травы. Было тепло и влажно. Неяркий свет, преломлённый листьями и ветвями деревьев, казался уютным и успокаивал. Приятно пахло лесом: влажной землёй, мхом, прелыми листьями. Где-то негромко журчала вода.

Но это место одновременно было и школой! Между деревьями и кустами стояли стеллажи и полки. На них валялись книги, какие-то инструменты, стеклянные банки, керамические горшочки, пакеты, бумажки, коробки. Поодаль я разглядела чёрную школьную доску. На ней мелом были начерчены какие-то схемы.

Около входа толпились ещё трое учеников, допущенных к занятию. Двое из них были уже знакомые нам Нед и Таника. Сердитый Нед был высоким и худым, с непослушными густыми тёмными волосами. Таника была маленькой, рыжей и носила большие очки. Когда мы вошли, она пыталась убрать с одежды Неда невидимую соринку, а он раздражённо отмахивался от неё.

Высокая девица с длинными тёмными волосами сидела на единственном стуле и читала. Её губы были сложены в презрительной гримасе.

А где же наша общая гусеница? В центре оранжереи располагалось большое круглое углубление. Туда можно было спуститься по стальной лестнице с поручнями. Я подошла поближе, заглянула вниз и закрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Вот общая гусеница и нашлась…

Она лежала, свернувшись на большом валуне в центре своего вольера. Её зелёное тело как будто было собрано из светлых и тёмных деталей конструктора, покрытых белым пушистым налётом. Безобразная голова была украшена четырьмя рогами. Каждый рог тоже был покрыт отростками, похожими на иголки кактуса. Она дремала на тёплом камне.

Сейчас и я хотела бы оказаться под деревом на лужайке, а не в школе гусеницеводства. И не потому, что у гусеницы обнаружились рога или она была так уродлива. Дело было в размерах. От головы до хвоста гусеница была никак не меньше меня. А я считала себя высокой, особенно в сравнении с Тимом. Что же почувствует Тим, глядя на это чудовище?

Подошли остальные. Все разглядывали громадную гусеницу, затаив дыхание. Густав жизнерадостно произнёс:

– Позвольте вам представить Кусю. Кусе становится плохо, если она хочет есть или спать, если ей скучно или у неё что-то чешется. Тогда у неё вырастают чёрные ядовитые шипы. Ваша задача – следить, чтобы Кусе было хорошо.

Все ученики внимательно слушали Густава, кроме Тима. Он стоял в стороне, нервно причёсываясь. Я не сомневалась, что он ужасно жалел, что отдал Вечному Бродяге свой телефон. Сейчас ему совершенно точно не хватало его любимой игры.

– Приступим, – оптимистично заявил наш преподаватель. – Пока Куся спит, Рири и Норма могут прибраться у неё в вольере. Остальных я попрошу разложить по местам вещи здесь, наверху.

Ничего себе! Я с этой надменной девицей отправлюсь к чудовищу, а остальные будут наверху в безопасности?!! Я хотела возмутиться, но взглянула на Тима и молча пошла к лестнице. Я смогу это сделать. Мне-то в лицо не будет смотреть самый большой страх моей жизни.

Вольер Куси был полон сломанных игрушек, остатков разбитой посуды и огрызков овощей. Я решила сразу разделить задачи, чтобы не терять время попусту. Я сказала Норме:

– Давай так: я буду сгребать мусор граблями, а ты собирать его в ведро.

– Почему это? – возмутилась Норма. – Почему ты решаешь, кому что делать?

– Тихо! – прошептала я, кивнув на Кусю. Гусеница казалась мирно спящей, но сквозь белый бархатный пушок на её теле показались жёсткие чёрные бугорки.

– Ядовитые шипы, – прошептала Норма, округлив глаза. – Хорошо, ты сгребаешь, я собираю!

Без дальнейших споров мы приступили к уборке. Свою работу мы закончили одновременно с остальными. Теперь надо было приготовить еду для гусеницы. Что же едят такие чудовища? Норма, видя растерянность на моём лице, поджала губы и буркнула:

– Сразу видно, что ты не открывала учебник. Любимая еда гусениц – хлебный суп.

– И как его приготовить? Накрошить хлеба в воду?

Рыжая Таника подхватила меня под руку и потащила готовить еду для гусеницы. Она трещала без умолку.

– Это моё коронное блюдо! Старинный семейный рецепт! Сначала нужно замочить хлеб в брусничном соке, потом добавить туда изюма, орехов и сливок…

Тем временем гусеница начала ворочаться на своём камне, явно собираясь проснуться. Густав внимательно следил за тем, что происходит в вольере.

– Приготовьтесь! Надо всё делать быстро! Кормим, – учитель указал на нас с Таникой.

– Чешем, – он дал задание Норме.

– Моем! – мыть гусеницу выпало Неду и Тиму.

Я снова спустилась по лестнице. Таника подала мне миску с хлебным супом, а потом присоединилась ко мне. Мы пришли вовремя. Куся уже начала проявлять беспокойство. Она крутила своей рогатой головой в поисках еды. Между пушистым подшёрстком у неё стали проявляться бугорки, из которых уже проглядывали ядовитые шипы.

Куся подползла к миске, а Таника присела около неё на корточки и приговаривала:

– Ешь, Кусечка. Кто хорошо кушает, тот вырастет большим и сильным. И красивым. И умным к тому же. И добрым. Ты же хочешь быть доброй? Было бы очень неприятно, если б ты была недоброй… При таких-то размерах и ядовитых шипах!..

Тем временем в вольер спустилась Норма. Вид у неё был довольно бледный, но решительный. Она была вооружена чем-то вроде граблей. Видимо, это была чесалка для гусеницы.

В вольере было ещё несколько похожих